Сердце пустоты - Алиса Джукич

Этот город мог быть таким обманчиво мирным, таким прекрасным. Он умел прятать свои тени в узких переулках, за тяжелыми дверями старинных особняков. Именно к одному из таких я и направлялась.

Спустя пару поворотов, меня встретил респектабельный квартал, и ритм города сразу изменился. Здесь было меньше людей, больше высоких заборов и видеокамер. Я съехала с широкого бульвара на аллею, обсаженную старыми платанами, и тут показалась моя цель — огромное поместное Адриана Флорана.

Я резко затормозила, уперев ногу в брусчатку. Проверив, что главный «подарок» для Адриана не выпал из кармана ветровки, соскочила с велосипеда.

Пристегнув свой транспорт к фонарному столбу неподалеку, я снова глубоко вдохнула, пытаясь собраться, и подошла к воротам.

Меня словно ожидали. Ворота тут же бесшумно разъехались, и кожа под спортивным костюмом покрылась мурашками. Все же храбрость никогда не выступала главной чертой моего характера, ее пришлось воспитать насильно.

Задрав подбородок и поправив высокий хвост, я гордо направилась во внутренний двор. Возле фонтана, увлеченно читая книгу, на скамье сидела Сесиль, горничная, которая в первый визит к Адриану провожала меня в его кабинет.

Я на мгновение задумалась, а не поднялся ли статус девушки, учитывая, как расслабленно она ведет себя в разгар подготовки к празднику начальника.

Тряхнув головой, отбросила неуместные мысли и поспешила к ней.

— Сесиль? — Девушка неохотно оторвалась от книги, перелистнув страницу с легким шуршанием. — Где мне найти месье Флорана?

Пока горничная с нескрываемым скепсисом разглядывала мой спортивный костюм, во двор, громко урча двигателем, въехал грузовик. Его кузов был до верху заставлен коробками с украшениями и ведрами с цветами. Несколько нанятых Натали мужчин спустились с крыльца, чтобы разгрузить доставку.

— Адриан на заднем дворе, у озера, — сухо ответила Сесиль и вновь опустила взгляд в книгу, дав понять, что разговор окончен.

Я отвернулась, вытаскивая из кармана телефон. Нужно было поставить его на беззвучный режим и, на всякий случай, включить диктофон. Палец уже тянулся к экрану, когда кто-то бесшумно подошел сзади и резко вырвал аппарат из моих рук.

Сесиль торжествующе усмехнулась, а я вновь порывисто развернулась, поймав ветер волосами.

— Лука… — Меня буквально скривило от волны острого, почти физического отвращения к моему бывшему. Я надеялась, что парню хватит ума понять, что после недавно вскрытой лжи, между нами все кончено.

— Это я пока лучше заберу. Не переживай, Аля, как только ты поговоришь с месье Флораном, я сразу верну телефон, — заверил он. Лука расплылся в широкой, беспечной улыбке, будто между нами ничего не изменилось, будто не он играл со мной полгода.

— Ты отвратителен, — выговорила я сквозь стиснутые зубы. Это лишь вызвало его громкий смех, который казался раньше таким заразительным.

— Все ради тебя, любовь моя, — парировал он с притворной нежностью в голосе. Я лишь фыркнула, снова поражаясь, как можно так легкомысленно разбрасываться подобными словами. А может, в Луке всегда жило это безумие, лишь искусно скрываемое за его многочисленными масками?

Парень подмигнул мне, убрал телефон в задний карман узких черных брюк и, насвистывая беззаботную мелодию, поспешил навстречу грузчикам, делая вид, что хочет помочь с украшениями.

Оставшись без сотового, я почувствовала себя совершенно беззащитной перед пастью «питона». Но выбора у меня не осталось, либо я прижму Адриана к стенке, либо он сломает мне и Эрику жизнь, поэтому я смело зашагала к тропинке, ведущей за особняк.

Как и говорила Сесиль, Флорана я нашла стоящим лицом к кромке озера. Его белоснежные волосы лоснились на солнце, а мышцы спины бугрились, когда он наклонялся, поднимая камень, и с размаха бросал его в воду. Камушек нашел пристанище на дне, пролетев добрую половину озера.

— Хороший бросок, — подметила я, подступив к нему и поравнявшись с «питоном» в плечах. Адриан повернул ко мне голову и учтиво просиял:

— Ах, мадмуазель Белроуз. Вижу, вы получили мое вчерашнее приглашение на разговор.

Я придержала рвущийся наружу ехидное замечание.

— Вы про колбу с ядом и тот факт, что один из ваших людей меня едва не утопил в ванной?

На обольстительном лице Флорана не дрогнул ни один мускул.

— Именно.

— Знаете, яды — тонкая работа. Не стоит лезть туда, где требуется не только наглость, безграничное своенравие, глупая самоуверенность, но и ум.

Адриан склонил голову в бок, как птичка.

— Считает меня глупым?

— Скорее расточительным, месье Флоран. Вы тратите колоссальные ресурсы: время, внимание, людей на то, чтобы играть в кошки-мышки. Надавить, припугнуть, обронить «сувенир». Это методы школьного задиры, а не стратега. Умный человек достигает цели прямым и эффективным путем. А вы... вы устраиваете театр, перенося дату собственного праздника, как только узнаете, что я больше не сижу на коротком поводке Луки. Это дорогое удовольствие. И довольно прозрачное.

Неожиданно Флоран вытянул руку, теребя меня немедленно вернуть колбу с ядом, но я резко передумала расставаться с уликой.

— Яд утилизирован.

Адриан закачал головой, точно разочаровался во мне, а потом вдруг обнял меня за плечи, как старого друга.

— Расточительность — это когда ты тратишь силу на слабых. Я же инвестирую. В людей, которые могут оказаться полезны. — Адриан слегка наклонился, его голос стал тише, интимнее. — А театр помогает отделить храбрых игроков от слабаков, поэтому ты пришла сюда, а не побежала в полицию, наперед зная, что они бессильны и разбираться придется самой, не скрываясь за спиной правосудия. Совсем как двенадцать лет назад.

Я стряхнула руку Флорана как что-то гадкое, и защитно себя обняла, как делала всегда, когда сдавали нервы.

— Что вам нужно, Адриан? — С хищником нечего любезничать, он все равно тебя сожрет.

— Люблю деловой подход, — согласился на разговор Флоран и снова нагнулся за валяющимся в траве гладким камушком. Выпрямившись он отдал его мне. — Для начала ответьте на один вопрос. Что вам известно о моих родителях?

Я приняла неожиданный «подарок», ощутив под пальцами холодную, влажную поверхность. Вопрос застал врасплох, но я поспешила ответить, перебирая в памяти общедоступные факты:

— Стандартные вещи, как и всем в Париже. Амир Флоран разбогател благодаря инвестициям в его идеи семьи Дюбуа и был близким другом Константина, — тут я едва не поперхнулась, обходя главную правду — он их убил! — После гибели родителей Эрика он женился на Изабелль Маккензи, — почти наизусть протараторила я, сжимая камень в кулаке