Развод. (не) просто жить дальше - Алиса Верди

Проходящий мимо мужчина, задерживает на мне взгляд. И это так… неожиданно и странно!

Я даже улыбаюсь, как дура, не в силах удержаться.

Надо бы еще свою косметичку пересмотреть. Может, даже купить какую-то помаду поярче? Ну, не сильно ярче, конечно, так чтобы только…

Мои мысли прерываются, а сама я вздрагиваю. Сердце подпрыгивает в груди.

Возле своего подъезда я вижу знакомый черный "Лексус".

Игорь.

Глава 28

@queen_code

"Иногда бывшие жены внезапно "вспоминают", что они женщины.

После развода. После фоточки в новой кофточке. После укладки.

И начинается: "Я теперь другая", "Я расцвела", "Я нашла себя".

Цветешь? Ну-ну.

Если ты кактус, то сколько ни крась лепестки — розой не станешь.

Уходить нужно на пике.

А не отчаянно пытаться вытащить себя из забвения платьем со скидкой, чтобы только бывший снова взглянул.

Он взглянет. Посмеется. И забудет.

Когда он ушел — ты расцвела?

Нет.

Ты просто испугалась завянуть на глазах у всех."

#новая_я_та_же_я #чужое_внимание_не_воскрешает #не_он_сожалеет_а_тебе_стыдно #queen_code

* * *

Стоит, оперевшись о капот.

В костюме, как всегда, идеальный. Темная рубашка, солнцезащитные очки, взгляд острый, как лезвие. Телефон в руке, но экран черный. Он ждет.

Я замираю, пакеты с покупками режут пальцы. Черное платье, то самое облегающее, подчеркивает талию — непривычно, но смело.

Светлые волосы, уложенные в салоне, струятся по плечам, блестя на вечернем солнце. Красная сумка болтается на локте, как флаг.

Наши взгляды встречаются.

На секунду в его взгляде мелькает... ошеломление.

Да, точно, это оно. Я застала его врасплох, и он не успел его спрятать.

Игорь явно не ожидал увидеть меня такой.

Но уже в следующее мгновение его глаза сужаются, а губы кривятся в злой ухмылке.

— Оп-па!.. Это что у нас тут за показ мод? — выгибает он бровь, выразительно окидывая меня насмешливым и острым как бритва взглядом.

Я сжимаю ручки пакетов. Пульс бьет в висках, но я подавляю порыв втянуть голову в плечи, а вместо этого выпрямляюсь и вздергиваю подбородок.

— Привет. Ты по делу?

— Не-не, погоди! Ты с темы-то не съезжай! А то тут вон что, оказывается, происходит!

— И что же тут происходит? — устало выдыхаю я. — Просто возвращаюсь домой.

— Просто возвращаешься? — усмехается он и обводит рукой мои пакеты. — А это что за цирк?

— При чем тут цирк? — хмурюсь я. — Одежду новую купила. Что тут такого?

Он хмыкает, оглядывая меня с ног до головы. Его взгляд цепляется за платье, укладку, пакеты, красную сумку. Губы кривятся — смесь шока и злости.

— Новая одежда? — он делает шаг ближе. — Серьезно? Что за бред? Ты что, в фотомодели записалась? Или в… кхм… клуб по интересам? Как там он у вас называется? "Последний шанс"? Или может, "Последний вагон"?

Господи…

— Ты приехал, чтобы мне нахамить?

— Нет, что ты! Я просто пытаюсь понять, что происходит с моей женой! Тревожно мне, знаешь ли. Ты, все же, не чужой человек.

Надо же! Какой заботливый! Тревожно ему!

— Со мной ничего не происходит, Игорь. У меня все хорошо.

— Все хорошо? Ты в зеркало вообще смотрела?

— Смотрела, — отвечаю я, стараясь держать голос ровным. — И мне нравится. Платье, волосы, все. А тебя-то что цепляет?

Он фыркает, а затем срывает очки, швыряет их на капот, будто я его лично оскорбила.

— Цепляет? — он почти орет, но тут же сбавляет тон, переходя на сарказм. — Да ничего, Настя. Просто любопытно. Это что, кризис среднего возраста? Решила молодость догнать? Сколько ты на это выкинула? — он кивает на пакеты. — Не за мой, надеюсь, счет? Или ты там деньги на ремонт – на шмотки спускаешь?

Щеки пылают, как от ожога. Его слова — как плевок, но я втягиваю воздух и смотрю прямо в его глаза.

— Твои деньги? — я усмехаюсь, хоть внутри все кипит. — Игорь, ты бредишь. Я трачу свои. Заработанные. И, знаешь, я могу себе позволить платье. Или даже два. Что тебя так бесит?

— Заработанные? — он кривится, будто я сморозила чушь. — Это где? В школе? Хочешь сказать, после пяти лет сидения дома у тебя там еще что-то осталось? Или ты там на своих пирожках зарабатываешь? А может, ты в долги влезла ради этого… — он машет рукой, — карнавала? Настя, это же смешно! Ты не девочка с подиума. Сидела бы дома, вязала, работу приличную искала, а не выряжалась, как… как… — он запинается, но глаза горят. — Кто ты теперь? Королева соцсетей?

— Королева соцсетей? — гнев вспыхивает, как фейерверк. — Королева у тебя дома коктейли пьет с голой задницей. Вот только ее внешний вид почему-то тебя вполне устраивает, а цепляешься ты именно ко мне!

— Да потому что это все — не ты!

— Это моя жизнь, Игорь. И только мне решать, кто я. Моя жизнь, моя одежда, мой выбор. Я не твоя тень. Хочу — ношу платье. Хочу — крашу волосы. Почему ты орешь, как будто я у тебя что-то украла?

Он отступает на полшага, но его грудь вздымается, как у зверя. Пальцы теребят ключи, звякают, выдавая нерв.

— Да мне плевать, Настя! — рявкает он, но голос срывается. — Ходи хоть в стразах и перьях! Но не делай вид, что ты теперь какая-то богиня. Это смешно. Тебе не двадцать.

— Смешно? — гнев вспыхивает, как спичка. — А мне смешно, Игорь, что ты приехал, чтобы указывать, как мне жить. Как будто тебе больше заняться нечем.

— Потому что ты выглядишь нелепо, и этим ставишь меня в неловкую ситуацию. Ты реально думаешь, что в этом, — он тычет в платье, — ты кто-то? Это отчаяние. И все это видят. Может, ты таким образом решила меня вернуть? Где твоя гордость? Не унижайся!

— Отчаяние? — я почти смеюсь, но смех горький. — А мне кажется, отчаяние — это другое, Игорь. Это когда тебя дома ждет молодая красотка — гуру по отношениям, а ты, вместо того, чтобы наслаждаться жизнью и ее… кхм… профессиональными умениями, стоишь тут и платья мои считаешь!

Он выдыхает, отводит взгляд. Пауза. На лице играют желваки, а его пальцы сжимаются, будто он хочет раздавить что-то.

Наконец, смотрит на меня, и в голосе