Развод со звездочкой: как выйти из ситуации, а не в окно, и пересесть на метлу, когда тебе сломали крылья - Евгеника

Если он продавал билеты, она выступала как артист на мероприятиях, а деньги получал только он – это чистая коммерция. А значит:

• ее имя и авторство – это ее нематериальные блага (ст. 150 ГК РФ);

• использование ее голоса и ее песен без оплаты – нарушение ее прав как исполнителя;

• а также незаконное предпринимательство (ст. 14.1 КоАП РФ, ст. 171 УК РФ):, если деятельность по извлечению прибыли не была оформлена по закону.

Юридически Васю можно было легко прижать, но абьюзеры, как дети, – думают, что «раз под матрас положил, значит никто не найдет».

Находит. Всегда.

«Ничто так не укрепляет мужской бизнес, как бесплатный труд талантливой жены» – Евгеника, главврач по делам рабства в глянце

Ансамбль Василия начал процветать. Появились заказы, корпоративы, концерты, контракты. Он наконец зажил жизнью звезды – в костюмах с блестками и фразой «у меня гастроли» вместо извинений.

Жанна работала за троих. Писала песни, репетировала, пела на сцене, вела социальные сети, придумывала образы и даже гладила Василию сценические рубашки – все это за ноль рублей и море нервов.

«Бесплатное рабство, бусинка моя, это когда ты пашешь так, как будто у тебя контракт с Богом, а живешь так, будто у тебя контракт с дьяволом».

(Вот она, настоящая любовь – когда ты не бухгалтер, но твой вклад в общий бизнес уже тянет на налоговую декларацию.)

Ансамбль приносил миллионы. Василий с юристом-аферистом оформил все контракты на себя. Через подставные фирмы и левые счета, позже Жанна с адвокатами все это нашла и передала в органы, но все это позже.

Гонорары приходили на разные счета, потом перекочевывали в сейф к маме Зинаиде Филипповне – той самой, что называла внучку «чтобы не сглазить».

«Чтобы не сглазить? Нет, это чтобы не признать, что ребенок красивее всех трех поколений ее рода вместе взятых».

Жанна не знала ничего. Она верила, что деньги идут «в общую копилку», а пока – нужно потерпеть, ведь все ради семьи, ради будущего дочери, ради любви. А потом, как-нибудь, ее тоже повезут в отпуск, ну а пока Василий ездил только с мамой…

«Когда женщина говорит „ради семьи”, где-то один юрист улыбается и открывает новый счет».

(Бусинки мои, если вы слышите фразу «ради семьи» – загляните, нет ли там чьей-то выгоды за ваш счет.)

На сцену она выходила в платьях, сшитых с мамой дома на полу. Ткани покупали по скидке, пайетки пришивали вручную. Бесконечно талантливая Жанна рисовала эскизы платьев, пока гуляла с дочкой на улице и дочка тихо сопела в коляске, потом убаюкивала дочку спать и уже сочиняла новую песню, вместо детских колыбельных, все ради дела, все для семьи!

Вот только семья это была Васи и его мамочки, и еще юриста, который постоянно подворовывал у обоих.

«Да-да, аферист Иосиф: ходячий пример того, как человек может работать в юридической сфере и оставаться бесстрашным, потому что совести все равно нет!»

Вместо гримера – зеркало в прихожей. Жанна вы-учила уроки макияжа в интернете и очень здорово набила руку, не хуже любого визажиста, которого Василий, разумеется, не мог ей позволить!

Вместо стилиста – совет мужа:

– Повернись боком, так шрам не видно.

(А ума твоего, Василий, видно? Нет. И это тоже лучше боком.)

Вообще, Жанна могла бы написать целую диссертацию на тему: «Как без денег выглядеть на миллион».

Как часто приговаривала ее мать:

– Голь на выдумку хитра!

Туфли брала у подруг – в долг, и возвращала аккуратно, как будто занимала не обувь, а жизнь.

(А Вася в это время заказывал себе новый костюм «от итальянцев». Из турецкого трикотажа, разумеется.)

Вот где настоящий импортозаместитель: импортирует понты, замещает мозги.

После концертов зрители аплодировали стоя. Невероятный голос Жанны собирал все больше и больше фанатов, два высших музыкальных образования, умноженные на божественный талант и невероятную работоспособность, грамотно монетизировались предприимчивым балалаечником из пешеходного перехода. Билеты росли в цене поминутно, Василий с юристом ликовали и придумывали все новые и новые схемы спрятать деньги от налоговой.

Ее голос трогал сердца, а деньги трогали только руки Василия.

Он улыбался, кланялся, принимал букеты и отвозил их мамуле, Жанна оставалась без цветов… не баловали, просто говорили:

– Ты молодец, – сухо, по факту!

– Цветы не купил? Ничего, сынок, главное – маме шубу новую привези. Внучка подождет, жена потерпит, а вот мамина печенка без норки жить не может.

Но слова благодарности – это не валюта, как жаль, что Жанна никогда не думала о деньгах и не гадала, что скоро придется бежать от любимого куда глаза глядят…

Пока она репетировала и шила новое платье, он обсуждал с юристом контракты, переписывал авторские права и даже оформил все песни на своего подставного директора. А после концертов отправлял Жанну к ребенку на такси, а сам уходил в загул с поклонницами и фанатками, которые уже привычно ожидали у служебного выхода…

(Классика жанра – он композитор, она «вдохновительница». А вдохновительниц в налоговую декларацию не записывают. Но зато вдохновительниц иногда записывают к психиатру:

– У пациентки устойчивая иллюзия, что ее любят.)

Жанна начала замечать, что в доме появились новые вещи, Зинаида Филипповна хвасталась новинками каждый день, а в кошельке Жанны – пустота.

Однажды Василий привез мамуле новую шубу в пол, белую норковую. Оказалось, что это традиция: каждую зиму маме — новая шуба!

Жанна попыталась вписаться в традиции семьи и попросила себе что-то, кроме ее пуховика с китайского сайта, который она купила себе сама за пару тысяч рублей, на что получила ответ:

– Это же моя мама! Себя-то не сравнивай! И вообще, у нас нет столько денег!

Угу. Денег нет на жену, но на маму – сразу волшебным образом материализуются. Прямо как любовь у абьюзеров: есть только для тех, кто их содержит.

На вопросы, куда же уходят все гонорары, слышала привычное:

– Ты ничего не понимаешь в бизнесе. Ты должна радоваться, что я тебя прославил! Без меня ты была никем! Это все моя заслуга!

(О, милый, если бы прославил – я бы хотя бы знала, сколько мне должны за билеты.)

Когда подруга спросила:

– Ты хоть гонорары получаешь?

– А мне не нужно, у нас все общее, – растерялась Жанна.

(Общее – это когда ты варишь борщ, а он варит интриги.)

Однажды вечером Жанна с Василием и дочкой приехали в гости к Зинаиде Филипповне, чтобы всем вместе посмотреть видеозапись с концерта ансамбля Василия,