Развод. Двойная жизнь моего мужа - Александра Багирова
Слышит удаляющиеся тяжелые шаги троицы. А сзади на него уже нападают курицы во главе с петухом.
— Фу! Брысь! Отойдите от меня! — голос срывается.
Вроде бы, что тут такого, мелкая птица?
Но когда их столько… и острые клювы… Тут серьезная опасность!
Серж судорожно ищет, как бы ему защититься. И ничего не находит. Его загнали в угол, клюют, а вокруг куриный помет. Везде, куда не глянь…
Неужели тут он найдет свой конец?!
По щекам от боли, обиды и страха текут слезы. Он не помнит когда плакал в последний раз, а сейчас Серж на грани истерики.
Надо выломать дверь, она же деревянная! Но у него нет сил.
Сползает на пол, садится прямо в огромную кучу куриного помета. Пернатые его клюют, кудахчут, а самый разъяренный петух, и вовсе нагло ему на голову прыгает и топчется когтистыми лапами, раз за разом награждая ударами клюва.
И цепкий зараза, никак его не сбросить.
Ад продолжается вечность. Серж измученный, накрывается свитером с головой, сворачивается в позу эмбриона и замирает.
Птицы еще какое-то время беснуются. Потом затихают.
Серж лежит и не шевелится, тихо всхлипывает. Все тело болит. Ему нужна медицинская помощь! Но это теперь кажется нереальным, словно было в другой жизни, на другой планете.
Сколько он так пролежал? Неизвестно.
Очень не скоро Серж решается поднять голову и осмотреться по сторонам. Куры на него больше внимания не обращают, заняты своими делами. Петух важно ходит из угла в угол. Наблюдает за своим царством.
Серж замечает с боковой стороны еще одну дверь. А вдруг это выход?
Осторожно ползет к ней. Замирает. Оглядывается. Снова ползет. Дергает за ручку.
Открыто!
Неужели он сможет вырваться!
Пролезает в дверь. А там небольшой коридорчик. Проползает его. И плевать что и тут куриный помет, уже все равно. Главное — воля!
Там еще одна дверь. Открывает ее. Темень в помещении. Нащупывает что-то похожее на сено.
Осторожно поднимается на ноги, хочет осмотреться, не нравятся ему странные шорохи, которые раздаются совсем рядом.
Но в комнате темно, тусклый вечерний свет из окошка практически не помогает.
Неужели уже вечер? Это он столько времени в курятнике пробыл?
Надо сориентироваться, где тут выход. Его мучители скорее всего уже спят, сейчас идеальный момент для побега.
Выпрямляется и идет на ощупь. Вот стена деревянная. Дверь должна быть рядом.
Продолжает медленно продвигаться. Как тут сзади раздается грозное:
— Меее, — а далее следует ослепительно-болезненный удар в пятую точку.
Такой сильный, что Серж с диким ором падает на землю.
В этот момент дверь открывается. Помещение освящается фонариком, который держит в руках Марфа.
— Скучаешь? — весело спрашивает.
— Ааа… больно! Помоги мне! — кричит Серж и тянет к ней руки. — Монстр меня убьет!
— Какой еще монстр? Это Федька, козел мой.
В подтверждение ее слов, за спиной Сержа раздается блеяние.
— Помоги мне, — обессилено шепчет. — Я больше так не могу… не выдержу… умоляю…
— Сделай так, чтобы я тебя умоляла, — облизывает огромные губы, — И я так и быть тебе подсоблю.
— А не обманешь?
— Отработай для начала, бродяга. А там и разговоры вести будем…
— Но… мне нужны гарантии, — жалобно пищит. — И я ранен, — пятая точка печет адски.
— А кто обещал, что будет легко? — поднимает его с пола, встряхивает. — Придется пахать, не покладая отростка, а если мне чегот не понравится… Лучше тебе не знать, че я с тобой сделаю, бродяга.
Глава 36
Серж выходит из автобуса. Оглядывается по сторонам. Еще никогда родной город не приводил его в такой восторг. Он реально готов упасть на колени и целовать асфальт под ногами.
Больше недели настоящего ада. На деле — вечность. Он уже утратил веру, что судьба смилостивится и он вырвется на свободу.
События этих дней отпечатались в его душе черным клеймом. Кошмары будут еще долго преследовать. Он ежесекундно содрогается от воспоминаний.
О страшной женщине, заставляющей его делать ужасные вещи. И он делал, все и даже больше. Проявлял чудеса изобретательности.
У Марфы оказался необузданный темперамент. Ей было всегда и всего мало. Первые два дня она держала его в сенях, потом Евсей уехал на рыбалку и Серж был допущен в дом.
Участковый, проспавшись, отбыл в неизвестном направлении. Уверовав, что с Сержа получить нечего, незваный гость в семье родственников перестал его интересовать.
Зато Марфа методично выжимала из Сержа все соки. И к своему ужасу… ему порой даже нравилось… он получал извращенное удовольствие и порой хотел еще…
Сейчас Сержу даже вспоминать страшно, о том, как извратила его психику страшная женщина, если он втянулся в процесс. Марфа в благодарность за его старания кормила вкусно. А Серж был рад… он благодарил ее, словно получал в подарок неземные сокровища.
Он опускался на дно… Он привыкал там быть. Он стал игрушкой в руках страшной женщины. Втянулся.
Он болен! Зависим! Ему до омерзения отвратительно, и при этом темное удовольствие продолжает жить внутри.
Она вывернула его наизнанку. Искалечила его внутренний мир.
Как теперь восстановиться? Как вернуть свою прежнюю жизнь?
Эти невеселые мысли разрывают Сержа на части.
Вдоволь наигравшись с ним. Перед возвращением Евсея, страшная женщина вытолкала его за ворота. С собой дала еды, сказала, как пройти к деревне, к кому обратиться за помощью, чтобы ему помогли доехать до райцентра, а затем в город.
Но и эта дорога сопровождалась унижениями. Деревенские жители смотрели на Сержа как на бомжа, выказывали пренебрежение, оскорбляли, а он был вынужден унижаться и выпрашивать помощь.
Хорошо хоть страшная женщина дала ему немного денег, это позволило купить билеты на автобусы и с пересадками все же добраться до родного города.
Он до сих пор не верит! Оглядывается по сторонам. Люди от него шарахаются. Испачканная, местами порванная одежда, резиновые сапоги, заляпанные грязью, давно не бритый, под нестрижеными ногтями траурная кайма.
Как бы полиция еще не приняла.
Надо скорее добраться в безопасное место и привести себя в порядок.
К Ксю идти не вариант. Только не после ее выходок!
Если ранее он был очень терпелив и лоялен к жене, то сейчас Серж пылает лютой яростью и жаждет возмездия. Он заставит жену пожалеть о своем поступке.
Он никогда не простит ей пережитых унижений!
Все, произошедшее с ним — ее вина. И Ксю будет расплачиваться долго и мучительно! А после она приползет к нему на коленях, будет целовать его ноги, и Серж еще очень хорошо подумает, принимать ли ее