Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
— Миссис Блэк, это место преступления!
— Я здесь! — крикнул Гарри.
Из входной двери вышла Дафна в черном платье, которое обычно надевала для уборки. Для большинства людей она выглядела холодной и властной. Для Гарри — обеспокоенной.
— Гарри! — сказала она, и выглядела очень обеспокоенной. — Ты ранен.
Она почти бегом подошла к нему, выхватила палочку и сразу принялась колдовать.
— Большая часть крови не моя, — оправдываясь, сказал Гарри.
— Да неужели? — спросила Дафна, вытаскивая осколок стекла у него из щеки. — А это, надо полагать, просто кусочек грязи?
— Осколки теплицы, — признался Гарри. — Ублюдки ее взорвали.
— Я слышала, погибло много людей, — сказала Дафна, садясь боком на скамейку рядом с ним и маленькими исцеляющими чарами залечивая порезы и извлекая стекло.
— Хотел бы сказать, что тут все выглядит хуже, чем есть, но нет, тут действительно полный кошмар. Амбар уничтожен, газоны изуродованы, мне пришлось шарахнуть по розарию. И какой-то ублюдок снес кусок левой части крыши. Я накрыл ее брезентом, но сланец и дерево восстановлению не подлежат, — сказал Гарри, намеренно не думая, насколько близко он, Дафна и прислуга подошли к смерти. И уж тем более не думая о Роне.
— Авроры сказали, что один аврор погиб.
— Да, — коротко ответил Гарри. Плакать не буду.
— Гермиона Грейнджер приедет, как только сможет.
Черт, — подумал Гарри.
— Погибший аврор… это Рон, — сказал он, и его идиотские глаза защипало. Дым. Конечно, дым.
Дафна снова принялась вытаскивать стекло и сращивать порезы. — Насколько близко ты был к теплице, когда она взорвалась? — как бы невзначай спросила Дафна.
Значит, злится, — понял Гарри.
— Слишком близко, — признался он.
— Они использовали много тяжелых заклятий, — заметила Дафна.
Гарри посмотрел на владения. Несколько крупных деревьев превратились в раздробленные обломки.
— В основном это я, — признался он. — Хотя один из них знал органное проклятие Долохова. Вот это пролетело слишком близко.
— У меня… плохие новости, — неуверенно сказала Дафна. — Кикимер умер.
— Я подозревал, что так может случиться, но мне нужно было вытащить тебя в безопасное место, — ответил Гарри. Глупый рот. — В смысле тебя и прислугу, — поспешно поправился он.
Руки Дафны на мгновение замерли, потом снова задвигались. Она раз за разом произносила «Эпискей», пока наконец не остановилась.
— Я наложила на него сохраняющие чары. Похороны организуем потом. Он был очень преданным домовиком.
— В конце концов — да, — сказал Гарри. — Хотя в свое время он косвенно помог убить Сириуса.
— В таком случае он действительно сильно изменился, — заметила Дафна. — Как тебе вообще удалось добиться его преданности?
— Регулус оставил ему поручение, которое Кикимер не мог выполнить. Я выполнил его за него. После этого он стал заметно вежливее. А после того как я женился на тебе… ну, тебя он практически обожал.
Дафна придвинулась по скамейке вплотную к Гарри, залечила еще один порез на другой руке, а потом начала внимательно осматривать предплечье, пальцами раздвигая прорехи в рубашке и проверяя кожу под ними.
— Как ты? — спросила она, не убирая рук.
— Меня ничем серьезным не зацепили. Почти все стекло ты уже достала.
— Я не это спросила.
Она взяла его правую руку обеими своими и стала проверять ладонь и пальцы. Конечно, только на предмет осколков. У Гарри снова защипало глаза.
— Рон был твоим лучшим другом, Гарри. Тебе можно расстраиваться.
— РАССТРАИВАТЬСЯ?! — сорвался Гарри. — Мой лучший друг погиб из-за идиотской ошибки. Из-за одной скрипучей половицы.
Желудок словно залило кислотой.
— Ты можешь плакать, — тихо сказала Дафна. — Умер твой друг. Ты имеешь право плакать.
Гарри остался сидеть на скамейке. Дафна придвинулась еще ближе и обняла его за плечи. Он шмыгнул носом и наконец медленно заплакал.
Дафна, конечно же, вовсе не прижалась к его шее. Она просто… положила голову, — решил Гарри.
— Гарри! — донесся крик Гермионы из дома.
Она выбежала через входную дверь с палочкой в руке. Дафна подняла голову, выпрямилась и спокойно продолжила осматривать дальнее плечо Гарри на предмет порезов.
— Гарри, ты в порядке? — Гермиона подбежала к нему и уставилась на изорванную одежду. — Что случилось с твоими вещами?
— Гарри отбил нападение один, — сказала Дафна, одной рукой приобняв его. — Когда взорвали теплицу, его осыпало стеклом. Я осколки достала и порезы залечила.
— Привет, Гермиона, — сказал Гарри с заложенным носом. Глаза снова щипало.
— Гарри, что случилось?
Дафна аккуратно взмахнула палочкой и попыталась наколдовать деревянный стул. Тот пошатнулся и тут же рухнул.
— Гарри, стул для Гермионы? — попросила она, исчезая кривую конструкцию.
Гарри вытащил палочку и резко ткнул ею в землю. Из почвы вырос каменный стул.
— Гермиона, пожалуйста, сядь, — очень вежливо сказала Дафна.
Гермиона наложила на сиденье смягчающие чары и опустилась на стул.
— Авроры пришли на помощь, — глухо начал Гарри. — Я, кажется, к тому моменту уже разобрался со всеми недоделанными Пожирателями, но один прятался в доме под Дезиллюминационными чарами.
Дафна чуть сильнее прижала Гарри к себе и почти незаметно повела палочкой. Руки Гермионы оказались приклеены к креслу чарами. Гарри впечатлился. Очень тонко.
— Почему это важно? — спросила Гермиона.
— Они использовали Рона первым при входе в комнаты. Хорошие рефлексы, большой опыт, — сказал Гарри. — Ему просто не повезло. Пожиратель попал первым. Я был в комнате под мантией, поэтому сразу достал его — после выстрела уже стало понятно, где он находится.
— Насколько сильно Рон ранен? — дрожащим голосом спросила Гермиона.
Гарри покачал головой.
— Рон мертв, Гермиона. Пробивное заклятие в голову.
Голос прозвучал безжизненно. В глазах стояли слезы.
Гермиона застыла.
— Что? — спросила она, и ее собственные глаза заблестели. — Нет. Не может быть. Мы пережили войну с Волдемортом. Рон не может умереть,