Дочери маяка Птичьего острова - Кристи Барлоу

Ознакомительная версия. Доступно 11 из 55 стр. сказываются, но что поделаешь? Это самое продуктивное время для работы, когда никто не отвлекает. Подойдя к окну, Дилли раздвинула шторы. Вид открывался великолепный – солнце уже стояло высоко, море лениво плескалось в бухте, а маяк, как верный страж, возвышался над окрестностями. Дилли улыбнулась. Как можно не любить Птичий остров? Раз уж день выдался солнечным, а в галерее выходной, надо воспользоваться хорошей погодой и порисовать у пристани. Идеальное место, и не только из-за прекрасных видов – заодно повидается с отцом. Дилли очень хотелось обсудить с ним покупку маяка.

Жизнь Ральфа Уотерса с самого рождения была тесно связана с морем. Коренной житель Птичьего острова в четвертом поколении, он начал работать на лодочной станции в шестнадцать, и вот уже тридцать лет как стал ее полноправным владельцем.

Отец Ральфа с детства учил сына яхтенному делу, а на седьмой день рождения подарил ему весельную лодочку – маленькую, всего пяти футов в длину. Ее прозвали «Поплавок». Ральф пришел в восторг и сразу определился – он посвятит жизнь лодкам. Судна, которыми он командовал, росли вместе с ним, и к восемнадцати годам Ральф приобрел собственную яхту. Предмет его гордости отчаянно нуждался в ремонте и еще полгода забирал у Ральфа все свободное время и деньги, прежде чем быть спущенным на воду.

Прошлой ночью Дилли засыпала с приятными мыслями. Во-первых, маяк. Она еще не успела побывать внутри, но мысленно уже выиграла аукцион, открыла новую галерею и счастливо жила в новом доме. Во-вторых, Макс Харрингтон. Ее неожиданная радость. Рисовать она полюбила еще в школе и твердо знала, что после окончания хочет заниматься именно живописью. Из этого логично следовало обучение в художественном колледже; мама и папа, хоть и расстались к тому времени, оба одобрили ее выбор и всячески поддержали начинание. Обсудили плюсы и минусы. Главным минусом являлось то, что продажей картин трудно заработать, однако Дилли постепенно поверила в свои силы и убедила родителей.

Учеба в колледже была одним из лучших периодов в ее жизни, во многом благодаря Максу. Молодой преподаватель каждую неделю делился с ней книгами по искусству. Знакомил с художниками и стилями, поощрял исследовать сочетания красок. Как и Макс, Дилли любила современное искусство, ей хотелось рисовать теплые и забавные картины – так появилась идея милых тупиков и уютных маяков. Макс всегда говорил – рисуй то, что хорошо знаешь и любишь, что она и делала много лет. После окончания колледжа Дилли осуществила свою мечту, открыв галерею, а теперь, с приходом внезапной славы, преисполнилась желанием в свою очередь поддержать молодые таланты, так же увлеченные искусством. Она хотела поделиться опытом и помочь другим. Приобретя новое помещение, она могла бы перенести туда свою выставку, а нынешнее пространство отдать под нужды местных художников.

Звякнул телефон – пришло сообщение от Клемми.

Дилли догадывалась. Значит, Макс все еще на острове. Это приятно.

Не успела она ответить, пришло еще одно сообщение – на этот раз от Амелии.

О, Дилли помнила! Для нее мистер Харрингтон был не просто увлечением. Лучшим подругам она об этом не рассказывала: было неловко признаваться в неуместном чувстве к преподавателю, к тому же женатому. Никто, кроме дневника, не знал о ее тайной страсти.

Макс был безумно привлекательным и во всех отношениях идеальным. Ровесники Дилли, забавы ради гоняющие на тачках по ночному городу, безнадежно проигрывали в сравнении. Он был взрослым, стильно одевался, умел поддержать умный разговор и обожал живопись. Макс, как настоящий профессионал, никогда не позволял себе двусмысленности, что не мешало Дилли время от времени мечтать о поцелуе.

Улыбаясь над сообщением Клемми, Дилли размышляла – признаться или подыграть. Остановилась на втором.

Ответ пришел мгновенно.

Дилли с улыбкой напечатала:

По дороге Дилли решила забежать в кондитерскую за любимым папиным лакомством – шоколадным печеньем.

Пару часов спустя с сумкой кистей, красок, мольбертом и складным стулом под мышкой она направлялась к пристани – через кондитерскую. Оставив вещи у ограды, зашла в открытую дверь – ни одного свободного столика!

– Вижу, бизнес процветает? – окликнула она подругу.

Клемми обернулась.

– Грех жаловаться, но сегодня с утра не продохнуть. Солнечная погода привлекает толпы людей.

– Ты сама виновата – у вас слишком хорошая репутация.

– Верно… – улыбнулась Клемми. – Итак… – Она многозначительно подняла бровь. – Мистер Харрингтон в наших краях. Ты ведь его помнишь?

Клемми отерла руки о фартук. Дилли указала на шоколадное печенье под стеклянным колпаком на прилавке.

– Мистер Харрингтон?.. – с притворным замешательством спросила она.

– Ты серьезно? Твой красавчик препод из колледжа! Мы еще следили за ним, чтобы узнать, где он обедает. Дежурили у кафедры живописи, чтобы лишний раз на него взглянуть и…

– Ах, мистер Харрингтон… Кажется, припоминаю. Он по-прежнему красавчик?

– Ничуть не постарел, все так же очаровательно небрит. А глаза! Утонуть можно.

Клемми, заговорщицки оглянувшись, поманила подругу пальцем.

Дилли склонилась ближе.

– Что за страшная тайна?

– Я кое-что заметила.

– И что же?

– Он больше не носит обручальное кольцо! – заявила Клемми, расширив глаза и прижав для убедительности руку к сердцу.

Дилли нашла этот факт чрезвычайно занятным, упрекнув себя за то, что не обнаружила его сама.

– Может, он снял кольцо, когда купался в море, – предположила она вслух.

– …или он больше не женат! – стояла на своем Клемми.

В колледже все они, разумеется, гуглили миссис Лидию Харрингтон. Она была из семьи пластических хирургов, владеющей элитной клиникой для богатых и знаменитых в предместьях Котсволдса. Если верить гуглу – одна из самых богатых семей Соединенного Королевства. За первые пару лет брака с Максом Лидия совместно с родственниками открыла еще две клиники – одна из которых находилась в Нортумберленде, в пригороде Си-Энда – ближайшего к Птичьему острову города. Дилли никогда не задумывалась о пластической хирургии сама и сомневалась, что кто-то в Си-Энде или окрестностях заинтересуется предложением. Клемми тогда справедливо заметила, что клиенты будут приплывать на паромах, как туристы, на Птичий остров, а значит, Лидию ждет большой успех.

– Они были как небо и земля, – продолжила Клемми.

– Кто?

– Мистер и миссис Харрингтон. У нее маникюр, туфли от «Джимми Чу», сумочка от «Малберри», дорогая машина, а он…

– Простой и скромный, ездил в колледж на старом велосипеде. Взлохмаченные кудри, бездонные глаза,

Ознакомительная версия. Доступно 11 из 55 стр.