Сделка с миллиардером: Тайный наследник - София Верн
— А вы, значит, папа?
Тимоша поднял голову раньше, чем Максим успел ответить.
— Да, — сказал он громко и уверенно. — Это мой папа.
Пауза. Женщина улыбнулась, сказала что-то вежливое, увела сына. А Тимоша вернулся к замку, будто ничего не произошло.
Максим сидел неподвижно. Смотрел на сына — на маленькую спину, на светлые волосы, на руки, перепачканные песком.
— Ты в порядке? — тихо спросила Алиса.
Он не ответил. Просто встал, подошёл к Тимоше, сел рядом на песок.
— Пап, смотри, башня почти готова, — сказал мальчик. — Только тут дырка.
— Сейчас заделаем. — Максим взял мокрый песок, залепил дырку. — Готово.
— Спасибо. — Тимоша посмотрел на него. — А почему ты плачешь?
Максим провёл рукой по лицу. Пальцы были мокрыми.
— Просто солнце в глаза, — сказал он хрипло.
— А. — Тимоша кивнул, удовлетворившись. — Бывает.
Алиса смотрела на них и чувствовала, как внутри что-то сжимается и разжимается — больно и сладко одновременно. Она подошла, села рядом, взяла Максима за руку.
— Ты чего? — прошептала она.
— Ничего. — Он сжал её пальцы. — Просто… впервые за много лет мне не хочется никуда уходить.
— И не надо.
Они сидели на песке, смотрели на море, на сына, на замок, который тот строил с упорством маленького архитектора. И в этот момент Алиса поняла: вот оно. То самое, чего она боялась и хотела одновременно. Не сделка. Не контракт. Семья.
Вечером, когда Тимоша уснул, они сидели на террасе. Максим молчал, смотрел на звёзды.
— О чём думаешь? — спросила Алиса.
— О том, что я чуть не пропустил. — Он повернулся к ней. — Четыре года. Первый шаг, первое слово, первый конструктор. Всё это было без меня.
— Ты не виноват.
— Виноват. — Он помолчал. — Но я больше не собираюсь пропускать. Ничего. Ни одного дня.
Алиса взяла его за руку.
— Тогда оставайся, — сказала она. — Навсегда.
— Останусь, — сказал он.
И поцеловал её — под звёздами, под шум моря, без камер и свидетелей.
Глава 18. «Ева возвращается»
Вернулись в город в конце августа. Тимоша пошёл в садик — новый, элитный, с бассейном и английским, — Алиса вернулась в студию, Максим — в офис. Жизнь налаживалась. Медленно, осторожно, но налаживалась.
А потом появилась Ева.
Она пришла в офис в первый рабочий день после отпуска — без предупреждения, в том же бежевом пальто, с той же улыбкой. Секретарь растерялась, Максим вышел в приёмную.
— Ева.
— Максим. — Она огляделась. — У тебя тут всё по-прежнему. Только фотографии появились. — Она кивнула на стену, где висели снимки: Тимоша на пляже, Алиса с чашкой кофе, они втроём на террасе. — Сентиментально.
— Что тебе нужно?
— Поговорить. — Она прошла в кабинет, села в кресло, будто имела на это право. — О нас.
— Нас нет.
— Есть. — Она посмотрела на него. — Я знаю, что ты злишься. Но я хочу, чтобы ты понял: я действовала не из злости. Я действовала из любви.
— Это не любовь.
— А что это? — Она подняла бровь. — Я сделала всё, чтобы ты не разрушил свою жизнь. Чтобы ты не потерял всё, что мы строили. И что в итоге? Ты женился на ней. Привёл в дом её ребёнка. Ты думаешь, это закончится хорошо?
— Это уже хорошо.
— Пока. — Ева подалась вперёд. — Максим, послушай меня. Она тебя не любит. Она использует тебя. Деньги, статус, защита — вот что ей нужно. А ты… ты просто позволяешь ей это.
Максим смотрел на неё и думал: «Почему я когда-то считал её идеальной?»
— Ева. — Он сел напротив. — Я скажу тебе один раз. Я люблю Алису. Я люблю своего сына. И я не собираюсь возвращаться к тебе. Никогда.
— Ты пожалеешь.
— Уже пожалел. О том, что когда-то связался с тобой.
Она поднялась. В глазах — холод, которого он раньше не замечал.
— Хорошо. — Она поправила пальто. — Тогда я сделаю это по-другому.
— Что «это»?
— Ты узнаешь. — Она улыбнулась. — Всё узнаешь.
И вышла.
Максим позвонил Алисе в тот же вечер.
— Ева приходила.
— Что она хотела?
— Меня. — Он помолчал. — Или, скорее, чтобы меня не было с тобой.
— И что ты сказал?
— Что люблю тебя. — Он услышал, как она выдохнула. — И что не собираюсь никуда уходить.
— Максим…
— Она что-то задумала. Я не знаю что. Но будь осторожна.
— Хорошо.
Пауза.
— Алиса?
— Да?
— Я тебя люблю. — Он сказал это просто, без пафоса. — Просто хотел, чтобы ты знала.
— Я знаю, — сказала она тихо. — И я тебя люблю.
Он сбросил вызов и посмотрел в окно. Город горел огнями, равнодушный и огромный.
«Что ты задумала, Ева?»
Через два дня он узнал.
Ева прислала в несколько изданий письмо — с копией старых документов: поддельные бумаги из «Мед-Альянс», фотографии Алисы с Кириллом, и текст: «Миллиардер Раевский женился на женщине, которая скрыла от него ребёнка и врала о беременности. Подробности — в нашем материале».
Максим прочитал письмо, откинулся в кресле и усмехнулся.
— Гриша, — сказал он в телефон. — У нас проблема. Но решаемая.
К вечеру он уже знал, что делать. Юристы подготовили встречный иск — о клевете и подлоге документов. А сам Максим позвонил Алисе.
— Она сделала ход.
— Какой?
— Письмо в прессу. С документами. С фотографиями.
Пауза.
— И что теперь? — тихо спросила Алиса.
— Теперь мы делаем свой ход. — Он помолчал. — Я не позволю ей разрушить нашу семью. Ни ей, ни кому-либо ещё.
— Максим…
— Что?
— Я боюсь.
— Я знаю. — Он сжал телефон. — Но на этот раз мы вместе. И это меняет всё.
Она помолчала. Потом сказала тихо:
— Хорошо. Вместе.
Глава 19. «Свадьба»
Свадьбу назначили на сентябрь. Не пышную — небольшую, на террасе загородного дома, с видом на лес. Алиса сначала сопротивлялась: «Зачем? Мы же уже женаты». Максим настоял: «Тогда это была сделка. Теперь будет по-настоящему».
Тимоша был главным свидетелем. Ему купили костюм — маленький, тёмно-синий, с бабочкой. Он крутился перед зеркалом и спрашивал:
— Пап, а я красивый?
— Очень.
— А мама будет в платье?
— Будет.
— А я понесу кольца?
— Понесёшь.
Тимоша просиял.
Утро свадьбы выдалось солнечным — тёплым, почти летним. Алиса стояла в комнате, смотрела на себя в зеркало и не узнавала: белое платье, волосы уложены, лёгкий макияж. Не принцесса из сказки — просто женщина, которая наконец-то счастлива.
В дверь постучали. Вошла мать — Анна Петровна, похудевшая, но с живыми глазами. Лечение помогло. Врачи говорили «ремиссия» — осторожно, с оговорками, но Алиса уже привыкла радоваться малому.
— Ну что, дочка. — Она оглядела её. — Красивая.
— Мам…
— Не плачь. — Анна Петровна подошла,