Когда я встретила твоего брата - Джанет Раллисон
Первый шаг — и она чуть не потеряла равновесие.
Ходить в ластах оказалось почти невозможно.
Она удержалась. Сделала ещё шаг. Волна ударила по икрам, сбивая с ритма. Она попыталась восстановить равновесие, но вода будто тянула её назад.
«Это должно помогать плавать? Или утопить?»
— Заходи спиной вперёд! — крикнул Флинн, направляясь к ней. — Так проще.
Хуан мог бы об этом сказать.
Она повернулась спиной и зашла в воду — действительно легче.
Когда вода дошла до пояса, она развернулась и опустила лицо в воду.
И замерла.
Под поверхностью всё было удивительно чётким. В детстве она брала уроки плавания. В колледже ходила в бассейны и на реку Снейк[12], но никогда не видела воду так.
Маленькие серебристые рыбки мелькали рядом, легко скользя в толще воды.
Она увлеклась, рассматривая дно, пока не закончился воздух.
И тут начались проблемы.
Даже с трубкой во рту она не могла заставить себя дышать под водой. Годы привычки задерживать дыхание оказались сильнее.
Она вынырнула, глубоко вдохнула — и снова опустилась под воду.
Ласты мешали. Вместо помощи они путались в ногах, сбивали движение.
Она не боялась утонуть — здесь было неглубоко. Просто нужно было научиться.
«Это не может быть сложно».
Все вокруг справлялись.
Вода приглушала звуки. Свет рассыпался зелёно-золотыми узорами. Ей вдруг захотелось создать ткань с таким эффектом — из неё получилось бы потрясающее вечернее платье.
Нужно было вдохнуть.
«Просто дыши».
Она выдохнула — и не смогла вдохнуть обратно.
Инстинкт кричал: «вода — опасно».
Она резко подняла голову, попыталась встать.
Под ногами не было дна.
«Где песок?»
Она замерла, стараясь не паниковать. Один ласт почти соскользнул. Она прекратила барахтаться и попыталась удержаться на месте.
И вдруг рядом оказался Флинн.
Он подхватил её и подтянул к берегу.
Она выплюнула трубку и жадно вдохнула воздух.
Через секунду он поставил её на ноги. Вода доходила ему до плеч, а ей — почти до подбородка, если бы он её не держал.
Как она оказалась так глубоко?
Его руки крепко обнимали её за талию.
— Ты умеешь плавать? — в его голосе звучало настоящее беспокойство.
— Да, — выдохнула она. — Обычно. — Она убрала пряди с лица. — Просто ласт соскальзывает… и я не могу дышать через трубку.
Она попыталась поправить ремешок.
Он отпустил её, наблюдая.
Она развернулась к берегу, но не смогла справиться с ластом. Движения стали неуклюжими, беспомощными.
Он снова обхватил её за талию.
— Давай я тебя вытащу на мелководье. Скажи, если ласт спадёт.
Он медленно отступал назад, тянул её за собой.
Она положила руки ему на плечи.
Это было почти объятие.
Слишком знакомое.
Слишком похожее на прошлую ночь.
Только теперь — мокрая кожа, солнечный свет, и он без рубашки.
Она отвернулась, глядя ему за плечо.
Смотреть ему в лицо было опасно.
Слишком похоже на Марко.
— Ласт на месте? — спросил он.
— Почти.
— Надо подтянуть ремешок.
Вода уже доходила до пояса. Он сделал ещё несколько шагов назад.
— Теперь можешь стоять?
— Да. Спасибо.
Он отпустил её.
— Хорошо, сейчас поправлю ремешок. Только не пни меня случайно. — Он усмехнулся. — Хотя в твоём случае — скорее специально.
Прежде чем она успела что-то ответить, он нырнул и подплыл к её ногам. Его рука коснулась её лодыжки, затем он поправил ласту и затянул ремешок. На мгновение Белла почувствовала себя Золушкой, к которой под водой явился принц. Он перешёл к другой ноге и так же аккуратно закрепил ремешок.
Закончив, он выпрямился — вода стекала с его плеч и груди.
— Давай проверим трубку.
Не дав ей объяснить, он наклонился ближе. Слишком близко. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от её лица, щека почти коснулась её щеки. Он взял трубку, подул в неё и внимательно осмотрел.
— Теперь всё в порядке.
— Проблема не в трубке, — сказала Белла. — А во мне. Дышать под водой… это противоестественно.
Он приподнял бровь.
— Возможно. Но альтернатива хуже.
— Я понимаю это логически. Просто не могу заставить себя.
Она ожидала, что он усмехнётся.
Но он задумался.
— Попробуй сначала дышать через трубку над водой. Привыкни к ощущениям. Потом опусти лицо в воду, не плыви — просто дыши.
Она с сомнением посмотрела на воду.
— Я буду рядом, — сказал он. — Не дам тебе уплыть.
Она взяла трубку в рот и сосредоточилась на дыхании. Вдох. Выдох. Затем осторожно опустила лицо в воду.
Сначала всё казалось неправильным. Воздух шёл тяжело, с усилием. Она боялась, что начнётся гипервентиляция[13].
Но Флинн был рядом.
Если держаться мелководья — всё будет нормально.
Она начала медленно двигаться вокруг него, привыкая. Ласты наконец заработали, помогая грести.
После второго круга она вынырнула.
— Кажется… получается.
— Отлично. — Он снова опустился в воду. — Плыви за мной. У кораллов интереснее.
Они поплыли рядом, скользя по мягким волнам. Вскоре добрались до каменистого участка, где росли кораллы.
Там всё было другим.
Не серебристые вспышки мелководья, а настоящая палитра: лимонно-жёлтые водоросли, оранжево-белые рыбы-клоуны, чёрно-белые полосатые рыбы, переливающиеся бирюзой и фиолетом.
Она знала, что такие существуют. Видела их в аквариумах.
Но здесь… это было иначе.
Они жили здесь. Двигались свободно, лениво, будто весь мир принадлежал им.
Флинн время от времени касался её руки, привлекая внимание. Он показал ей крошечного морского конька, угря, осторожно выглядывающего из норы, и круглую колючую рыбку, которая казалась неуклюжей, когда плыла.
Всё это было завораживающе.
Через некоторое время Белла заметила в стороне крупную зелёную фигуру — морскую черепаху, спокойно объедающую риф.
Она показала на неё Флинну.
Он кивнул.
Они подплыли ближе и несколько минут просто наблюдали, пока черепаха не ушла в глубину за риф.
Они плавали ещё около получаса, прежде чем вернуться на берег.
К тому времени пора было возвращаться на яхту, и Белла решила немного обсохнуть.
Она оживлённо говорила с Флинном — о рыбах, о снорклинге, о том, как хочет попробовать дайвинг, пока она здесь.
И вдруг поймала себя на мысли, что… забыла.
Забыла, что он ей не нравится.
Он был таким внимательным, таким лёгким в общении, что становилось трудно удержаться за мысль: он обманул её. Он пытался купить компанию, чтобы контролировать её.
Пока она говорила, он просто слушал —