После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа - Ольга Тимофеева
— Ну так не меняй. Кто тебе мешает?
— Мне мешает, что мне нужен надежный человек, а его нет.
— Это я надежный? Знаешь, сколько у меня причин тебе отомстить?
— Да, знаю. И знаю, что ты можешь. Но не такая ты.
— Ты меня столько лет не видел. Откуда знаешь, какая я теперь?
— Потому что я знал тебя до. Ты не делала гадостей, даже когда имела право. Ты была прямой, резкой, но честной.
— Люди меняются.
— Тая… У меня подписаны договора на съемки. Если я сейчас все разворачиваю — то все деньги просто сгорят. Люди не придут. У меня даже наклейки на стаканчики заказаны. Я не могу все свернуть.
— Мам…. а там кто? — слышу за спиной и оборачиваюсь.
Амина с Витой выглядывают из своей комнаты.
Как же без них тут… адвокат и прокурор.
Глава 13. Маме цветы дарит папа
Аааа… это шкалапендра, — машет рукой Вита. — Я спать, — и уходит.
Аминка так и сидит, подсматривает.
— Амин, иди тоже.
— Угу, — и сидит дальше.
Так, ладно, надо заканчивать с этим, а то мы так и до полуночи не ляжем спать, а потом утром будет не поднять.
Разворачиваюсь к Давиду. Он улыбается.
— Что ты лыбишься?
— У нас тоже могли быть дочки.
Могли бы, конечно…. Если бы не был таким эгоистичным, то и были бы.
— Короче, ты если хочешь покорить столичный бомонд, то пожалуйста. Открывай тогда сразу пятизвездочный ресторан.
— У тебя вот из крайности в крайность, Тая.
— Ты думаешь к тебе на завтраки и поесть пиццу со всего города поедут? Слышал про горячих и холодных покупателей? Так вот это все, что ты будешь делать на холодных. Да, про тебя поговорят. Но ты… черти где. а пиццу можно поесть и в доставке. И что дальше? Твои горячие покупатели тут, в нашем районе. Ты лучше сделай нормальное кафе, напечатай флаеры. Заплати лучше школьнику, он тебе расклеит и в почтовые ящики разбросает.
— Слушай, сейчас на всех подъездах домофоны. Ну какие почтовые ящики. Проще голубями.
— А вот это, кстати, хорошая идея. Голуби у нас активные, это может сработать. И листовки больше людей приведут, чем все твои блогеры вместе взятые. Потому что вот тут люди, которым это надо. А не блогерам твоим и критикам.
— Поможешь?
Я? После всего?
— Ты за один день нанес моим дочкам двойную обиду. Как я после этого должна с тобой работать? Ты растоптал их кафе. Потом назвал их рисунки "это что такое", обесценил их вывеску, на которую ушел целый вечер. И потом еще просто взял и выгнал их.
— Я их не выгонял.
— Смысл был, что тебе плевать на то, что они делали для тебя. — Смотрит мне за плечо. — Я не ожидал просто. Думал, они шутят.
Тяжело как…
— Давай так, если они тебя простят, то, может быть, тогда я соглашусь.
— Хорошо, я решу с ними вопрос. Тогда по рукам?
Протягивает в щель руку, чтобы пожать, а я слегка придавливаю его в ответ дверью. С другой стороны.
— Сначала реши.
Мне нужны деньги, а чем он там торговать будет, мне все равно. Хоть огурцами.
— Чтоб ты понимал, мне все равно придется иногда брать их к тебе в кафе. А они не пойдут, если там им будет плохо.
— Я понял.
— Девочки, ну пожалуйста, быстрее!
Амина сидит на полу перед зеркалом, разложив перед собой шесть одинаковых на вид резинок и не может выбрать какую завязать.
— Мам, щердечки или звездочки?
— Звездочки были вчера.
— Точно! Тогда возьму ш блештками, — решает и выбирает вообще третий вариант.
Вита, уже заплетенная, роется в ящике под кроватью, выкидывает оттуда раскраски, ищет что-то.
— Мам, а где та с котенком и речепахой? Хочу ее взять.
— Вит, вон же у тебя в рюкзаке "Мир акул", бери и пошли!
Усаживаю Амину на стул и заплетаю косу.
— Нет! Эту Амина ее мазюкала! — возмущается Вита и вытаскивает новую — с феей. — Вот эту возьму!
— Это моя!
Амина уже подрывается, чтобы слезть и отобрать.
— Сидеть! — хватаю за плечо и возвращаю назад.
Как в мультике про маму-обезьяну…
Уже опаздываем. Сад не школа, конечно, но все равно там зарядка, завтрак, порядок нарушим и все день не задался.
Заканчиваю с прической.
— Так, все, выходим! Пока мама не начала дышать, как бык на арене!
— А это как? На арене?
— Лучше вам не видеть, — предупреждаю.
Вылетаем из квартиры, хлопаем дверью, спускаемся в лифте, выходим… и замираем.
У подъезда стоит Давид.
Черная футболка, джинсы, в одной руке крутит ключи.
Осматривает нас, будто кто-то еще должен с нами появится.
— Привет, касатки.
— Кто? — возмущается Вита.
Приоткрывает дверь машины.
— … И табуретка.
— Давид, мы спешим.
Прям вот вообще он не вовремя со своими извинениями.
Из машины достает два маленьких, но невероятно ярких букета. Мелкие розочки, много зелени. Все перевязано ленточками.
Он присаживается на корточки и вручает Вите и Амине.
— Это вам, — он протягивает букеты, — я был неправ.
Амина открывает рот от восторга и даже не знает, что делать. Смотрит то на меня, то на Виту.
Он, конечно, всегда умел производить эффект. Особенно на женщин.
Амина наконец берет свой и тут же утыкается носом в цветы.
— Ой, пахнут как клубничка!