Всё равно не убежишь - Татьяна Катаева

полноценно не дошли. Но разве место имеет значение? Только человек, который рядом. Только

чувства, которые этот человек транслирует. И хоть убейте меня, но я вижу, что это не

ненависть. Нет! Это больше и глубже. Где-то там, на дне её души. И я нырну в эту пучину и

достану то, что мне нужно. Её любовь.

— Эльдар-р, — в прежней манере тянет, — мне холодно.

— Сейчас согрею... Сейчас...

Когда мои руки касаются тонкой ткани чашечки, я даже не замечаю, как быстро эта чашечка

тянется в сторону. Потому что губы уже тянутся к груди и обхватывают сосок. Сладкий,

вкусный...

Её пальцы ныряют в волосы, и поглаживают кожу головы. Стон тихий, но тяжёлый. Она тоже

горит. Кожа её горит.

Вдоволь исследовав её грудь, я подхватываю её и несу в спальню. Признаюсь, хотелось бы её

прямо там взять. Чтобы посильнее обхватила бедра ногами, и дала возможность входить на весу.

Но не стоит забывать о ребенке. О риске. Мне в любой позе с ней хорошо. Большего я и не

прощу. Лишь бы не отталкивала. Впускала и в тело, и в душу.

Трусы отвлекают в сторону. Причем и мои, и её. Поцелуи перестают в акт поглощения. Я

всасываю её кожу везде, где касаюсь, пытаясь как можно больше вобрать в себя её вкус.

Член касается её складок. Губы соединяются в жёстком и диком поцелуе. И я наконец-то вхожу

в неё.

— Боже-е... - стонет она, — Ах... Да...

Мелодия льется из её рта в виде стонов. Я наслаждаюсь музыкой и вбиваюсь в неё лишь

сильнее. Оголяя все нервные окончания, вышибая из тела все силы и полностью лишая

способности соображать.

— Эльдаррррр...

Потому что моя клубничка кончает с моим именем на устах, и окончательно отправляет меня в

нокаут. Плевать. Такие бои без правил, я готов всегда проигрывать. Потому что это и есть

чувство эйфории.

— Я люблю тебя, — снова эти слова говорю, и кончаю.

Дни проходят один за другим. Я жутко устаю. Так как, помимо работы, еще пишу диплом. Конец

пятого курса, как не крути. Пора заканчивать этот балаган и полноценно браться за работу.

В фирме отца у меня всё получается. То ли уверенность, что в случае чего в спину не

выгонят, так как начальник кровный родственник. То ли я действительно начал втягиваться и

видеть перспективы работы именно в этом направлении.

Сближение с Катюшей происходит медленно, но уверено. Так мне кажется. При первом удобном

случае она не выставляет коготки, всего лишь может отвернуться к стенке и не разговаривать.

Но и тут я не отступаю. Ложусь рядом, прижимаю к груди её спину и трогаю живот. На такие

действия у неё не находится слов.

Касания к её коже сводит с ума. Лишает сна и покоя. На диване уже не спится. Мозг не

расслабляется. Мотает информацию за день и подкидывает дровишки в уже пылающий костер.

И тогда я долго хожу по комнате, успокаиваю свой пожар, и иду в спальню к любимой. В нашу

спальню, в которой мне пока нет места. Но это временно.

Я тихонько заползаю под плед, и снова её обнимаю. Сонная принцесса, что-то там бурчит, но

всё равно не прогоняет. Может долго, крутится на месте, но, в конечном счете, кладет голову

мне на плечо, и спит на груди. В такие моменты, я всё так же не могу уснуть. Но это лучше,

чем сон. Ведь я могу трогать её кудрявые волосы, проходится пальцами по голым участкам кожи.

Губами касаться макушки. Боже, да быть в её власти это лучшее, что со мной происходило в

жизни. А ещё, я отчётливо ловлю шевеление ребенка. Бывает лёгкое, еле-еле ощутимое. Бывает,

немного сильнее. Не представляю, как он будет биться, когда сильнее подрастет.

Сегодня мы будем ехать на УЗИ. Узнаем пол ребенка и общее состояние Катюши. Я даже

отпросился с работы у отца, не хочу переживать и ждать. Лучше сразу вместе проснёмся и будем

собираться.

Уснул я только под утро. А вот проснулся от резкого покалывания в районе груди. Не сразу

сообразил что это. То ли сон, то ли явь.

Но когда аккуратные ноготки прошлись по моему торсу, задевая резинку трусов, я моментально

проснулся. Правда, виду не подал. Глаза мои закрыты, дыхание размеренное. Но сердце... Оно

отбивает кульбиты, и набирает обороты. Сердечная мышца сокращается, но мне не больно. Уж

слишком волнительно. Это впервые она начала трогать меня сама.

Шевеление её становится активнее. Она приподнимается на локти, и такое чувство, что

замирает напротив лица. Долго не подаёт никаких знаков. Наверное, смотрит. Ох, как же мне

хочется открыть глаза и увидеть её карий омут. Почему-то, кажется, что сейчас в них горит

огонь желания. Но я пока держусь.

Подушечками пальцев она проходится по моим скулам, опуская их ниже. Губы её касаются груди,

пупка... Боже, что она творит со мной с утра. Член в боевой готовности, и я слышу, как она

довольно мурчит. Оттягивает резинку трусов и берет его в руку. Гладит медленно, не

агрессивно. Боже, я с трудом сдерживаю стон и руки, которые так, и тянуться к её телу. С

каждой секундой притворяться сложнее.

— МММ, — тихо мычит она, и облизывает головку члена. Тот, от напряжения моментально

дёргаться начинает. Большего от нее желает. Да, и просто минета. Просто её действий. Ведь её

активность это бальзам на душу. И смазка на тело.

Её маленький и аккуратный ротик обхватывает весь член. Катя всасывает его в себя и медленно

начинает двигаться. Я, правда, держался. Старался как можно дольше растянуть это

удовольствие, но терпение лопается, и я выпускаю изо рта стон. Клубничка останавливается и

выпускает член. Голову поднимает. Я открываю глаза и ловлю её взгляд. То ли трусливый, что

её поймали на горячем. То ли сумасшедший...

— Катюша... - шепчу одними губами, — любимая моя.

Она нервно натягивает улыбку, и возвращается к моему члену. Теперь движения более активные

и горячие. Мои пальцы наконец-то ныряют в её волосы. Тело под диким напряжением. Вот-вот и

меня расшибет. Вольты растут, и я не перестаю контролировать хоть что-то. Её руки трогают

мошонку, язык скользит по всей длине члена, а когда она в очередной раз заглатывает его и

начинает сосать, я взрываюсь мощным выбросом сперматозоидов ей в рот. Рука прижимает ее

голову к члену