Будь со мной до заката - Анастасия Сергеевна Кольцова

Будто почувствовав мой взгляд, Глеб поднимает глаза от монитора, и я поскорее прячусь за учебником — не хватало только чтобы он заметил, как я на него пялюсь! Скорее бы пришёл директор, проверил работу Глеба и мой ролик, и я побежала домой, смотреть с Сашей сериал о девятихвостом лисе. Прошлый сериал о детективах из прошлого и настоящего мы уже досмотрели, собираемся начать смотреть новый.

Пришедший проверять нашу работу директор разносит в пух и прах и Глеба, и меня, и даже нашего бедного историка. В чём он обвиняет историка и Глеба я особо не слушаю, а вот то, что ему не нравится мой ролик меня сильно обижает.

— Нужен накал, понимаете, накал. Чтобы дрожь пробирала, чтобы мурашки по телу шли. А пока это всё очень слабо. Я знаю, вы можете лучше, — заявляет директор после просмотра моей видеонарезки. — Ева, соберись, и сделай что-то по-настоящему цепляющее. Всё — и работа, и ролик должно быть на высоте! Первое место должно достаться именно нашей гимназии!

— Хорошо, — тяжко вздыхаю я. — Будет вам новый ролик.

— Завтра покажем вам работу со всеми внесёнными правками, — обещает Олегу Викторовичу Дмитрий Николаевич, а Глеб ничего не обещает, и только недовольно смотрит на директора. Во время обсуждения текста исследовательской Глеб яро спорил с Олегом Викторовичем, и теперь явно зол из-за того, что историк не встал на его сторону.

После ухода директора мы вновь начинаем пересматривать мой ролик, отмечая, что нужно переделать, чтобы усилить его. Я предусмотрительно ставлю свой стул как можно дальше от Глеба, чтобы никакие части наших тел не соприкоснулись и не ввели меня в замешательство. Глеб снова саркастично улыбается, чем очень меня пугает — неужели ему удаётся читать мои мысли? Неужели новый одноклассник понимает, какую реакцию у меня вызывает?

— Я отойду на совещание, а вы пока переделайте то, о чём мы договорились, — говорит нам историк после того, как ролик отсмотрен. — Приду — проверю.

— Дмитрий Николаевич, ну можно я дома всё это сделаю? — начинаю ныть я. — Не обязательно же всё это в школе делать!

— Лучше, если вы будете это делать вместе с Глебом, — огорчает меня историк. — Командная работа даёт самый лучший результат!

— Ну что, поработаем вместе, русалочка? — ехидно интересуется у меня Глеб, когда историк выходит из кабинета. — Уверен, мы станем прекрасной командой!

— Предпочитаю работать одна, — сухо отвечаю я, открывая на своём ноутбуке программу для нарезки видео. — Ты только мешать будешь!

— А ты не хочешь, чтобы я тебе мешал? — Глеб встаёт из-за учительского стола, и направляется в сторону первой парты, за которой я сижу.

— Что за дурацкие вопросы? Конечно я не хочу, — я пододвигаю ноутбук поближе к себе, будто пытаясь защититься от несносного назойливого одноклассника.

Но защититься не получается — Глеб садится рядом со мной. Меня обдаёт приятным запахом чего-то цитрусового, а ещё мой нос различает нотки имбиря и кориандра. Наверняка какой-то дорогой парфюм, другие мои одноклассники так не пахнут.

— Из каких серий мы решили взять отрывки для цепляющего финала? — Глеб спускает меня с небес на землю.

— Из последней, — отвечаю я, немного отодвигаясь от одноклассника.

Не хватало ещё снова с ним случайно соприкоснуться!

— Отлично, давай, вырезай, — командует Глеб.

— Слушай, а не слишком жёстко получится? — я нерешительно отмечаю кадры, которые нужно вырезать.

— Это наша история, русалочка. И это именно так и было — жёстко, мучительно, бесчеловечно. И мы должны это помнить, чтобы такое никогда больше не повторилось, — твёрдо отвечает Глеб.

А я смотрю на кадры уже просмотренного ранее сериала, и чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы — настолько ужасно то, что я там вижу.

— Хватит называть меня русалочкой, — строго говорю я Глебу, чтобы как-то отвлечься и не заплакать.

Но кажется, он замечает моё состояние, и, как ни странно, я вижу в его глазах что-то похожее на уважение. Он что, уважает меня за то, что я чуть не расплакалась?

— А для чего ты волосы в синий цвет покрасила? Разве не для того, чтобы на них внимание обращали? Вот я и обращаю, — улыбается Глеб. — Ты ведь такого результата хотела?

Конечно я хотела, чтобы меня замечали! Но в устах Глеба это моё не противозаконное, в общем-то, желание становится смешным и нелепым. Умеет же он всё испортить!

Стараясь не обращать внимания на сидящего рядом одноклассника, я быстро переделываю видеоряд, под который будет проходить защита исследовательской, и захлопываю ноутбук. С меня на сегодня хватит!

— Хочешь сказать, что ты вот так просто сбежишь домой? — Глеб встаёт на моём пути. — А как же подождать историка?

— Отправлю видео ему на почту, — отвечаю я, стараясь не смотреть в глаза однокласснику.

Упрямый взгляд его карих глаз действует на меня почти так же, как и его прикосновения, и я не хочу вновь испытать неловкость и замешательство.

— Побудь со мной до заката, — неожиданно тихо говорит Глеб и кивает на окно позади меня.

Я оглядываюсь, и вижу, что солнце и правда скоро зайдёт.

— Вот ещё чего! — недовольно реагирую я на эту странную просьбу. — Неужели тебе мама не говорила, что в темноте по улице лучше не ходить? Ах, точно, ты же мальчик, так что, наверное, не говорила. А вот мне говорила, и я планирую вернуться домой засветло!

— Не хочешь возвращаться одна? Так я могу проводить, — неожиданно предлагает Глеб.

В его карих глазах нет ни сарказма, ни ехидства, и я понимаю, что он это всерьёз. Понимаю, и отчего-то пугаюсь.

— Нет, я лучше сейчас пойду, передай Дмитрию Николаевичу, что мне срочно понадобилось уйти домой, — я пробегаю мимо Глеба, распахиваю дверь кабинета, и пулей вылетаю в коридор.

К счастью, одноклассник меня не догоняет, поэтому по лестнице я уже иду спокойным шагом.

— Ну что, как там работа с противным новеньким? — интересуется у меня Саша, когда я возвращаюсь домой, и по доброй традиции приглашаю её к себе. — Не сильно тебе надоедал?

— Да нет, всё в меру, — отвечаю я.

О том, что Глеб хотел проводить меня до дома почему-то не рассказываю. Сама не понимаю, почему мне хочется оставить эту информацию при себе. Возможно оттого, что взгляд его карих глаз прожигает меня до глубины души? Или оттого, что даже случайное прикосновение вызывает целую бурю эмоций?

Дмитрий Николаевич одобряет высланный мной ему на почту видеоролик, и я выдыхаю — надеюсь, директору тоже понравится, и мне больше не придётся пересекаться с Глебом.

На следующий день после уроков я прощаюсь с Сашей, и иду