Профессор-Целитель - Илья Игоревич Савич

Грудь стала вздыматься ровнее, вены на шее приходили в норму. Совсем малость, но уже шаг к исцелению.

Я убрал скальпель в карман, аккуратно перехватив его второй рукой. Вот уж где пригодился бы фрак — с ним было бы удобнее. Сейчас пришлось совать в брюки рукоятью вниз и надеяться, что ненароком не задену лезвие.

— Теперь нужно расширить канал, — прокомментировал я. — Моя рука обеззаражена, правильно?

Я спросил на всякий случай. Всё же впервые работаю с магическим инструментом.

— Да, — кивнул Коля с лёгкой ухмылкой. — Считай, ты вымочил её в спирте, когда взялся за рукоять.

Хорошо. Теперь придётся применить не самый лучший, но единственный доступный способ.

— Может, у тебя трубка артефактная найдётся или ещё какая штука? — без особой надежды спросил я Колю.

— Нет, — хмыкнул он. — Но после сегодняшнего постараюсь отыскать нечто подобное.

— Тогда приступаю к расширению канала, — кивнул я.

И вставил палец в рану.

Тадеуш дёрнулся. Даже без сознания он отреагировал на боль.

— Ишь какой! — поднатужился Задорин, сдерживая гусара. — Это хорошо, значит, на поправку быстро пойдёт!

Я же аккуратно протолкнул палец, стараясь не задеть ничего лишнего. Примерно на три сантиметра.

Снова в нос ударил прелый запах, но теперь ощутимее. Тадеуш задышал ровнее.

— Готово, — выдохнул я.

А теперь придётся держать так палец, чтобы дренаж не закрылся. И желательно не двигать им. Зафиксировать нечем, так что я взглянул на Колю и улыбнулся:

— Снимай ремень.

— А? — удивился он. — А, точно. Зафиксировать, понимаю.

Пока Коля, продолжая держать Тадеуша, возился с ремнём, я заметил, что дождь прекратился. Влажный прохладный воздух бодрил и придавал сил. Это хорошо.

Очень хорошо.

Потому что после того, как Задорин зафиксировал мне руку, нам предстоял не самый лёгкий путь до больницы.

Но вроде Тадеуш не выглядел слишком тяжёлым…

━─━────༺༻────━─━

Тем временем, в квартире Лазаревых…

Анна Лазарева глядела на величественный строгий собор, вид на который открывался с балкона их квартиры на Невском проспекте. Главная улица Петербурга сейчас была непривычно спокойна и безлюдна. Недавно прошёл дождь, и в воздухе витала приятная прохлада.

— Аня, ну прости! Я хотела как лучше! — поджала губы Арина, её подружка.

Многие почему-то принимали их за сестёр, хотя Анна этого никогда не понимала. Всё их сходство заключалось разве что в схожих фигурах. Рыжеволосая зеленоглазая Арина была шумной и всюду занимала собой пространство, Анна же предпочитала спокойствие и уют.

— Кто ж знал, что там появится этот лекарь! — не унималась Арина. — И откуда он только взялся? Всё прошло бы отлично, Станислав…

— Это неважно, — тихо, но твёрдо осекла подружку Анна. — Арина, я не просила делать ничего подобного!

— Да вы бы ещё два года так вокруг да около ходили! — надула губы подружка. По её губам легко читались самые разные эмоции — от мольбы до обиды. — А так одно случайное спасение, и дело пошло бы куда быстрее!

— Так, всё, — помотала головой Анна, уже чувствуя злость. — Прекратили эту тему. Скажи лучше спасибо, что я не перестала с тобой общаться после таких интриг! Да мой позор едва не стал новостью всего Петербурга!

Арина, видно, обиделась, но промолчала. Выдержала небольшую паузу, и только затем тихо пробормотала:

— Интрига, ещё чего… Всего лишь один перетянутый корсет и маленький расчёт. Если бы Станислав вовремя закончил завтрак, ты мне бы ещё сама спасибо…

— Арина! — грозно нахмурилась Анна.

— Ладно, ладно! — сдалась подружка. — Ты лучше расскажи подробнее, что там с дуэлью!

Теперь паузу сделала Анна. В какой-то миг очень захотелось вышвырнуть Арину прямо с балкона.

Но всё же они действительно были как сёстры, росли вместе и делились самым сокровенным. Поэтому долго злиться на неё Анна не могла. К тому же, Арина действительно действовала из лучших побуждений, даже когда магией огня нагнетала ещё больше жары, чтобы Анна упала в нужное время в нужном месте.

Не зря её в детстве часто дразнили ведьмой.

— Нет никакой дуэли, — вздохнула Анна.

Вообще-то каждая девушка мечтает, чтобы за её сердце сражались прекрасные рыцари, прямо как в романах, которые она читала и, честно говоря, продолжает читать иногда. Ну или она одна такая дурочка, кто знает.

Однако, когда такой случай представился наяву, Анна страшно испугалась и резко пересмотрела свои мечты.

— Вересаев ловко уклонился от дуэли, — чуть улыбнулась Анна. — Я даже им восхитилась.

— Ещё бы он не уклонился! — фыркнула Арина. — Ясное дело, спасовал перед Станиславом.

— Нет-нет, — как-то слишком рьяно замотала головой Анна. — Ты не видела его. Он будто… будто отчитал Станислава, понимаешь? Он ведь моложе, но взгляд… — Анна задумалась. — Он казался мудрым. Я такое иногда видела у отца, и больше ни у кого. И Вересаев заставил Станислава извиниться!

— Пра-а-авда⁈ — удивлённо захлопала ресницами Арина. — Вот это да!

— Вот-вот! — закивала Анна. — Отчитал к тому же и вообще глядел на него как на нашкодившего мальчишку.

— Хм… — мечтательно призадумалась Арина. — А ведь моей сестрёнке он понравился. Я думала, она дурочка, а вон оно как выходит. Может, мне тоже стоит к нему присмотреться?

Анна аккуратно поправила и без того ровную складку платья.

— Ладно, подруга, — встала она со стула. — Поздно уже, пора расходиться.

Арина взглянула на неё с прищуром и лёгкой улыбкой. Явно уже себе что-то надумала.

— Ты права, Ань, засиделась я уж, — встала она и чмокнула в щёку на прощание. — Завтра увидимся.

Когда подружка ушла в сопровождении своей гувернантки, Анна осталась наедине с самой собой. Почему-то ноги сами понесли её в гардеробную, где висел белый мундир. Выстиранный и выглаженный, словно новый.

Анна потянула руку в непреодолимом желании стряхнуть невидимую пылинку с плеча, но одёрнулась. Потрясла головой, сбрасывая наваждение, и решила вернуться на балкон, чтобы проветриться.

И только она остановилась у перил, чтобы полюбоваться ночными огнями города, как вдруг внизу раздался раздражённый голос:

— Невский проспект! Главная улица этого треклятого города, и ни одного экипажа или патруля! Именно сегодня!

Кажется, этот голос принадлежал профессору Задорину, его было трудно не узнать. Анна насторожилась и свесила голову, чтобы разглядеть, откуда идёт звук. Но тут раздался второй