Ленивый герой - Nezloi

Навыки порадовали меня, кроме «Английского бокса» 2-го уровня, ещё двумя новыми умениями:

— Практическая стрельба из короткоствольного оружия (IPSC). 1 ур. Цена: 10 дней.

Странная, малопонятная аббревиатура скрывала под собой, немного ни мало, самый настоящий боевой навык. Если более подробно, то это был отдельный вид спорта, в котором оценивалась скорость и точность стрельбы, при этом все упражнения выполнялись в движении. Несмотря на всю крутость навыка, его я тоже не купил: разбазаривать дни жизни на ненужные мне вещи было глупо.

Следующий был тоже не особо полезен:

— Техасский холдем. 1 ур. Цена: 10 часов.

К карточным играм я был всегда равнодушен, поэтому проигнорировал и этот навык.

В итоге был куплен только «Английский бокс» 2 ур. за тридцать девять дней. Да и то взял его в основном для «Маруси», а точнее, её проекта по разработке боевого искусства. Время распаковки Маруся указала — четверо с небольшим суток — и вывесила очередной таймер. Ещё два отсчитывали время «распаковки» двух купленных сантиметров роста.

С «Навыков» перешёл к «Талантам» и обнаружил, что и этот долго пустующий раздел наконец-то получил на свои «полки» пару лотов.

Таланты:

— Музыкальный слух. 1 ур. Цена: 10 дней.

— Художественный свист. 1 ур. Цена: 12 дней.

Ничего из представленного мне было не нужно. Хотя «музыкальный слух» сразу притянул моё внимание — тут скорее сыграла детская мечта научиться играть на гитаре. Но полное отсутствие слуха и недостаток терпения похоронили эту мечту.

«Может, сейчас самое время исполнить мечту⁈»

Кто-то скучный и рациональный во мне ворчливым голосом спросил:

— На кой ляд тебе, дурачок, музыкальный слух⁈

Тяжело вздохнув, перебрался в раздел «Информация», но только для того, чтобы увидеть инструкцию по «ремонту и эксплуатации лодочных моторов».

Ещё раз тяжело вздохнув, закрыл интерфейс и пошёл на кухню подкрепиться.

Утром поднимался с кровати с ненавистью к утру и школе. Кое-как с помощью младших сестёр собрался учебники в свою видавшие виды сумку. Матери и старшей сестры уже не было дома, мысленно проклиная всех жаворонков, придумавших просыпаться утром, поплёлся в храм, раздающий гранит науки.

В школе череда бесящих меня подростков: вдруг все, как один, изъявили желание со мной поздороваться, и я почти весь свой путь до родного класса пожимал чьи-то руки. Хотя ещё пару дней назад желающих со мной поручкаться было меньше, чем их уважения ко мне же.

Едва я устроился за своей партой с твёрдым желанием подремать до начала урока, а может быть, и чуточку дольше, как вдруг оказался оккупирован несколькими одноклассниками. Все мне улыбались и были очень дружелюбны. Правда, меньше чем через минуту выяснилось, что это не моя неожиданно возросшая харизма притянула их, а слухи драке на пустыре с Бесом и Мездрой: все жаждали услышать детали, желательно со смакованием кровавых подробностей.

— Впервые слышу, — пробормотал я, не беспокоясь, слышат меня одноклассники или нет.

— Ага, — захихикал известный всей школе подхалим Прохор Антипин, также носивший кличку Прошка-подлиза. — То-то глазки у Мездры стали уже, чем у чистокровного китайца.

Конечно, моя появившаяся популярность в основном объяснялась тем, что ни Беса, ни Мездру, ни прочих членов банды домушников в школе не любили. Кстати, до недавнего времени часть этой нелюбви доставалась и мне, но всё изменилось после моего конфликта с бывшими товарищами по опасному бизнесу. Теперь я если и не дотягивал до статуса героя, то уж до планки «отважный идиот» точно.

Всю перемену подростки докучали мне разговорами и разными приглашениями — вроде сходить погонять мячик или просто поболтаться по городу. Всем вежливо отказал, сославшись на занятость учёбой.

Урока алгебры ждал с лёгкой опаской: энтузиазм учительницы Хуа меня немного пугал, и, как оказалось, не зря.

Уже после звонка, когда математичка с каким-то нездоровым блеском в глазах смотрела на меня, тиская в руках старую общую тетрадь, в класс вошла наша завуч Раиса Сабитовна, кстати, тоже преподающая алгебру и геометрию, но у параллельных классов. Жестом руки показала, что не нужно её приветствовать вставанием, молча прошествовала к задним партам, где и устроилась со всем доступным с комфортом.

Мои худшие ожидания подтвердились: пока весь класс, включая, кстати, и ревниво поглядывающего на меня олимпиадника, переписывал с доски новую тему, мне опять досталось индивидуальное задание из общей тетради Хуа. Задачи мало отличались от предыдущих и не заняли у Маруси даже секунды времени. Тяжело вздохнув, принялся изображать мыслительные потуги, многозначительно хмуря брови и грызя ручку. Закончил переписывать ответы как раз, когда прозвенел звонок, что, конечно же, не было совпадением. На этот раз сдать работу и сбежать не получилось: ласково улыбаясь улыбкой маньяка, учительница Хуа попросила меня задержаться.

— Я на историю опоздаю, — сделал я слабую попытку сбежать.

— Ничего страшного, я поговорю с Егором Георгиевичем, — раздался с задней парты голос завуча, убивая мою последнюю надежду на свободу. Пришлось снова опуститься на стул и приготовиться к худшему.

Пока одноклассники покидали кабинет, я поймал на себе не мало любопытных взглядов, но самым запоминающимся был ревнивый, наполненный злостью и подозрением взгляд нашего олимпиадника Савелия «Клизьмы» Лю.

Не успела закрыться дверь за последним учеником, как Хуа схватила мою тетрадь и буквально впилась глазами в мои каракули.

— Боже мой! Просто потрясающе!

«Интересно, что она там потрясающего увидела? Конечно, задания чуток повыше школьной программы, но не сказать, что намного. Я бы даже сказал, что это уровень хорошей школы с математическим уклоном».

— Самородок, просто самородок, — опять забормотала сияющая математичка.

Заинтересованная немного неадекватной реакцией Хуа, Раиса Сабитовна поднялась со своего места и, цокая каблуками, подошла. Не сомневаясь ни секунды, начальственно протянула руку и забрала мою тетрадь из рук учительницы.

Через несколько секунд брови завуча взметнулись вверх. Повернув голову в мою сторону, Раиса Сабитовна кинула на меня удивлённый взгляд. Я немедленно принял вид лихой и придурковатый.

Ещё пару минут уже совместными усилиями педагоги изучали мою тетрадь, после чего Раиса Сабитовна повернулась ко мне всем телом, почему-то этот момент вызвал у меня ассоциацию с вращающейся танковой башней.

— Значит так, Айдлэ, в связи с твоими проснувшимися математическими талантами в конце октября едешь на городскую олимпиаду по математике совместно с Лю!

Жёсткий приказной тон оставил меня равнодушным: я уже давно понял, к чему всё шло, и успел продумать свою линию поведения.

— Ну и зачем мне это нужно? — произнёс я скучающим голосом.

— Айдлэ! Это