Стальная нежность - Маша Драч
литература для Миши уж слишком скучная.
— Что правда, то правда, — пожала я плечами. — Такая уж обратная сторона его
одарённости.
— Скорей, он будет мне уже читать, — тихо засмеялся Петя.
— Мише важно, чтобы это был кто-то из нас. Суть не только в чтении, а в контакте
между ним и нами.
— Понимаю. Смогу наверстать упущенное и прочитать вместе с ним всё то, до чего раньше
просто не доходили руки.
Я подошла к Пете и не удержавшись, поцеловала его улыбку. Я любила ее до мурашек на
коже и приятного щекотания в животе.
— Хотел тебе кое-что показать, — прошептал Петя, оставив на моих губах жаркий
поцелуй, который каким-то магическим образом развеял всю мою сонливость.
— Что? — удивилась я.
Петя отпустил меня и на несколько секунд скрылся в гардеробной. Никаких праздников,
годовщин и прочих поводов для подарков и сюрпризов не намечалось. Впрочем, Петя из
без всех этих дат мог что-то подарить. Так уже однажды случилось с моей новой
машиной.
— В честь чего? — растерянно спросила я, когда он аккуратно вложил мне в ладонь ключ
от нового автомобиля той же марки, которую любил и сам Петя.
— Просто так. Разве обязательно нужен повод? К тому же мне будет гораздо спокойней,
если ты сядешь за руль машины топовой комплектации. Прости, но твоей старушке я не
доверяю на все сто процентов. А здесь максимальная безопасность.
— Не называй мою прошлую машину старушкой, — шутливо поворчала я.
Присев на край кровати, я заметила, что Петя вынес из гардеробной большой плоский
прямоугольный предмет.
«Картина», — встревоженно вспыхнуло у меня в сознании.
— Я подумал, что это важный для тебя и для меня момент, — начал Петя и осторожно
повернул картину ко мне «лицом».
Я затаила дыхание. Странно было смотреть на себя. На прошлую версию себя.
Художнику стоило отдать должное, он не был обделен талантом. Детализация картины
вызывала у меня россыпь холодных мурашек. Казалось, еще секунда или две, и та прошла
я медленно переведет взгляд на меня или вообще выйдет из тесных пределов рамы.
— Только тебе решать, Агния, что с ней делать, — голос Пети я услышала немного
приглушенно, будто он находился в другой комнате.
Поднявшись с кровати, я осторожно подошла к картине и прикоснулась кончиками пальцев
к раме. На несколько мгновений воспоминания унесли меня в прошлое, но я тут же
вернулась в реальность. Мне не хотелось смотреть назад, пестовать боль по
утраченному ребенку. Этот тяжелый этап мы с Петей давно преодолели. Теперь мы
занимались воспитанием нашего Миши и старались не торопить события с моей будущей
беременностью.
— Она красивая, — тихо проговорила я и посмотрела на Петю. — Но ей нет места в нашей
нынешней жизни.
— Я тебя услышал.
Больше я эту картину не видела.
* * *
— Защитник, — отметила мама, наблюдая за тем, как Миша помог Лиле спуститься с
детской горки.
Нашей малышке было всего лишь три, но безоговорочный авторитет она признавала только
в своем старшем брате. Задирая свою светло-русую головку вверх, она с обожанием
смотрела на Мишу и повсюду бегала за ним хвостиком.
— Он очень сильно ее любит, — кивнула я. — И ждал ее появления вместе с нами.
Моя вторая беременность снова была осложнена несовместимостью групп крови. Фортуна
явно недолюбливала меня. Но наученная горьким опытом, в этот раз я отнеслась к
ситуации максимально серьезно и тщательно. Страх снова потерять ребенка периодически
ощутимо давил на нервы. И не только на мои.
Я отчетливо помнила все те жуткие кошмары, что преследовали меня по ночам. И не
только меня.
Петино внутреннее напряжение являлось прямы отражением моего.
Это был очень сложный период, но на этот раз мы его встретили и преодолели с
достоинством. Рука об руку. Как и полагается двум любящим друг друга людям.
— Моя маленькая девочка, — прошептал дрожащим голосом Петя, когда впервые взял на
руки Лилю.
У него заметно дрожали плечи, но это не помешало рукам осторожно и надежно удерживать
крошечный розовый сверток.
— Она красивая, — заявил Миша, когда мы привезли Лилю домой. — Как ты, — он
выразительно посмотрел на меня.
Я ничего не ответила, лишь улыбнулась и поцеловала сына в висок.
— Папа! — радостно запищала Лиля, когда увидела Петю.
Он вместе с моим отцом возник на крыльце дома.
— А вот и мужчины, — улыбнулась мама. — Думала, от работы их придется клещами
оттаскивать. Всё уже давно остыло.
— Я уже приняла эту рабочую азартную сторону наших мужчин, — пожала я плечами.
Мы поднялись с плетеных кресел, что стояли в саду. Дети побежали вперед, Лада за
ними, ну а мы с мамой неторопливо шли в конце.
Лилия, едва не уронив свою мягкую игрушку, подбежала к Пете и через несколько секунд
уже весело смеялась у него над головой. Петя покружил несколько раз нашу дочь и
усадил к себе на предплечье. Пригладив немного непослушные волосы Миши, он тут же
нашел меня взглядом, словно я была его личным ориентиром.
Я на несколько секунд остановилась, чтобы полюбоваться им.
— Солнышко, всё хорошо? — спросил меня мама, заметив, что я замешкалась.
— Да, мамуль, всё просто прекрасно, — честно ответила я и ощущая трепет и сладость на
душе, продолжила идти навстречу к своему мужчине. К своей Стальной Нежности.