Безнадежный - Элси Сильвер

Запах свежего горного воздуха и все такое. И, может быть, я неблагодарен — это вполне возможно — но очарование полностью теряется для меня.

— Бо?

Голос моего старшего брата врезается в мои мысли, когда я сижу на спине лошади, глядя через хребет на долину коров, которые все выглядят чертовски одинаково. Они выглядят одинаково, они едят одно и то же каждый день, они следуют друг за другом почти слепо.

Все в их существовании кажется очень простым. Даже скучным.

И все же они все кажутся счастливыми.

Я хотел бы быть коровой. Хотел бы я найти немного радости в однообразии жизни на ранчо. Вместо этого я беспокойный и извиваюсь. Запертый под поверхностью идеально ухоженного фасада, который я надеваю на благо всех вокруг.

Они хотят, чтобы со мной было все в порядке. А я не такой. Не совсем. Я хочу, чтобы они думали, что я в порядке. Но в эти дни? В последнее время я плохо сохраняю прикрытие.

— Бо! — голос Кейда теперь по-настоящему зол, и я слышу в нем опасность. Если бы я был его сыном, Люком, я бы дрожал от страха.

Но я не такой.

Поэтому я медленно поворачиваю голову, чтобы взглянуть на брата.

— Ты одет как какой-то эмо-ковбой. Почему ты весь в черном в такой жаркий день?

Он качает головой в недоумении.

— Ты не слышал, как я с тобой разговаривал?

Я услышал свое имя, но больше ничего.

— Извини, просто немного потерялся, наслаждаясь видом. Голубое небо, щебетание птиц. — Я машу рукой в сторону горизонта. — Приятно.

Мой брат моргает, явно не зная, что сказать дальше. Его ресницы такие темные, что он почти напоминает мне корову своей медленной, ленивой манерой, которой он мне моргает.

— Эй, почему у коров такие длинные ресницы? — спрашиваю я, резко переключая тему.

Он хмурит брови в мою сторону под козырьком кепки.

— Что?

— Их ресницы. Они просто чертовски длинные. В чем смысл?

Какой смысл во всем этом?

Слова всплывают в моей голове. Но за ними тут же следует мудрость Бейли с прошлых выходных. И это заставляет мои губы слегка приподняться.

Доверяй своей борьбе.

Так и есть. Я верю, что есть совершенно веская причина, по которой мой мозг должен знать о коровьих ресницах.

Кейд прочищает горло. Я явно сбиваю его с толку. И он делает то, что делает моя семья, когда они угождают мне, независимо от того, насколько смешно я себя веду. Ходит вокруг меня на цыпочках, как будто мне помогает, когда они каким-то образом удовлетворяют каждый мой каприз.

Не как Бейли, который на каждом шагу меня достает.

— Это просто для защиты их глазных яблок. Пыль, дождь, насекомые. И все такое.

— Хм. — Я кладу руки в перчатках на луку седла и смотрю вниз на всю эту тупую толпу. — Я должен был это понять. Теперь, когда ты это говоришь, это кажется очевидным.

Он натянуто улыбается мне, и я сдерживаю смех. Кейд, притворяющийся таким мягким и чувствительным, слишком неловко, чтобы это терпеть. Хотел бы я, чтобы он отпустил злую шутку и пригрозил мне пнуть задницу.

Это заставило бы меня снова почувствовать себя нормально.

— Тогда готов?

Готов.

Я смотрю вниз на поле. Его вопрос — это тот, который я уже слышал раньше. И все же, сейчас все совершенно по-другому.

Нет адреналина, нет острых ощущений, нет последствий жизни или смерти.

— О, черт, подожди. — Я поерзал в седле, достаю телефон и смотрю на него, словно мне звонят. Все, что я вижу, — это фоновая картинка, на которой Люк ухмыляется от уха до уха после того, как мы выкинули арбузы из окна моего движущегося грузовика.

Воспоминание о том, как мы мчались по проселочной дороге, наблюдая, как они взрываются на асфальте, и слыша его визг от восторга, всегда заставляет меня улыбаться.

Особенно после того, как Кейд сказал нам этого не делать.

— Джаспер звонит. Одну секунду.

Кейд закатывает глаза и бормочет: «Догоняй», прежде чем погнать свою кобылу вперед к тропе, ведущей вниз в долину.

— Эй, мужик!

Я отвечаю тишиной. Очевидно. Потому что я притворяюсь, что звоню.

— Угу. — Я показываю Кейду большой палец, когда он оборачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Верно. Ох, черт. Это действительно звучит важно.

Кейд начал спуск. Он начал исчезать за гребнем холма, но я все равно продолжаю.

— Ты уверен, что Слоан не сможет тебе с этим помочь?

Пауза.

— О. Она в городе, да? Ладно, посмотрю, что можно сделать.

Я жду еще несколько секунд, прежде чем добавить: «Ладно, скоро поговорим». Затем, легко кудахтая, я подгоняю лошадь ближе к краю хребта. Я вижу, где Кейд ступил на ровную землю внизу, и другие ребята, которые работают на него, уже ждут там. Меня пронзает чувство вины. Вины за то, что я не могу просто смириться и пойти делать работу.

Я знаю, что мне нужно перестать всех бросать. Я знаю, что обещал работать на семейном ранчо с Кейдом.

Но я не могу. Я просто... не могу.

Но это знание не мешает мне чувствовать себя дерьмово, когда я кричу вниз.

— Эй, Кейд! — Он подъезжает и поворачивается в седле, чтобы посмотреть на меня. Он как будто знает, что будет дальше. — Только что звонил Джаспер! Ему нужна моя помощь. Я собираюсь уехать и попытаться вернуться, чтобы закончить день с тобой и командой.

Он лишь кивает. Он знает, что я не вернусь.

Я киваю в ответ, прежде чем повернуть своего коня и уйти. Пытаясь сдержать свой стыд.

Как только я оказываюсь вне зоны слышимости, я поднимаю телефон и звоню Джасперу по-настоящему. Он берет трубку на четвертом звонке.

— Трудишься много или почти не работаешь?

Я всегда могу довериться Джасперу, который меня рассмешит, немного подразнит. Он не душит меня с тех пор, как я вернулся. На самом деле, он в основном позволяет мне приходить к нему, когда я готов. Джаспер знает, что такое травма. Он знает, когда нужно давить, а когда откинуться. И он знает, каково это, когда все смотрят на тебя, ожидая, что что-то произойдет, как будто ты эксперимент в чашке Петри.

В эти дни я чувствую, что понимаю его лучше, чем когда-либо.

— Как ты догадался? — Стук копыт по сухой земле подо мной сотрясает мои кости, и я уже чувствую, как мое тело начинает расслабляться, когда я отдаляюсь от команды.

— Ну, Бо, единственное, что в тебе надежно в эти дни, это