Сердечно не приглашены - Уитни Грация Уильямс

— Ты можешь просто сказать всем, что мы решили остаться друзьями и между нами нет вражды? — спросила она. — Тогда, эм… Они всё равно смогут забрать подарки и пообедать на банкете.

— Конечно, но… — я подошла чуть ближе. — Ты уверена, что это всё не у тебя в голове?

— Он оставил свое послание в моем букете. — Она протянула его мне. — Пожалуйста, уладь всё, о чем я сейчас сказала.

— Разумеется.

— Спасибо. — Она рухнула в объятия Хизер, безутешно рыдая.

Выскользнув из комнаты, я выхватила телефон и отправила серию сообщений.

Свадьба ОТМЕНЯЕТСЯ. Гостям пока не говорить.

Приостановите подготовку банкета и ждите меня в VIP-люксе через двадцать минут.

Передайте фотографу, чтобы растянул съемку друзей и подружек еще на полчаса.

Слишком взвинченная, чтобы ждать лифт, я бросилась к пожарной лестнице и преодолела тридцать этажей бегом до самого лобби.

Цветочные указатели «Добро пожаловать на свадьбу Кеслеров», те самые, что стоили по тысяче долларов каждый — безмолвно взирали на меня из холла.

Мне хотелось поставить букет Санни, который так и не будет использован, рядом с одним из них, но у меня было предчувствие, что она может попытаться вернуть за него деньги.

Я запустила пальцы в цветы, ища то самое послание, но там ничего не было.

Может, она оставила записку себе…

Выйдя на улицу, я сделала несколько глубоких вдохов и опустила голову на край багажной тележки.

Тяжело дыша, я зажмурилась и вдруг почувствовала, как кто-то вкладывает мне в руку теплую чашку.

— С вами всё в порядке? — спросил глубокий голос.

— Нет. — Я покачала головой, не открывая глаз. — Нет, я не в порядке.

— Немного горячего чая может помочь…

— Сомневаюсь.

— Жених и невеста специально заказывали его доставку из Японии, — произнес голос. — Говорят, у него есть какая-то исцеляющая сила…

Мои глаза распахнулись, и я увидела того самого сексуального мужчину.

Несколько секунд мы оба не произносили ни слова. Аромат его одеколона искушал меня, заставлял желать обнять и растаять в его руках, пока этот день не закончится.

Но тут до меня дошло.

Минуточку.

— Вы. — Я впилась в него взглядом. — Это вы.

— Меня зовут Ашер, — улыбнулся он. — Но если дадите мне свой номер, я позволю вам называть меня как угодно.

— Откуда вы, черт возьми, знали, что свадьба не состоится? — я проигнорировала его обаяние.

— Понятия не имею, о чем вы говорите, — ответил он.

— В цветочном магазине… — я подошла ближе. — Вы сказали, что на моем месте не беспокоились бы об этой свадьбе. Значит, вы знали, что она закончится катастрофой.

— Не припоминаю, чтобы я такое говорил. — Выражение его лица говорило об обратном.

— Вы что-то сделали, верно? Вот почему вы возились с её букетом?

— Вы делаете слишком много поспешных выводов. Сочувствую, что случилось то, что случилось.

— Вам ни капельки не жаль… — я прищурилась. — Зачем вам делать что-то подобное?

Он не ответил.

Просто смотрел на меня.

— Вы стоили этой паре шестьдесят тысяч долларов, — сказала я. — Шестьдесят. Тысяч. Долларов.

— Я предпочитаю смотреть на вещи немного иначе. — Он сократил расстояние между нами. — Я спас их от жизни, полной мучений.

— Спасибо, что признали свою причастность. — Я скрестила руки на груди. — Вы возомнили себя каким-то богом?

— Нет. — Он покачал головой. — Но если вы задействуете навыки критического мышления, то станет очевидно: меня кто-то нанял это сделать.

— Жених?

— Отец жениха.

— Что?

— Ну, технически они оба, но платил отец, так что… — Он пожал плечами. — Теперь, когда я выдал вам гораздо больше информации, чем следовало, вы можете дать мне свой номер.

Я моргнула, ошеломленная тем, что этот человек, похоже, до сих пор считает, что это возможно.

— Я не привык просить о чем-то, чего хочу, столько раз, — сказал он с усмешкой. — В чем проблема?

— Да, проблема есть. — Я выплеснула чай ему на рубашку, наблюдая, как коричневая жидкость впитывается в белую ткань. — Пошел ты.

Он сжал челюсти, глядя на пятно.

— Я больше никогда не хочу видеть тебя рядом со мной или на моих свадьбах, — отрезала я.

— Учитывая, что ты психопатка… — он смерил меня взглядом. — Я надеюсь на то же самое.

— Вот и отлично. — Я развернулась прежде, чем он успел вставить хоть слово. Направляясь в лобби, я из последних сил сдерживала крик.

Это была первая в моей практике свадьба, которая не закончилась «долго и счастливо», и это было чертовски больно…

АШЕР

НАШИ ДНИ

Я свернул в гараж на Park Avenue, готовый завершить этот день, но на моем месте кто-то — нет, что-то — стояло.

Ударив по тормозам, я прищурился, проверяя, не поджидает ли меня какой-нибудь невменяемый клиент.

Я мигнул фарами, и мужчина с проседью в волосах показал мне средний палец.

Иисусе… Это был кто-то похуже любого клиента.

Это был сосед.

Я опустил стекло и жестом приказал ему убраться.

— Свалите к черту с моего места, если только вы не мечтаете о смерти, мистер Гришем, — сказал я.

Он скрестил руки на груди, не двигаясь с места.

Я сдал назад и припарковался перед двумя другими своими машинами.

Заглушив двигатель, я схватил портфель и вышел.

— Постойте-ка, мистер Брукс! — взвизгнул мистер Гришем. — Не смейте уходить от меня.

— Поздно. — Я направился к лифту, но он прыгнул прямо передо мной.

— Я задам вам этот вопрос один-единственный раз, — сказал он, прищурившись. — Вы торгуете наркотиками?

— Прошу прощения?

— Фентанил, «рокси» или героин? Что именно?

Я моргнул.

— Вы ведь не думали, что я не догадаюсь, правда?

— Я думаю о том, с какого перепугу вы меня вообще об этом спрашиваете…

— Потому что вы исчезаете на несколько дней подряд, уходите и приходите в ночные часы, а потом берете и покупаете пятую роскошную машину за этот год. — Он подошел ближе. — Какую дрянь вы толкаете?

— Полагаю, это можно назвать «сожалением».

— Я так и знал. — Он кивнул. — Что ж, даже несмотря на то, что вы признаетесь, я доложу об этом управляющему зданием и в наше ТСЖ. Меньше всего я хочу жить по соседству с наркодилером.

— Принято, — ответил я. — С нетерпением жду следующего собрания.

— Я никогда не видел, чтобы вы их посещали.

— Вот именно. — Я прошел мимо него и зашагал достаточно быстро, чтобы успеть в лифт прежде, чем он за мной увяжется.

Поднявшись в пентхаус, я провел картой по замку, пока двери не распахнулись, открывая вид, по которому я скучал всю неделю.

Налив себе стакан скотча, я подошел к окну и посмотрел на туманный Манхэттен внизу.

Отчетливее всего была видна крыша