Танцуй со мной в темноте - Алекс Хилл
– Пока.
– Клим! – зовет Димон. – А как же девчонки?!
– Обе твои! Развлекайся!
Глава 3
POV Аня
Дорога неспешно уводит прочь из квартала сомнительных развлечений, кондиционер нагоняет в автомобильный салон прохладный воздух. Незаметно перевожу дыхание, правая ладонь горит, словно я сунула ее в костер несколько минут назад, а сердце колотится с запредельной скоростью. Оно уже отвыкло от таких нагрузок, да и я подзабыла, каково это: чувствовать на себе сжимающий горло взгляд, слышать пугающий, хриплый голос, от которого слабеют мышцы и разжижается мозг. Никита и правда здесь, выпрыгнул из преисподней, чтобы заняться своим любимым делом – кошмарить всех вокруг.
– Это действительно твой друг? – недоверчиво уточняет Матвей, ведя машину с особой осторожностью, ведь родители не обрадуются халатному отношению сына к дорогому подарку.
– Угу, – отзываюсь я и отворачиваюсь к окну, за которым проплывают городские огни.
– Жуткий тип.
– Есть такое. – Тихонько усмехаюсь, ничуть не удивившись подобному выводу.
Те, кто встречает Никиту впервые, могут сделать лишь один вывод – псих, и они не ошибутся. Только я видела куда больше, чем эта устрашающая оболочка, – по крайней мере, мне все еще хочется в это верить. Никита всегда был слишком сложным для понимания, непригодным для дрессировки и манипуляций, непредсказуемым и резким в словах и поступках, но его принцип «делаю что хочу» – подсказка, пусть и невнятная. К чему именно была эта сценка у выхода? Какова цель? Проверка моей прочности из праздного любопытства? Издевка с желанием потешить непомерное эго? Похоже на Никиту, но кое-что не сходится. Пожелай он унизить меня или вывести из себя Матвея, добился бы своего в два счета. У Никиты достаточно аргументов, чтобы стереть мою самооценку в пыль и, без сомнений, хватает дури для драки на пустом месте, но нет, он отступил и отпустил. Зачем? Откуда эта постановочная щедрость? Совсем не его стиль. Еще несколько месяцев назад я, наверное, обрадовалась бы такой красивой и безоговорочной победе, даже возгордилась бы собственной крутостью, ведь у меня совсем неплохо получилось поставить Никиту на место, но случившееся не больше чем фарс. Я знаю это, слышу внутренний рокот: «Не обольщайся, малышка, мы не закончили». Волнение рассыпает мурашки по коже, и я отвечаю миражу, рожденному из порочного помешательства: «На это и был расчет, чертила. Мне тоже есть что тебе сказать».
– И давно ты с ним знакома? Почему я не видел его раньше? Он вообще местный? Сколько ему лет? – спрашивает Матвей, отвлекая меня от внутреннего диалога.
Матвей очень любознательный – хочет все знать, сыплет вопросами как из пулемета. Иногда это умиляет, иногда утомляет, но в заинтересованности и есть суть общения. Поворачиваюсь влево, встретив ясный бесхитростный взгляд. Густые пшеничные волосы и крупный вздернутый нос делают Матвея похожим на милого домовенка. Простого, безопасного, не скрывающего ни чувств, ни эмоций.
– Ты и родителей моих не видел, но это не значит, что их нет, – иронично отвечаю я.
– Ха-ха, а вот и мастерица ухода от ответов, – подтрунивает он. – Я же серьезно. Просто он… как бы это… Странный. Уж точно не похож на того, с кем стоит дружить.
– И это ты говоришь о странностях?
– Хочешь сказать, я тоже чем-то отличаюсь? – Матвей забавно кривляется, выпучив глаза.
– Ты считаешь конфеты «Эм-энд-Эмс» в пачке каждый раз, прежде чем съесть их!
– Мне просто любопытно! – оправдывается он, рассмеявшись. – Ну а ты тогда… ты-ы-ы… Знаешь слова всех песен Скриптонита и ищешь в них смысл! Разве это не странно?
– Эй! В них есть смысл!
– Серьезно? «Сука – это враг, конский – друг…»[4] – цитирует Матвей. – Что это вообще значит?
– Отвянь! – хихикаю я, легонько шлепнув его по плечу. – Сойдемся на том, что все мы немного сумасшедшие, просто сходим с ума по-разному.
– Идет, – весело соглашается Матвей, а после заговаривает тише, будто признается в страшной тайне: – Я вот, например, схожу с ума из-за того, что одна девушка без конца переносит наши свидания.
Неловкая пауза сопровождается гулом мотора и шорохом колес. Автомобиль сворачивает во двор многоэтажных домов и останавливается у подъезда.
– Аня… – зовет Матвей, заглушив двигатель, что значит, продолжения разговора не избежать. – Я не хочу давить, не хочу надоедать. Мне нравится проводить с тобой время даже на работе, но было бы прикольно пообщаться и в других ролях, не только как бармен и посетитель.
– Да, я понимаю.
– Тогда что скажешь насчет завтра? – В его интонации столько уязвимой надежды, что мне становится немного совестно. Я чувствую его симпатию, и, несмотря на громкие заявления, она отнюдь не дружеская.
– Матвей, я…
– Не надо. Я уже понял, что ты сейчас не настроена на отношения, и готов держать дистанцию столько, сколько будет нужно.
– Вопрос в том, нужно ли это тебе?
Он нежно улыбается, глядя мне в глаза, и смущенно произносит:
– Я же здесь. И я ничего не прошу, кроме крошечного шанса, чтобы мы могли узнать друг друга получше.
Отвожу взгляд, задумавшись. Сколько останется от симпатии Матвея, если он действительно узнает меня лучше? Смогу ли я доверять ему так же, как… Вдох встает поперек горла, мысль не закончить, все слишком неоднозначно и запутанно, а еще я действительно вымоталась за последние дни.
– Слушай, я жутко устала, еле глаза держу открытыми. Мы можем обсудить это позже?
– Да, конечно. Прости.
Матвей выходит из машины, огибает ее и открывает пассажирскую дверь, протянув мне руку. Касаюсь его ладони, ощутив опору и тепло пальцев. Красивый жест от понимающего и внимательного парня, не лишенного доброго чувства юмора и светлого очарования. Что еще нужно? Чего желать? Матвей дает мне пространство для маневра, дает время, чтобы принять решение, а не пытается продавить собственное. Небо и земля по сравнению с прошлым опытом, только есть жирный нюанс – я слишком хорошо знаю, как талантливо люди могут притворяться хорошими и как долго они готовы водить тебя за нос, чтобы получить то, чего хотят. Мой уровень доверия к миру уже давно покоится на дне Марианской впадины, приходится быть осторожной.
Мягкий хлопок двери подталкивает к прощанию. Матвей замирает в трогательном ожидании, ведь я так и не ответила на вопрос о планах