Вознесение - Станислав Степанович Никоненко
В этом описании вознесения Илии можно видеть отражение древнего обычая, распространенного на Востоке, когда труп военачальника или правителя сжигали на костре вместе с боевым оружием, конями и предметами обихода.
Здесь видна, кроме того, близость мифам древних народов, в частности греческим, персидским, египетским, славянским. У этих народов были боги, которые повелевали солнцем и грозой,— Гелиос, Митра, Ра, Перун — и носились по небу в огненных колесницах, ниспосылая на землю стрелы молний. Кстати, в представлении славянских народов, принявших христианство, ветхозаветный Илия вскоре слился с Перуном, стал Ильёй Пророком, который распоряжался грозным огнём небесным — громом и молнией.
В одном старинном русском причитании, записанном на севере нашей страны, поётся об Илье Громовном:
Пресвятой Илья пророк — свет преподобной
Пролетал он ко престолу ко господнему;
И пророчет Илья владыке многомилостиву:
«Уж я дам да эту тучу неспособную,
Уж я на это на чистое на полюшко,
Я стрелу спущу в крестьянина могучего».
Помимо эпизодов о взятии Еноха и Илии на небо первые христиане и христианские богословы находили в Ветхом завете немало мест, которые толковались ими как пророчества о вознесении.
В Псалтири, например, говорится: «Сказал господь господу моему: седи одесную меня, доколе положу врагов твоих в подножие ног твоих» (пс. 109, ст. 1). Эти слова христиане иной раз относят в адрес Иисуса Христа, потому что к Давиду (ему приписывают авторство в написании псалмов) они неприменимы, так как он, согласно Библии, умер и на небо не восходил. Причём в качестве довода приводится цитата из Марка: «Господь (то есть Христос — Ст. Н.) после беседования с ними (учениками.— Ст. Н.) вознёсся на небо и воссел одесную бога» (гл. 16, ст. 19), хотя ясно, что фраза Марка представляет не что иное, как заимствование из псалма.
Ещё один источник
Итак, мы видим, что источников для создания евангельского рассказа о вознесении было более чем достаточно. Но откуда же взялся рассказ о столь торжественном для христианства событии в Деяниях апостолов? Историческая наука сумела ответить и на этот вопрос. В сочинении «Иудейские древности» еврейский историк и писатель Ⅰ века нашей эры Иосиф Флавий приводит народное еврейское сказание о последних днях жизни Моисея. Сказание это сводится к следующему. На сороковом году после получения синайского законодательства Моисей почувствовал приближение своей смерти. Тогда он собрал народ, простился с ним, увещевал всех своих соплеменников бояться бога и исполнять его закон, затем в сопровождении наиболее близких отправился на гору.
«Лишь старейшины, первосвященник Елеазар и военачальник Иисус ещё сопровождали его,— говорит еврейский историк.— Когда же Моисей достиг вершины горы, — то отпустил и старейшин. Затем он обнял Елеазара и Иисуса и пока ещё говорил с ним, его вдруг окружило облако, и он скрылся в каком-то ущелье. Впрочем, в священных книгах он сам упомянул о своей смерти, из опасения, как бы люди не вздумали утверждать, будто он вследствие особой к нему любви со стороны господа бога был взят прямо на небо».
Последняя фраза Иосифа подтверждает как раз тот факт, что у еврейского народа существовало, по всей вероятности, специальное сказание о вознесении Моисея на небо, куда он должен был попасть из ущелья, подхваченный облаком. Это сказание как бы служило дополнением и пояснением к библейскому рассказу о кончине Моисея. Поскольку Библия молчала о месте погребения легендарного законодателя, в народе по-своему объясняли его исчезновение.
Сопоставив теперь тексты Деяний апостолов и книги Иосифа Флавия «Иудейские древности», мы найдем одни и те же общие моменты: торжественную прощальную беседу, предчувствие скорого чудесного ухода с земли, шествие на гору в сопровождении избранных, исчезновение под покровом облака.
Отметим ещё ряд других совпадений.
Вопрос учеников Иисусу: «Не в сие ли время, господи, восстановляешь ты царство Израилю» звучит почти так же, как если бы он был задан Моисею.
Превращение сорока лет Моисея в сорок дней Иисуса находит простое объяснение во взгляде ранних христиан, что Христос очень скоро снова вернётся на землю, так что не только его вознесение на небо, но и приход оттуда надо исчислять не годами, а только днями.
Видимо, здесь сыграло свою роль также верование евреев в то, что душа умершего остаётся на земле близ тела в течение сорока дней.
Кстати, подобное верование мы можем найти, например, у наших предков — славян и в качестве пережитка у современных православных верующих в их обычае поминать покойника на сороковой день и отмечать этот день особым молением.
Сорок дней в жизни Христа
Священнослужители христианской религии также признают, что число 40 заимствовано из Ветхого завета. Однако это заимствование окружено ими ореолом святости; духовенство пытается придать этому числу высший, таинственный смысл. На словах открещиваясь от магии как примитивного верования, служители христианской религии на деле используют древнюю магию чисел.
Небезынтересно в этой связи привести отрывок из книги одного защитника православия некоего Е. Рыбинского «Святая земля в праздниках православной церкви», где он обосновывает время и место вознесения Христа таким образом:
«В жизни господа известны две четыредесятницы: первую он провел в пустыне, в строгом посте, приготовляясь к своему служению людям на земле; вторая протекла от его славного воскресения до вознесения на небо…
…Сороковой день во всей священной истории отличается как время окончания великих подвигов, и все сорок дней вообще — как время полноты действия. Еврейские первенцы, по закону Моисееву, должны были в сороковой день по рождении являться в храм пред лице Иеговы в ознаменование действительного вступления в число избранного народа. В сороковой день по рождении и Иисус Христос был принесён пречистою своею матерью в храм Иерусалимский. В сороковой день по воскресении, которое можно уподобить новому рождению, должен был войти в небесную скинию и „первенец из мёртвых“ всего рода человеческого, чтобы явиться пред лицем божиим и начать о нас своё небесное ходатайство. В этот день Иисус Христос должен был вознестись на небо».
Подобные доказательства выглядят по крайней мере наивно.
Почему возносились на небо?
Приведённые нами исторические факты свидетельствуют, что идея вознесения получила широкое распространение в эпоху зарождения христианства. Не удивительно, что в той или иной форме она влияла и на творчество тех людей, которые создавали новозаветные сказания.
Следует остановиться ещё на одном моменте: на