Куда ты денешься? - Натаэль Зика
— Там же не одна сумка! Я помогу, — запротестовала было жена.
— Тележку возьму, — ответил Виктор. — Зачем тебе толкаться? Посиди в тепле, музыку послушай, а я быстро.
Подмигнув жене, он выбрался наружу, хлопнул дверью и зашагал к зданию.
Внутри было как всегда на вокзале — тесно и шумно. Пассажиры сновали туда-сюда, волокли сумки, везли чемоданы на колёсиках, шуршали пакетами, смеялись, кричали, жевали, толпились у табло, щурясь на бегущие строки.
Время от времени из динамиков звучала короткая, привлекающая внимание мелодия, и следом женский голос объявлял о прибытии очередного поезда. А уже через минуту мелодия повторялась, и мужской баритон предупреждал об отправлении экспресса в аэропорт.
Витя отыскал нужный отдел, проверил номер ячейки, открыл — внутри лежал большой конверт с документами. Кое-как уместив его в кармане куртки, он направился дальше — теперь в отдел выдачи крупногабаритных вещей.
Его встретил пожилой мужчина в форме и, судя по внимательному и даже пронизывающему взгляду, со встроенным рентгеном в глазах. Получив квитанцию, он внимательно её изучил, потом попросил паспорт Виктора и недоверчиво сверил фото с его физиономией. И только убедившись, что всё в порядке, кивнул напарнику, и через несколько минут тот вывез аккуратно перетянутые скотчем три чемодана, две картонные коробки и объёмистый пакет.
Оценив масштаб бедствия, Виктор махнул рукой, подзывая крутившегося поблизости носильщика с тележкой. И через пять минут вся процессия направилась к выходу из вокзала.
* * *
Сообщение в мессенджер пришло поздно вечером, почти ночью: «Письмо прочитано».
Это значило, что Мейер получил подтверждение — его бывшая жена наконец изволила открыть почту и могла с минуты на минуту рвануть на вокзал.
Максим выругался — планы на тихий вечер пошли прахом. С другой стороны, пять дней в подвешенном состоянии тоже такое себе: ни уехать никуда, ни развлечься — вдруг именно в этот момент она полезет в электронный ящик? Зато сегодня он рассчитается с долгом.
Быстро собравшись, Тропинин выехал на Казанский, прикидывая, что вернётся домой через пару часов, не больше.
Просчитался — до утра дамочка так и не появилась!
А он, злой от недосыпа и усталости, не имея возможности ни перейти в зал ожидания, ни даже на пять минут отлучиться в туалет, несколько часов патрулировал зал с ячейками. При этом надо было выглядеть обычным пассажиром, чтобы не привлечь внимания полиции, охраны вокзала или какой-нибудь излишне бдительной бабульки.
И ведь он не делал ничего плохого, просто присматривал, но поди ж ты, докажи это правоохранителям или чересчур внимательным гражданам!
Максим не являлся профессиональным детективом и о лаврах Эркюля Пуаро никогда не мечтал. Просто Мейер попросил об услуге, и он не смог отказать.
Мысленно фыркнув — теперь Гера будет ему должен! — наблюдатель сменил дислокацию.
Алёну он знал в лицо, а вот его самого женщина, скорее всего, не запомнила. Пересекались они всего пару раз, и то вскользь — на корпоративном приёме и ещё одном, таком же пафосном и бестолковом мероприятии с сотней приглашённых. Где тут всех не то что идентифицировать, а просто разглядеть!
Тем более что в течение обоих мероприятий жена Мейера с супруга глаз не сводила и, кроме него, никого не замечала.
«Даже странно, с чего Герман взял, что она ему изменяла? Впрочем, моё дело маленькое — подкараулить, когда она явится за барахлом, и, незаметно проводив до дома, выяснить, где живёт. А разбирается с этим Мейер пусть сам».
К десяти утра наблюдатель изрядно промёрз, и чтобы согреться, купил стаканчик кофе. Прихлёбывая горячий напиток, Максим пристроился в таком месте, чтобы нужная ячейка оставалась в зоне просмотра.
Люди приходили, оставляли в ячейках вещи или, наоборот, забирали их. Алёна по-прежнему не появлялась.
«До сих пор спит? — с неудовольствием подумал он. — Или ушла на работу, день-то будний? Но тогда мне что, до ночи тут караулить? Нет, Герман, мы так не договаривались...»
Додумать не успел, потому что в ряд вошёл очередной пассажир и... Максим замер, с трудом удержавшись, чтобы не протереть глаза.
Потому что мужик в тёмно-серой куртке подошёл к той самой ячейке. Сверяясь с телефоном, неучтённый объект набрал цифры, открыл дверцу и забрал её содержимое.
Слегка оторопев, Макс догадался украдкой его заснять. И поспешил следом уже предполагая, куда тот направляется.
Не ошибся — незнакомец свернул к камерам хранения крупногабаритных грузов. С тоской оглядев открытое пространство, детектив-самоучка сообразил, что здесь изображать праздношатающегося не выйдет, и остался за углом стены, осторожно наблюдая за происходящим.
Тем временем мужчина спокойно получил вещи Алёны и не спеша направился с ними на выход.
«Ничего себе девки пляшут, — пробормотал Тропинин себе под нос. — Кажется, Герман не приукрашивал — вот он, хахаль! Так сказать, на лицо. Ай да Алёнушка! Но как играла...»
Исхитрившись, он ещё раз снял мужика — на этот раз вместе с тележкой, где лежали чемоданы.
«Чтобы Мейер не вздумал наехать: «Ты всё не так понял!»
И в свою очередь поспешил найти более-менее тихое место — Герман там тоже волнуется, ждёт новостей.
Вызов приняли мгновенно, будто Мейер не выпускал мобильник из рук.
Без всяких «Привет» или «Доброе утро» он выпалил:
— Она приехала? Забрала документы и вещи?
— Нет. Да.
— Не понял...
— Алёна Сергеевна не приехала, но документы и вещи забрали.
— Кто?!
— Понятия не имею. Появился какой-то мужик, я его снял у ячеек и возле камеры хранения, сейчас скину фото.
Он поводил по дисплею пальцем, потом снова поднёс сотовый к уху.
— Получил? Знаешь его?
Несколько секунд длилась тишина. Видимо, Герман изучал полученный материал. Наконец он отмер:
— Нет, впервые вижу. Ты хочешь сказать, что вместо Алёны пришёл...
— Да, этот. Видишь, что рядом с ним на тележке?
— Вижу, — безжизненно пробормотал Мейер. — Значит, она на самом деле не одна. А я-то переживал! Идиот...
И уже твёрдым голосом:
— Проследил за ним? Мне нужен адрес!
— Блин, Гера, ты просил выяснить адрес Алёны, про мужиков речи не было! И поскольку твоя бывшая не появилась, я не стал заморачиваться. И вообще, я не следопыт и не умею всё это! Ты вон, дома был, спал себе, а я целую ночь, как дурак, слонялся по вокзалу, на меня уже коситься начинали.
— Ты его упустил, — вздохнул Мейер.
— Гер, но может, это и к лучшему? Зачем тебе их адрес — неужели ты хочешь вернуть бабу, которая уже с другим и почти наверняка наставляла тебе рога и в браке? Оно тебе надо — подбирать чужие объедки? Понимаю, трудно обрубить,