Глупые - Галина Шатен

Последнее Антоныч пробормотала, но я услышал каждое долбаное слово. Смысл фразы считывается легко, и он явно мне не по душе.

И какого черта меня вообще это должно хоть как-то касаться? Кажется, я действительно забыл о своей цели.

– Кому?

Девушка чуть прищуривается и слегка качает головой.

– Не твое дело… – Ее брови хмурятся, и она пытается посмотреть через мое плечо. – Мне кажется или я слышала звонок? Который час?

Делаю маленький шаг, и это заставляет ее вновь сконцентрировать внимание на мне.

– Хорошо, – соглашаюсь. – Без губ…

Наклоняю голову, окунаясь в легкий цветочный аромат. Я касаюсь нежной, словно бархат, кожи, пробую… Вкус карамели… Провожу языком, получаю в ответ судорожный выдох – легкий, едва слышный. Но его достаточно, чтобы почувствовать, как в ответ дернулся член в штанах.

– Ты вкусная, блондиночка, – шепчу ей.

– На этом мы и закончим, – говорит девушка, упираясь руками в мои плечи. – Мне кажется, я много выпила… Пропусти.

Она выпила катастрофически мало, чтобы позволить мне все, что хочу. Нехотя отхожу в сторону, и Варя заходит обратно в квартиру. А я остаюсь на морозе еще на две минуты.

Когда выхожу, застаю картину веселья. Надя и Полина под музыку, которая стала значительно громче, прыгают на диване, Арсен и Толя зажигают рядом с ними, но на полу. Варя, по-прежнему в куртке, стоит чуть в стороне и улыбается.

– Почему ты не присоединишься?

– Диван сломается. – Она отпивает пиво из бутылки, морщится, но глотает. У кого-то завтра точно будет болеть голова.

Оглядываю ее длинные ноги, качаю головой.

– Не сломается.

– Сломается.

– Ва-арь, давай к нам! – кричит ей Полина. – Здесь весело!

– Диван сломается.

– Да ну, бред, – отмахивается Нина. – Давай! Забирайся!

– Ва-ря! Ва-ря! – начинает Полина, и все в гостиной подхватывают. Похоже, только я трезв. Антоныч делает еще глоток и с лицом победителя поднимается на диван. Девчонки бешено пищат. И Арсен включает звуки какой-то зажигательной латино. Варя снимает куртку и кидает ее в меня, улыбается – чертовски мило улыбается. И девчонки начинают прыгать, танцуя. То еще зрелище, особенно не оторвать глаза от одной.

– Че вы здесь… Черт!

Появившийся в проходе Вова отскакивает назад, когда слышится характерный треск и следом визг. Девочки летят вместе с диваном вниз.

Несколько секунд в комнате играет только музыка, и все переглядываются друг с другом, пока не раздаются всхлипы с дивана. А полноценный смех заливает все пространство.

Да-а, выпившая Антоныч мне нравится значительно больше.

Подхожу, чтобы помочь ей подняться, но она, схватив мою руку, тянет на себя, продолжая смеяться. Я с легкостью мог бы устоять на ногах, но разве в этом есть смысл? Падаю красиво, чтоб ее не раздавить. Оказываюсь слишком близко к ее лицу. И тогда ее улыбка сходит. Да, мне определенно нравится этот зеленый изучающий взгляд.

– Я сломала диван?

– Да, сломала, блондиночка.

– И я разлила пиво… Теперь весь диван пропахнет… Как мне спать на мокром и вонючем? – Она закрывает глаза и откидывает голову. – М-м… я так хочу спать…

Веду взглядом по ее открытой шее до футболки. Интересно, чья она? Как видно, девчонка живет одна. Может, вещь принадлежит тому же парню, кому Антоныч подарила свои губы? Чувствую, словно внутри что-то неприятно кольнуло. Перевожу взгляд на полуоткрытые розовые и манящие губки. Она словно специально проводит языком по нижней, завораживая, черт возьми.

Черт. Что со мной, блин, такое? Веду себя как…

И снова приятный цветочный аромат окутывает меня. Резко отстраняюсь. Достаточно.

– Думаю, всем пора по домам, – сообщаю громко и обнаруживаю пристальный взгляд голубых глаз на себе. – Че тебе?

– Ниче, – хмыкает Вова и кивает брату. – Жду тебя в машине.

– Все уже уходят? – Варя садится и оглядывается.

– Увидимся завтра на смене, – задевая меня плечом, к ней лезет целоваться Нина и следом Полина.

За всеми закрываю дверь и возвращаюсь в гостиную. Варя уже стоит и с печальным видом осматривает диван.

– Это так грустно, – произносит девушка с выдохом. – Что мне теперь делать?

У меня есть мысль на этот счет, но не думаю, что завтра от девушки услышу спасибо. Однако кто думает сегодня про завтра, верно?

– Это не моя квартира, – девушка задумчиво оглядывает коридор.

Мне удалось ее вывести из жилища под предлогом прогуляться. Благо не пришлось идти далеко. Я живу буквально через дом от нее. Надо же, кто бы знал о таком соседстве.

– На сегодняшнюю ночь она твоя, – уверяю ее. Варя неожиданно хмурится.

– Я не буду с тобой спать, – проговаривает она. – Я не пьяна, у меня с соображалкой все в порядке.

– Понимаю, что все твои мысли только об этом, – хмыкаю и расшнуровываю кроссовки, – но не сегодня, блондиночка.

– Никогда, брюнет, – говорит уверенно, облокотившись о стену.

– Это спорный вопрос, – бормочу и встаю в полный рост. – Снимай обувь и проходи.

– Ты здесь живешь? – спрашивает она, следуя за мной в спальню.

– Ага.

Я включаю свет. Варя осматривает голые стены, стул с накиданными шмотками, комод, шкаф-купе, балконную дверь. Ее взгляд останавливается на огромной двуспальной кровати. А я чувствую себя чуть ли не шестиклассником, который привел девочку, в которую тайно влюблен. Что за хрень творится?

– Я не буду с тобой спать, – более уверенно, чем ранее, говорит она. – И вообще, уже поздно. Я пойду.

Девушка разворачивается, видимо, с намерением уйти. Успеваю поймать ее за руку.

– Варя, останься. Обещаю, я и на метр к тебе не подойду, пока ты спишь.

– Почему ты просишь меня?

Мне бы кто ответил на этот вопрос. Чувство вины? Ответственность? Но мне несвойственны эти качества. Я неспособен на сострадание.

– Сегодня я тебе помогу, а завтра ты мне.

– Завтра тебе крышка, – девушка хмыкает, заставляя меня улыбнуться. А то я не знаю, но уверен, нет ничего того, с чем бы я не справился. Она складывает руки на груди. – Я буду спать на этой гигантской кровати.

– Идет, – легко соглашаюсь.

Девушка немедля забирается под одеяло и отворачивается.

– Спокойной ночи, – зевает она.

Оглядываю ее рассыпанные волосы и стройный силуэт, обрисованный одеялом. И вдруг понимаю, что сегодня мой дом не пуст. Мысль эта как-то застревает в голове.

Не вертится, даже когда ложусь на разложенный диван в гостиной. Это хорошая мысль. Но она никак не помещается в тот образ – в того меня, кем я являюсь. Поэтому от нее нужно избавиться. И чем быстрее, тем лучше.

Первое, что чувствую, – это небольшую боль прям в висках. Открываю глаза.