Развод. Двойная жизнь моего мужа - Александра Багирова
— Какая же ты паскуда! — замахиваюсь, чтобы ее ударить. Меня останавливает только испуганный взгляд Родиона. Жаль что малый в комнате. Так бы я ей точно патлы вырвала.
Как она посмела испортить не только день! Но и сообщить мужу такую важную новость! Она изгадила все!
— Да. Поэтому Ксения тебе ужин готовила. Хотела сообщить. А тут мы с Родей пришли. Прости меня Серж, я не хотела! Но я не могла одна оставаться в четырех стенах! Не моглааа…
Выбегаю из комнаты, бегу на второй этаж нашей двухъярусной квартиры. Забегаю в спальню. Падаю на постель. Слез нет. Только бессильная ярость меня сжирает.
Будто меня связали по рукам и ногам и методично наносят удары. А я ничего сделать не могу. Но это временно. Я разберусь. Докопаюсь, где зарыта ложь.
Кто дал ей право сообщать о моей беременности?!
Я ведь так ждала реакции Сержа. Весь день ее представляла. Это должен был быть один из самых радостных и волнительных моментов в нашей жизни. Их у меня много в копилке памяти и я все их бережно храню.
Но всего одна особь умудрилась облить все помоями.
— Ксю, так ты потому так бесишься? — Серж заходит в спальню. — Тебе сюрприз испортили?
— А у меня мало поводов? — сижу на кровати, прижав ноги к груди.
— Согласен, Ви, выбрала не лучший день, время, — Серж говорит мягко, тихо. — Конечно, я хотел эту новость от тебя услышать. Но ведь главное, что ребеночек есть, как мы хотели.
Садится на постель. Гладит мою ступню.
— Звездочка моя, тебе беречь себя надо. А не на пустом месте скандалы закатывать. Ты ведь не такая, — подбирается ко мне ближе. — Ты добрая и отзывчивая.
— Поэтому мне можно на голову сесть? Притащить Ви, — перекривляю его тон, каким он ее называет. — А я в тряпочку буду молчать и обеды готовить?
— Дай мне немного времени, и я все улажу. Я так счастлив! У нас получилось! — улыбается, пытается меня обнять, поцеловать. Отворачиваюсь. — Ксю, вспомни, как ты потеряла родителей? Как тебе было плохо? Могла ли ты находиться одна?
— Решил меня по больному? Только бы она осталась? И пофиг, что я беременна, главное — Ви.
Мне до сих пор ужасно не хватает родителей. Если бы были живы мама и папа, я бы не осталась тут. Побежала бы к ним. С ними я чувствовала себя сильной. Они были моей каменной стеной.
Как говорили и писали многие завистники, я родилась с золотой ложкой во рту. У моего отца был успешный бизнес. Мама всю себя посвятила мне. Меня баловали и лелеяли, и я отплачивала им тем же. Старалась не разочаровывать. Я доверяла родителем. Мы никогда не ссорились.
Первая ссора произошла, когда я влюбилась в Сергея. Я была уверена — родители поддержат. Он ведь сын интеллигентных людей. Только закончил институт, работает офис-менеджером.
Но родители в один голос твердили, что он мне не пара. Тогда впервые я перешла наперекор их воле и вышла замуж.
Когда я забеременела дочерью, родители начали оттаивать. Подарили нам эту квартиру. Папа помог начать Сержу свой бизнес, помогал знакомствами, советами, деньгами. Сейчас у мужа большая сеть магазинов бытовой техники. Конечно, муж работал дни и ночи напролет, чтобы достичь нынешнего уровня. Но путевку в жизнь дал ему мой отец.
После дочери, я очень быстро забеременела вторым ребенком. Мама и папа были рядом. Серж с меня пылинки сдувал. Я всегда знала, где он, с кем. Он постоянно звонил, писал, а любую свободную минуту проводил со мной.
Когда нашему сыну было всего два месяца, моих родителей не стало. Они поехали на отдых, отмечать годовщину свадьбы. Катались на яхте. Там произошел взрыв и она затонула. Когда нашли их тела, я думала, не переживу.
Но беда не приходит одна. Партнеры сделали все, чтобы отобрать бизнес отца. Они все так искусно провернули, что от папиной империи мне достались копейки. Серж тогда пытался с ними бороться, но силы явно были не равны.
— Ты главная! Только ты! — горячо шепчет Серж. — Просто, ты должна понимать ее состояние.
— Я главная? Только я? Так ты говоришь? — сажусь прямо, смотрю на него в упор. — Тогда выбирай, или она остается, или я.
Глава 9
— Ты! Ты! И только ты! — валит меня на кровать и засыпает лицо поцелуями. — Ксюшенька, как ты могла усомниться. Никого нет в мире важнее тебя и наших детей!
— Отпусти меня, — упираюсь руками в его грудь. — Мне не до поцелуев.
Поражает то, что Серж и раньше так мирился. Порой, чтобы не скандалить, он переносил эмоции в горизонтальную плоскость.
Как он выражался, не словами, а делом доказывал, как меня любит.
И только сейчас, впервые за двенадцать лет нашего брака я хочу его оттолкнуть. Еще сама не понимаю, но что-то надломилось. Я не могу смотреть на него как раньше.
— Родная, это ж надо себя так накрутить, — нехотя отстраняется. — А ведь причина выеденного яйца не стоит.
С одной стороны, мне не чем его припереть к стене. Пока нечем. Если он думает, что я не буду искать. Серж глубоко ошибается. С другой, я чувствую непреодолимый барьер, и мысленно хочу построить его еще выше.
— Если все так невинно, зачем было скрывать? — отодвигаюсь от него на другой край кровати.
— Мы же с отцом тебе объяснили!
— Я думала, мы можем друг другу доверять. Я вроде бы не похожа на ту женщину, которая побежит выбалтывать семейные тайны.
— Отец просил, — сцепляет руки в замок на колене. — Прости меня за это!
— Серж, избавься от нее. Я не потерплю ее в доме. Мне нервничать нельзя, а я только ее вижу, сразу закипаю, — сжимаю руки в кулаки. — Ты сказал, что выбираешь семью. Вот и докажи.
— Докажу! Конечно! — восклицает с запалом. — Только сейчас Виолетта в очень плохом состоянии. Это бесчеловечно выгонять ее на ночь глядя. Завтра я все решу! — складывает ладони на груди. — Обещаю!
— Можно снять ей хорошую гостиницу. Вызвать такси. Никто ее на улицу не отправляет.
— Ксю, звездочка моя, завтра! Неужели я не заслужил капли твоего доверия за столько лет? — смотрит на меня, склонив голову набок. — Я им постелю на диване. Наверх никто не поднимется. Они тебя не потревожат. Утром завтрак я сам приготовлю.
— Завтра, чтобы смрада ее тут не было, — соглашаюсь на уступку. — Если она останется дольше, то ты переедешь жить к родителям, в отель, куда угодно.
— Ксю, не понимаю тебя. Так ожесточиться из-за родственницы.