Ловушка для генерала - Ханна Леншер

Но моя непредсказуемая женщина действовала превентивно. Она резко поднялась на носочки и прижалась губами к моей щеке. Поцелуй вышел быстрым, скомканным, почти детским. Но я на мгновение растерялся.

А в следующую секунду она проскользнула под моей рукой, толкнула дверь, и створка захлопнулась прямо перед моим носом. Противно щелкнул замок.

Я остался стоять один в пустом коридоре. Прикоснулся пальцами к щеке, чувствуя, как на лице сама собой расплывается абсолютно счастливая улыбка.

Ничего, душа моя. Сбегай и прячься, пока можешь. Но твоя защита уже рухнула. Еще чуть-чуть и мы будем вместе. Навсегда.

Глава 13. Марта

Работа в госпитале на границе оказалась слишком интересным опытом. Проблема заключалась не в теории. И даже не в практике. Проблема звалась студентом Бруксом.

Вообще, он искренне любил целительство и прекрасно разбирался в полезных травах. Но существовало одно большое но: Брукс обожал экспериментальные методы лечения. И может быть, в далеком будущем я буду гордиться знакомством с ним, но пока я пыталась выжить сама и спасти нашу маленькую группу.

— Таким образом, термическая обработка раны в полевых условиях допустима, но только если вокруг нет совсем ничего, — вещала я, прохаживаясь по кабинету. — Посмотрите на стеллаж, как думаете, что можно использовать?

Пятикурсники меня не разочаровали и сразу же посыпались правильные ответы:

— Настойка Горянки!

— Паста из Огнелиста!

— Стоп-зелье! — закричала Изольда, несмотря на нелюбовь ко мне, она предпочитала учиться.

Тем более, когда можно было покрасоваться, ведь сегодня в лазарете вместе с лекарями сидели студенты-боевики, магистр Грон и Генрих Ланарит.

Последний попытался пошутить:

— Подорожник...

Но на эту глупость даже влюбленная фон Рейт закатила глаза. С первого курса все студенты знают, что пасту из подорожника просто надо правильно приготовить.

— Он помогает при порезах и ранах, — покачала я головой. — Минус 5 очков боевикам, Ланарит!

Генрих ухмыльнулся, а студенты заныли.

Неожиданно Брукс подскочил с места, едва не опрокинув стойку с зельями.

— Но не обязательно же использовать драконье пламя или раскаленный нож. Можно же пульсаром аккуратненько запечатать рану! Вот, смотрите!

Прежде чем я успела его остановить, Брукс сложил пальцы. Воздух в аудитории резко нагрелся. Между ладонями энтузиаста вспыхнул не крошечный огонек, а настоящий, ревущий шар пламени, который почему-то пульсировал пугающим зелено-синим светом.

Первый ряд боевиков молча и синхронно рухнул на пол, закрывая головы руками.

— Брукс, погаси это немедленно! — рявкнул Грон.

— Ой…

Шар издал звук, похожий на свист закипающего чайника. Брукс запаниковал. Магия начала рваться из-под контроля.

Я не успела даже испугаться, когда Генрих оказался передо мной. Его рука взметнулась вверх.

Бум!

Защитный купол накрыл нас за долю секунды до того, как пульсар Брукса разнес в щепки стол и три стеклянных шкафа с зельями. Огненная волна ударилась о щит Ланарита, с шипением опадая на пол. Зазвенели осколки. Посыпалась штукатурка. С другой стороны Мальтус Грон тоже закрывал студентов.

Защитный купол растаял. Генерал повернул голову к забившемуся в угол побледневшему Стивену Бруксу.

— Занятие окончено, — спокойно сообщил Ланарит, но от его тона я тоже захотела убежать за дверь. — Всем вон. Брукс, на плац. Отрабатывать пульсары.

— Я прослежу, — кивнул Грон, потирая шею. Видимо, его достало ударной волной.

Студентов сдуло из кабинета быстрее, чем осела пыль от взрыва. Я успела порадоваться, что все целы.

В итоге остались только мы втроем: я, Генрих и дымящиеся остатки стола. Шумно выдохнув, я поправила съехавшие на нос очки, и заметила, как по левой руке генерала, прямо по белоснежной ткани рубашки, медленно расплывается темное пятно.

— Ланарит! Ты ранен! — Я бросилась к нему, хватая за локоть.

Осколки стекла все-таки прошили его защиту в самом конце, оставив несколько порезов на предплечье и плече. Ничего смертельного, но крови было много.

Генрих удивленно скосил глаза на свою руку и усмехнулся. Но не выказал ни капли обеспокоенности.

— Пустяки, Марта. Стоило получить царапину ради того, чтобы ты так взволнованно сократила дистанцию.

— Ты невыносим! Пойдем, я обработаю твою рану!

— Подорожником? — улыбнулся он.

— Может быть! — шикнула на него я, быстро увеличивающееся пятно на рубашке мне не нравилось.

Я буквально потащила его в соседнее помещение.

— Раздевайся, — скомандовала я, включая режим профессионального лекаря и звеня склянками в шкафчике.

За спиной раздался низкий смешок.

— Звучит многообещающе, душа моя. Ради таких команд я готов дать Бруксу еще пару попыток уничтожить мой гарнизон.

— Молчи, Ланарит.

Обернувшись, я немного загляделась. Дракон уже сидел на кушетке, а рубашка небрежно висела на ширме. Новые порезы на плече ярко алели на коже.

— Будет щипать.

— Я переживу... Но можешь, подуть и поцеловать.

Фыркнув себе под нос, я принялась обрабатывать порезы. Они действительно оказались поверхностными. Легкое заклинание сращивания тканей — и останутся только покраснения. Но для наложения плетения, мне нужно аккуратно соединить кожу.

Генрих сидел, широко расставив ноги. Чтобы подобраться ближе, мне пришлось сделать шаг вперед, оказавшись практически запертой между его коленями.

Но этого мне показалось мало.

Раздраженно цокнув языком, я взяла его за здоровую руку и придвинулась еще ближе. Чтобы сохранить равновесие, я инстинктивно перекинула правую ногу через его бедро, упираясь коленом в край кушетки. Теперь я буквально нависала над ним.

Генрих замер. Я кожей почувствовала, как окаменели мышцы под моими пальцами. Наверное, надо было просто подойти с другой стороны...

— Почти все, — пробормотала я, стараясь концентрироваться на порезе, а не на том, что наши тела разделяют жалкие миллиметры слоев ткани. — Не дергайся.

— Я даже не дышу, Марта.

Его хриплый голос стал на октаву ниже.

А потом я почувствовала, как его ладонь опустилась на мою икру. Прямо поверх плотного чулка. Жест был обжигающим и возмутительно недвусмысленным.

Светящиеся лечебное заклинание чуть не сорвалось с кончиков пальцев.

— Ланарит, — процедила я, не глядя на него.

— Берроуз, — также тихо отозвался он.

Его пальцы медленно поползли вверх. Под колено. Выше. Задевая край моей юбки.

— Ты отвлекаешь лекаря, — предательски дрогнула я, дыхание сбилось.

— Ни в коем случае, душа моя.

Его ладонь скользнула под ткань юбки. Горячие пальцы коснулись голой кожи над резинкой чулка. У меня перехватило дыхание, а по позвоночнику прошел разряд тока. Это было неправильно. Мы в лазарете. За стеной — его подчиненные и