Огонь. Эйвери и Ривер - Ребекка Яррос

Ривер снова оказался сверху, сместив свой вес набок, чтобы не раздавить меня.

– Ты восхитительная, – пробормотал он и провел губами по моему подбородку.

У меня пробежали мурашки, бедра задвигались сами по себе.

– Чертовски сексуальная и наконец-то моя.

Его слова вторили моим мыслям. Он поцеловал меня – и я могла думать лишь о его теле и о том, как он меня завораживает. Если я потеряла голову всего от парочки поцелуев, что будет, когда…

– Ривер! – простонала я, едва его пальцы скользнули под пояс моих шорт.

– Ты можешь сказать «нет», – прошептал он, добравшись до трусиков.

– Но тогда ты остановишься, – возразила я, встречая его бедрами.

– Да, таковы правила.

Его рука замерла чуть выше, чем было нужно…

– Не останавливайся, – взмолилась я, запуская руки в его волосы. Мне нравилось, какие они шелковистые, как струятся между пальцев.

– Эйвери, – словно молитву выдохнул он мое имя и нежно провел пальцем по клитору.

Я закричала и вцепилась в его волосы сильнее, бедра снова пришли в движение, спина выгнулась.

Ривер сбивчиво задышал.

– Боже, знала бы ты, как давно я об этом мечтал.

Он еще раз обвел клитор по кругу, нежно помассировал его.

Я заскулила, впившись пальцами ему в плечо.

– Ну и как это по сравнению с фантазиями? – спросила я, едва не лишившись способности мыслить, когда он надавил посильнее. Удовольствие пронзало меня электрическими разрядами, внизу живота тугой пружиной скапливалось напряжение. В шортах было очень тесно, однако Ривер все же засунул палец внутрь – и моя спина оторвалась от кровати.

– Не стоит даже сравнивать. Ты куда горячее, влажнее… – Он высвободил руку из моих шорт, после чего – о да! – облизал побывавший во мне палец. – Куда слаще, чем я себе представлял.

– Еще! – только и могла выкрикнуть я, не в силах думать ни о чем другом. У меня был секс до него – я не давала обет безбрачия, – но никогда прежде я не чувствовала такого неуемного голода, такого отчаянного желания.

Он поцеловал меня в живот, а потом ниже, еще ниже, расстегнул пуговицу на моих шортах, стянул их.

– Это нам тоже не понадобится. – И трусики полетели следом.

Ривер смотрел на меня безо всякого стеснения или неловкости, словно хотел запомнить этот момент. В его глазах было столько страсти, что я чувствовала себя богиней распутства. Он сжал мою грудь ладонями – именно так, как мне этого хотелось, – затем его руки спустились к животу, повторяя изгибы фигуры, скользнули по внутренней стороне бедер и наконец оказались под ягодицами.

Не отводя взгляда, он приблизил лицо к моему лону. Я кричала, пока он лизал, посасывал, ласкал изнутри пальцами и языком. Он боготворил меня, а я совершенно потеряла контроль над собственным телом. Мои бедра ритмично раскачивались, и мне нравилось, как они трутся о его легкую небритость. Я судорожно хваталась за простыню, за его волосы и вообще за все, что могла ухватить, беззастенчиво наслаждаясь ощущениями.

Он окунался в меня до тех пор, пока мое напряжение не достигло практически невыносимых пределов. Я испытывала невероятное, почти мучительное удовольствие и наконец взорвалась на тысячи мельчайших осколков света…

Его губы поднялись выше – по животу, через пупок, между грудями – и встретились с моими в удивительно нежном поцелуе.

– Боже, это было великолепно, – простонал Ривер.

– Что именно? – Я слабо улыбнулась, пытаясь восстановить дыхание.

– Все. Твой вкус, то, как ты откликалась и как звала меня по имени. Да, особенно это.

– Ривер, – прошептала я и поцеловала его в шею.

– Да, вот так, – хрипло выдохнул он.

– Ривер, – повторила я, исследуя касаниями роскошную мускулатуру его спины, бугристую сталь, обернутую в теплый атлас. Он шумно выдохнул, когда мои пальцы начали путешествие вниз по рельефному прессу – путь уводил их под шорты.

– Снимай.

Всего пара движений – и вот он уже без одежды, твердо и горячо упирается эрекцией мне в бедро.

– Уверена? – спросил Ривер, глядя прямо в глаза и проводя пальцем по моей нижней губе.

– Да. Хочу, чтобы ты был моим, – ответила я и поцеловала этот палец.

– Я и так бесповоротно твой.

Он поцеловал меня, снова разжигая огонь, который, как я думала, угас после оргазма.

Обертка из фольги долой – и мы защищены.

Ривер с легкостью подхватил меня, и мы перевернулись: теперь он сидел, а я оседлала его сверху, широко расставив колени. Он доверил контроль над происходящим мне, и это было бесценно: я упивалась тем, как свожу его с ума. Я провела рукой по всей длине члена, жалея, что не успела попробовать на вкус. Затем привстала на коленях и направила его ко входу. Наше дыхание сбилось, сердца вовсю колотятся… Я медленно опустилась, принимая его внутрь сантиметр за сантиметром. Он заглушил мой крик жарким поцелуем, и мы слились в единое целое всеми возможными способами. Моя плоть растягивалась, чтобы уместить его, а он и не шелохнулся. Но теперь, когда я чувствовала внутри твердость и упругость, этого было уже недостаточно.

Я начала движение, и руки Ривера сжали мои ягодицы.

– Ты. Просто. Чудесный, – проговорила я, раз за разом опускаясь и поднимаясь.

– Мы, – поправил он, целуя меня в шею. – Мы просто чудесны.

И мы действительно были чудесны. На его лице появилось напряжение, и он сосредоточился на том, как мы двигались, на постоянных касаниях тел, которые стали скользкими от пота. С каждым движением меня пронзало удовольствие.

Ривер убрал одну руку с моего бедра и потер большим пальцем сверхчувствительные нервные окончания клитора.

– Не надо… – простонала я, когда он нажал чуть сильнее. Я пыталась собраться с мыслями, чтобы сказать еще хоть что-нибудь. – У меня… не получится…

– Получится, – выдохнул он мне в ухо.

Свободной рукой Ривер ухватил мои волосы, намотал их на кулак и чуть потянул назад. Жадно накинулся ртом на мою шею, облизывая и посасывая в самых чувствительных местах.

– Эйвери, семь лет я жил фантазиями о тебе. Семь лет представлял, как ты будешь выкрикивать мое имя, сжиматься вокруг меня. Семь лет мечтал о том, как ты будешь кончать, пока я внутри. Так что мне вполне по силам снова довести тебя до оргазма.

Я застонала, уже почувствовав, как напряжение опять начинает нарастать. Наши тела двигались в идеальном ритме, он лишь изменил угол между нами, чтобы входить глубже. Словно мы годами занимались любовью – так слаженны и синхронны были наши колебания.

– Я люблю тебя! Мне никогда