Ловушка для генерала - Ханна Леншер

Граница с Остландом место одновременно спокойное и нет. Между королевствами последние сто лет действовал мирный договор, и даже поступок принцессы Алисии не испортил до конца отношения между странами. Остландский король обещал, что если его дочь вернется домой, то выдаст ее как преступницу. Но поступит ли он так с ней на самом деле — вопрос открытый. Поэтому и надо было держать руку на пульсе. Особенно после недавнего нападения.

Громкий взрыв отвлек меня от тягостных мыслей, пятикурсники не справились с артефактом и чуть не снесли половину полигона. Но рядом находились магистр Грон и полковник Шервуд, и вовремя вмешались. Неужели и мы с Тенебрисом были такими раздолбаями, когда заканчивали академию?

Я стоял на стене восточного форта, скрестив руки на груди, и наблюдал за тем, как мой заместитель Шервуд вдалбливает основы караульной службы в светлые, но абсолютно пустые головы студентов. Пятикурсники ежились от ветра. Они с благоговением и страхом таращились на мерцающий бледно-голубой купол магического щита, который накрывал границу. Мы специально их притащили сюда, чтобы показать вблизи.

— Запоминайте, салаги, — рокотал Шервуд, прохаживаясь вдоль строя. — Щит — это не просто стена. Он как живой организм и питается от шести якорей. Снять его можно ключом коменданта или...

— А кто такой комендант? — тихо поинтересовался один из боевиков у товарища, но Шервуд услышал.

— Комендант — это начальник гарнизона, в нашем случае это генерал Ланарит, а поставить…

— Так он генерал или комендант? — не сдавался студент.

— И то и другое! — шикнул на него магистр Грон. — Нокс, ты совсем идиот? Должность и звание!

— А поставить — резервом артефакта. И любая нестабильность… — продолжил Шервуд, но я перестал их слушать.

Мой взгляд скользнул по плетению купола. Пробить щит невозможно в одиночку — значит, прошлый раз, когда сигналка сработала, нападение произошло изнутри… Хорошо, что Марта прилетела со мной, — она быстро поставила парня на ноги. Мысли о Марте заставили встрепенуться моего внутреннего дракона, зрачки на секунду стали вертикальными. Но этого времени хватило, чтобы я присмотрелся к едва заметному, крошечному искажению магического спектра в секторе номер три. Марево в том месте, где купол упирался в скальный грунт, не мерцало — оно словно перескакивало одну линию.

Недолго думая, я направился к третьему сектору. Шервуд мгновенно осекся, следя за моим перемещением. Студенты тоже замерли.

Подойдя вплотную к мерцающей стене, я провел ладонью вдоль силовых линий. Пальцы обожгло попеременно холодом и жаром, словно тысячи иголочек захотели впиться в кожу.

Брешь.

Крошечное отверстие в монолитном щите. Щель, которую можно увеличить, если знать нужное заклинание. И настроена она была так, чтобы не тревожить общую сеть. Случайно появилась или специально созданная? Кто-то хотел пробить нашу защиту? Или готовил план побега? А если это с другой стороны к нам пробиваются? Чтобы в нужный момент уничтожить купол?

В голове вспыхнула картина недельной давности. Когда завыли сирены на участке. А сигнализация сработала с опозданием. И боевой маг, получивший проклятие. Теперь все встало на свои места. Кто-то намеренно проделал дыру в защите и собирался пользоваться ею прямо у меня под носом. Еще и когда отношения с Остландом натянутые и можно ожидать конфликт в любой момент.

Я выдохнул, чувствуя, как внутри закипает ярость. Усилием я вызвал резерв и влил чистую магию в брешь, наглухо заплавляя прореху. Купол стабилизировался, словно ничего и не было.

Вернувшись в свой кабинет, я написал подробный рапорт для Тайной Канцелярии. Жаль, что на мои вопросы нет ответов. Кто это сделал? И как давно? Контрабандисты? Или тот, кто хочет подставить лично меня? Мне еще предстояло найти информацию.

Один из отрядов я отправил обследовать всю границу.

А пока… пока моим мыслям требовалось срочное успокоительное.

И я точно знал, где его искать.

Дверь лазарета скрипнула, впуская меня внутрь.

В этот момент Марта закончила объяснение и отпустила студентов выполнять задание.

— Повязки наложить, журналы заполнить, а зелья вернуть на место, — скомандовала она.

Студенты, с облегчением выдохнув, разбрелись по палатам.

Мы остались одни.

Я бесшумно подошел к тяжелому дубовому стулу у стены, сел, вытянул длинные ноги и скрестил руки на груди. Я ничего не говорил. Просто смотрел на нее.

Марта смутилась и делала вид, что меня не существует. Она поправила очки на переносице, взялась за ступку и начала с ожесточением растирать семена в порошок. Но я видел, как порозовели кончики ее ушей.

Я молчал. Военная наука гласит: если противник ждет атаки, то самое грамотное решение — подождать. Противник, измотанный собственным ожиданием, в конце концов, совершит ошибку сам.

Прошло три дня, как я пообещал Марте играть по ее правилам и не давить на нее. Я держал слово, но моя ненаглядная от этого начала медленно сходить с ума.

Прошло пять минут. Марта переложила стопку бинтов с левого края стола на правый. Потом с правого — обратно на левый. Она шумно вздохнула. Поправила подол лекарского халата, мелким бытовым заклинанием расправив образовавшиеся складки.

Я молча впитывал каждое ее движение, но продолжал сидеть.

Она начала перекладывать зелья. Фыркала. Вздыхала. И непрерывно бросала на меня быстрые, напряженные взгляды из-под своих строгих очков.

Марта ждала. Ее тело, язык жестов, румянец, пятнами проступивший на щеках — все буквально кричало, что она приготовилась обороняться от моих непристойных приставаний.

Стук каблуков приблизился. Марта обошла мой стул и принялась перекладывать документы на подоконнике. Затем ей внезапно понадобилось полить цветы. Потом — стереть несуществующую пыль.

— Вы сидите на моих бланках, генерал, — с вызовом сообщила Марта, нависнув над моим правым плечом, а потянулась прямо через меня.

Наконец, ее терпение лопнуло с оглушительным треском.

— Ты пришел сюда мешать мне работать, генерал? — осведомилась она, бросив на меня возмущенный взгляд из-под очков.

Я лениво усмехнулся.

— Просто наслаждаюсь зрелищем, душа моя. Но должен признать, ты меня разочаровываешь.

Марта замерла.

— Разочаровываю?

— Именно, — лукаво прищурился я. — Сижу здесь, никого не трогаю, веду себя как образцовый офицер. А ты ходишь передо мной, вздыхаешь и всячески привлекаешь мое внимание. Пытаешься меня соблазнить, Берроуз?

Она вспыхнула так ярко, что затмила бы любой огненный пульсар Брукса.

— Я?! Соблазнить?! Да как ты смеешь!

— Ты полила искусственный цветок.