Павелителя I - Сергей Викторович Вишневский

Сейчас же старик медленно и уверенно сдвигался к полке с тайником за книгами и реально начал нервничать.

— Где-то тут… где-то… Вот, же она! — произнес профессор и сдвинулся к полке с тайником.

Я чуть было не вскочил на ноги, но старик взял книгу на полку ниже.

— Вот! Законы и бесприкословные указы государя, от позапрошлой весны, — произнес он и протер обложку книги. — Понятное дело, что были новые указы, но я думаю, на первых порах вам хватит и этого.

Старичок подошел к столу и положил перед мной книгу.

— К следующей недели, я буду вас спрашивать по этой книги и пощады не ждите, — постучал пальцем он по своду законов. — Может быть после прочтения, до вас дойдут последствия ваших необдуманных выводов и предположений. Вы седьмой сын и обязаны выполнить пророчество, а не… Затевать сомнительные авантюры. Вы меня поняли?

— Да, профессор Альфред, — я вздохнул и снова навалился на стол, подперев щеку кулаком.

Опять это чертово пророчество. Это начинает раздражать. Особенно то, что в библиотеке ни одного упоминания этого пророчества.

— Что же… — старичок вздохнул, поправил очки и произнес: — Тогда, думаю, на сегодня с вас хватит.

Я тяжело вздохнул и кивнул, в голове прикидывая, приготовила ли София для меня те самые изумительные колтетки со сливочным маслом внутри.

Джордж поднес широкую большую чашку с какао и сделал пару глотков.

— Не так плохо, как могло быть, — проворчал он едва слышно и перевел взгляд на старшего брата, что сидел рядом с отцом в кресле и задумчиво разглядывал небольшой портрет.

— Художник отвратительный, — буркнул Брайен и глянул на отца. — Я видел ее на бале, в столице.

— Увы, но другого варианта для тебя нет, — вздохнул глава семейства и с усмешкой произнес: — Хотя если ты все же решился на жену из Конунга…

— Я похож на самоубийцу? — глянул на него сын. — Нет. Никаких северянок!

— Тогда остается только Виктория Штольц, — пожал плечами отец. — Другие кандидатуры не дадут роду ничего, кроме обязательств.

Брайан тяжело вздохнул, вернул отцу портрет и кивнул.

— Ладно…

Винсент, сидевший рядом наклонился, глянул на портрет и спросил:

— А что не так? Вроде бы ничего на вид. Художник приврал, когда рисовал?

— Нет. Она очень красива, — буркнул старший брат. — Но вот поведение у нее… — парень тяжело вздохнул и произнес: — Принцесса и та ведет себя скромнее и не так надменно.

— У-у-у-у-у… — протянул Винсент, поднял руку и хлопнул по плечу старшего брата. — Держись!

— Супруга для мужчины — это величайший подарок. Величайший дар небес, — пафосно произнес глава рода, а затем глянул на дверь, после чего добавил полушепотом: — Она же — величайшее наказание и проклятье.

Братья в креслах тихо засмеялись.

Джордж, слушавший все это, на пару секунд задумался, а затем спросил:

— Мне тоже придется жениться по расчету?

На нем скрестились взгляды всего семейства.

— Ты седьмой. Ты с пророчеством сначала разберись, — отмахнулся Майкл, пригубивший свое какао.

— Я уже это слышал, — буркнул Джордж. — Но вопрос это не снимает.

— Пап, — подал голос Винсент, проигнорировав слова Джорджа. — Сорокин говорит, что я уже могу претендовать на место в рыцарском ордене. Мне еще надо подтянуть тактику, но…

— Не спеши, — отозвался отец. — Все приходит со временем. Служба в ордене начнется с должности оруженосца. А это ох какое непростое дело.

— Но, Сорокин…

— Я ему верю, но считаю, что тебе надо стать постарше, — покачал головой отец. — Оруженосец в твоем возрасте — это не серьезно. Врят ли тебя возьмет достойный рыцарь. А тебе необходим максимально хороший старт в ордене. Рыцарь для оруженосца — это не сапоги. Своего рыцаря просто так не поменяешь.

Винсент нахмурился и задумчиво кивнул.

— Простите, а меня так и будут игнорировать? — подал голос Джордж. — Мне придется идти в договорной брак?

Заметив как в зале снова повисла тишина и на нем снова скрестились взгляды, он закатил глаза и произнес:

— Ладно, мне придется жениться после пророчества?

— Успокойся, Джордж, — буркнул Брайан. — Ты седьмой и…

— И что? — возмутился мальчишка. — Что за бред? Если я седьмой, то что? У каждого сына по три служанки. Молодые и красивые. У меня старая ворчливая Каролина и София. У каждого по три учителя — у меня один старый зануда. Я в чем-то виноват? Ну, кроме того, что родился седьмым?

Братья переглянулись, после чего их взгляды скрестились на главе семейства, что сидел с кислой миной.

— Дело в пророчестве, да? — спросил Джордж, тоже глянув на отца. — Что за пророчество такое? Я изрядно раздражен из-за того, что мне им тыкают, но никто не удосуживается мне о нем рассказать.

— Отец, может… — начал было Винсент.

— Выйдите, — оборвал его мужчина и тяжело вздохнул.

Братья молча поднялись и вышли из кабинета, оставив седьмого сына наедине с отцом.

Тот глянул на отпрыска и произнес:

— Альфред жаловался на тебя. Хвалил и жаловался, — произнес он, после нескольких секунд молчания. — Хвалил за ум и память, способность анализировать информацию. А ругал за излишне дерзкое поведение, беспардонность и… неоднозначные решения.

— Просто он зануда, — хмыкнул Джо и сделал глоток какао.

— Возможно, но…

— Пророчество, — перебил главу рода мальчишка и сделал еще один глоток. — Вы ведь выгнали всех не для того, чтобы отчитывать меня?

Мужчина в кресле недовольно хмыкнул и вздохнул. Он глянул на пятилетнего ребенка, что разговаривал и давил совершенно не как ребенок, а затем спросил:

— Что ты знаешь о «цитадели мудрости»?

— Вы про ту сказку, о великих знаниях, что сделают отважного человека героем? — спросил Джордж, после пары секунд воспоминаний сказок, что читала ему София.

— Это не сказка, а былина, — произнес мужчина и вытянул ногу. — Основатель нашего рода — великий маг Уильям'Переворачивающий небо' создал эту цитадель много