Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль - Мари Ли

Руслан замолчал, а затем крепче прижал меня к себе. — Когда Инна сказала, что ты ворвалась в зал заседаний... Аня, я думал, у меня остановится сердце. Я видел, как ты швырнула им в лицо эти документы. Ты была такой... бесстрашной. Невероятной. Я смотрел на тебя и понимал, что я самый большой идиот на свете, раз пытался запереть тебя от этого мира. Ты не просто мой партнер. Ты — моя сила.

Я улыбнулась, повернув голову и коснувшись губами его небритой щеки. — Мы оба совершали ошибки, Руслан. Ты пытался меня защитить своими методами, а я пыталась доказать тебе свою независимость. Но теперь мы знаем правила.

Он усмехнулся, глубоко, вибрирующе. — Твои три пункта. Я выбью их в золоте и повешу над кроватью. Кстати, о кровати...

Его пальцы мягко скользнули под край моего свитера, обжигая кожу. Горячее дыхание коснулось уха, заставив табун мурашек пробежать по позвоночнику. — Я не спал четыре ночи, Аня. И если ты сейчас не скажешь мне остановиться...

— Я больше никогда не скажу тебе остановиться, — прошептала я, разворачиваясь в его руках и накрывая его губы своими.

В эту ночь в пентхаусе не было места страхам и призракам прошлого. Мы любили друг друга так, словно заново учились дышать. Медленно, бережно, исследуя каждый миллиметр, стирая все границы и сомнения. Золотая клетка миллиардера навсегда перестала существовать. Теперь это был просто наш дом.

Следующие две недели пролетели в сумасшедшем, но на этот раз абсолютно созидательном ритме. Кофейня «Черный перец и ваниль» восставала из пепла с невероятной скоростью. Я дневала и ночевала на стройке, контролируя каждый этап — от укладки новой дизайнерской плитки до установки суперсовременной кофемашины, которую мы заказали прямиком из Италии.

Руслан сдержал свое слово. Он ни разу не попытался вмешаться в процесс без моего ведома. Он приезжал каждый вечер, привозил ужин из лучших ресторанов Москвы, и мы ели прямо на строительных лесах, обсуждая оттенки краски для стен или сорта бразильской арабики. Мой холодный, пугающий миллиардер сменил деловые костюмы на джинсы и кашемировые свитеры, когда приезжал ко мне, и в эти моменты я чувствовала себя самой счастливой женщиной на планете.

Но наша спокойная жизнь за закрытыми дверями стройки резко контрастировала с тем, что творилось снаружи.

Скандал с неудавшимся рейдерским захватом и арестом Дианы произвел эффект разорвавшейся бомбы. Деловая пресса буквально сходила с ума. Журналисты раскопали детали заседания совета директоров, и мое имя перестало ассоциироваться с трофеем или «красивой ширмой». Заголовки кричали: «Как невеста Руслана Багирова спасла его империю», «От бариста до серого кардинала: Анна Скворцова ставит мат бывшей жене миллиардера».

В то утро я приехала в кофейню пораньше, чтобы принять партию новой мебели. Марат, как всегда, невозмутимо припарковал машину у входа. Но едва я открыла дверцу, как нас ослепили вспышки камер.

Около десятка репортеров с микрофонами дежурили у строительной сетки.

— Анна! Анна Сергеевна! — крикнул один из них, прорываясь вперед, пока Марат оттеснял толпу широкими плечами. — Как вы прокомментируете слухи о том, что Руслан Багиров передает вам часть акций головного холдинга в знак благодарности? — Анна, правда ли, что вы лично выслеживали организаторов поджога?

Я на секунду замерла. Раньше, столкнувшись с прессой, я бы испуганно спряталась за спину Руслана или позволила бы его пресс-службе отдуваться за нас двоих. Но сейчас... Я вспомнила свой же ультиматум. «Я твой партнер». А партнеры не прячутся от неудобных вопросов.

Я мягко тронула Марата за локоть, давая знак пропустить меня чуть вперед.

— Доброе утро, господа, — я улыбнулась светской, сдержанной улыбкой, которой, сама того не замечая, научилась у Багирова. — Никаких комментариев по поводу уголовного расследования я давать не буду, этим занимаются компетентные органы. Что касается холдинга — он находится в надежных руках своего генерального директора. А моя главная инвестиция и моя работа — прямо здесь.

Я указала на обновленную вывеску кофейни, которую рабочие как раз монтировали над входом.

— Мы открываемся через пять дней. Буду рада видеть вас всех на дегустации нашего нового авторского меню. Кофе за счет заведения, а вот вопросы о бизнесе господина Багирова вам придется задать ему лично. Хорошего дня!

Я развернулась и спокойно вошла внутрь, оставив репортеров переваривать информацию. Марат закрыл за мной дверь и одобрительно хмыкнул: — Красиво. Руслан Викторович оценит. — Руслан Викторович уже оценил, — раздался из глубины зала знакомый бархатный голос.

Багиров стоял у новой барной стойки из темного дуба. Он был в своем безупречном темно-синем костюме — видимо, заехал перед важными переговорами. В его серых глазах плясали теплые, гордые искры. Он наблюдал за моей импровизированной пресс-конференцией через витринное окно.

Я подошла к нему, и он тут же по-хозяйски притянул меня за талию, оставляя легкий, но собственнический поцелуй на моих губах. — От бариста до серого кардинала, значит? — усмехнулся он, цитируя утреннюю прессу. — Мне начинает казаться, что совет директоров скоро предложит твою кандидатуру на мое место. — Не переживай, мне хватает управления одной кофемашиной и тремя бариста, — рассмеялась я, поправляя его идеально завязанный галстук. — Ты рано сегодня. Что-то случилось?

Его улыбка стала чуть более сдержанной, а взгляд — серьезным. — Следователь передал дело Дианы и Аркадия Степановича в прокуратуру. Вадим дал исчерпывающие показания. Суда им не избежать. Но адвокаты Дианы пытались выйти на меня со сделкой.

Я напряглась, инстинктивно сжимая ткань его пиджака. — Сделкой? Какого рода? — Она предлагала отдать свою долю в европейских активах в обмен на то, что мы отзовем часть обвинений, касающихся холдинга. Чтобы ей оставили только статью за мошенничество, без организации поджога и покушения на жизнь.

Внутри всё похолодело. Диана снова пыталась купить свою свободу. — И что ты ответил? — тихо спросила я.

Руслан взял мою руку, ту самую, на которой сверкало кольцо из белого золота, и поднес к своим губам. — Я ответил, что она сожгла единственное место, которое заставляло мою будущую жену улыбаться. И что я не возьму ее активы даже даром. Она сядет, Аня. По полной программе. Я обещал тебе безопасность, и я не собираюсь идти на компромиссы с теми, кто пытался тебя сломать.

От его слов по телу разлилось абсолютное, согревающее спокойствие. — Спасибо, — выдохнула я, прижимаясь к его груди. — Я знала, что ты так скажешь. — А теперь о более важных вещах, — Руслан отстранился, и