Босс, ваше алиби – я - Алекс Скай

— Ни о чём, что относится к сегодняшней ситуации.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Павла обсуждали?

— После того как Артём получил сообщение.

— Что он сказал?

Я передала разговор почти дословно. Олег записал.

— Вы видели само сообщение?

— Да.

— Полностью?

— «Нужно поговорить. Срочно. Только лично».

— Время?

— Восемь тридцать девять.

— Артём отвечал?

— При мне — нет. Он звонил Павлу, но тот не ответил.

Олег отложил ручку.

— Вера Сергеевна, последний вопрос.

— Надеюсь.

— Как вы оцениваете вероятность того, что Романов мог заранее организовать всё происходящее, рассчитывая использовать вас как алиби?

Я встретила его взгляд. Вот он. Вопрос, который до этой минуты никто не произносил вслух.

— Вы серьёзно?

— Очень.

— Для этого ему пришлось бы заранее организовать поломку лифта.

— Или воспользоваться ею.

— Мы вошли туда случайно.

— Вы уверены?

Я вспомнила служебный коридор. Шаги за спиной. «Соколова». Артём действительно появился позже меня. Потом сказал, что возвращается в кабинет. Павел написал ему за две минуты до того, как мы вошли в лифт. Если смотреть на события не моими глазами, а со стороны, картина могла выглядеть иначе. Мне это не понравилось.

— Я не знаю, — сказала я.

Олег чуть поднял брови.

— Только что вы были гораздо увереннее.

— В том, что физически он находился со мной. Это факт. А вы спросили, мог ли он заранее что-то организовать. Этого я знать не могу.

— Хороший ответ.

— Он вам не понравился.

— Наоборот.

Олег закрыл блокнот.

— Почему?

— Потому что если бы вы сейчас начали убеждать меня в полной невиновности Романова, я бы решил, что девяносто две минуты в лифте повлияли на вас сильнее, чем вы хотите признать.

Раздражение вспыхнуло сразу.

— На меня повлияла только невозможность нормально стоять на каблуках полтора часа.

— Значит, всё в порядке.

— Великолепно.

Он поднялся.

— Пока оставайтесь здесь.

— «Пока» — это сколько?

— Скоро будет экстренное заседание совета.

— Ночью?

— Уже не совсем ночь, когда финансового директора находят в кабинете генерального.

Взгляд сам нашёл часы. 23:18. Мне казалось, что корпоратив был несколько дней назад.

— А Павел?

Олег помолчал.

— Жив. Сейчас это всё, что я могу сказать.

— Он сможет говорить?

— Не знаю.

Я кивнула. Это было лучше, чем ничего. Когда Олег вышел, я осталась одна в небольшой переговорной с матовым стеклом вместо окон. Телефон лежал на столе. Двадцать три непрочитанных сообщения. Первые были от коллег, которые ещё ничего не знали и обсуждали корпоратив. Потом кто-то написал, что на двадцать восьмом этаже работает служба безопасности. Через десять минут появились слухи.

«Что там случилось?»

«Ты ещё в офисе?» «Говорят, Павел упал прямо у Романова».

«Вера, ты с ними?» Я закрыла мессенджер. Слухи уже начинали создавать собственную версию событий. К утру она будет жить независимо от фактов. Дверь открылась. Я ожидала увидеть Олега. Вошёл Артём.

— Вас отпустили? — спросила я.

— Нет.

— Тогда почему вы здесь?

— Перепутал двери.

— Генеральный директор?

— Представьте себе.

Он закрыл дверь. Я посмотрела на матовое стекло.

— Нас за это не арестуют?

— Олег переживёт.

— Уверены?

— Сегодня уже ни в чём.

Он сел напротив. Короткое время мы молчали. После лифта одиночество в комнате почему-то казалось страннее, чем его присутствие.

— Что у вас спрашивали? — произнёс он.

— Если расскажу, Олег расстроится.

— Я переживу его расстройство.

— А я нет. Мне ещё работать с ним.

Взгляд Артёма задержался на мне.

— Если завтра выяснится, что у меня вообще осталась компания.

Это была первая реплика за весь вечер, в которой я услышала не раздражение и не контроль. Усталость. Я положила ладони на стол.

— Сколько документов нашли в вашем кабинете?

— Не знаю. Мне не показывают.

— Вы правда их не видели?

Он не ответил сразу. Я сразу это заметила.

— Артём.

— Я не видел документы, которые нашли сегодня.

— Это очень аккуратная формулировка.

— Вы хотите допросить меня вместо Олега?

— Хочу понять, почему вы сформулировали именно так.

Он откинулся на спинку стула.

— Потому что Павел последние несколько недель задавал вопросы по старым платежам.

Мысль наконец встала на место.

— Каким платежам?

— Не знаю.

— Вы только что сказали, что задавал вопросы.

— Он спрашивал, помню ли я несколько подрядчиков.

— Каких?

Артём назвал две компании. Названия мне ничего не сказали.

— И?

— Я сказал, что нет.

— Что ответил Павел?

— Что проверит сам.

— Когда это было?

— В понедельник.

— Сегодня четверг.

— Я знаю календарь.

— А мне вы об этом почему не рассказывали?

Он посмотрел на меня так, словно вопрос был странным.

— С какой стати?

— Я руковожу внутренним контролем.

— Павел не говорил, что нашёл нарушение.

— Зато сегодня его нашли в вашем кабинете рядом с платёжными документами.

— Вера, если бы три дня назад я знал, что закончится этим, разговор был бы другим.

Я хотела ответить резко. Не ответила. Потому что он был прав. Мы оба пытались задним числом придать значение вещам, которые несколько часов назад выглядели обычными.

— Хорошо, — сказала я. — Кто ещё знал, что Павел проверяет эти компании?

— Не знаю.

— Михаил?

Артём встретил мой взгляд.

— Почему сразу Михаил?

— Потому что он операционный директор.

— Вы с ним сегодня долго разговаривали.

Вот теперь я услышала знакомую интонацию.

— Семь минут.

— Считали?

— Нет. Но теперь начну, раз вы контролируете мои разговоры.

— Я ничего не контролировал.

— На корпоративе вы смотрели.

— На корпоративе я смотрел на половину зала.

— Какая удача для второй половины.

Он прищурился.

— Мы сейчас серьёзно будем обсуждать это?

— Нет. Мы сейчас серьёзно обсуждаем Павла.

— Тогда при чём здесь Михаил?

— Потому что вы не ответили.

Артём провёл ладонью по лицу.

— Да. Мог знать. Павел часто обсуждал с ним операционные расходы.

— Ещё кто?

— Финансовая служба. Казначейство. Юристы, если Павел запрашивал договоры. Список может быть длинным.

— Значит, искать будем не человека, который знал о проверке. Искать будем того, кто знал достаточно, чтобы подготовиться.

— «Будем»?

Я взглянула на него.

— Вы слышали.

— Вы всё ещё думаете, что вам позволят вести это расследование?

— А вы всё ещё думаете, что сможете?

Уголок его рта едва заметно поднялся.

— Вот теперь я снова узнаю Соколову.

— Не расслабляйтесь.

— Даже не пытался.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Олег. Он посмотрел на Артёма. Потом на меня.

— Я же просил находиться отдельно.

— Я перепутал двери, — сказал Артём.

Олег перевёл взгляд на табличку рядом с входом.

— На этой написано «Переговорная № 2».

— Поэтому и перепутал.

Я отвернулась, чтобы Олег не увидел, что мне смешно.

— Совет собирается через десять минут, — сказал он. —