Только не с полукровкой (новая редакция) - Вершинин
К ужину Гарри успел вернуться на площадь Гриммо. Дафна спросила, как прошел день, и Гарри сообщил, что большинство поврежденных деревьев придется заменить.
— Хорошо, что ты позвал кого-то помочь, — сказала Дафна. — Дэвис как-то неохотно об этом говорил.
Так Гарри пришлось объяснить, что Дэвис просто боялся ее разочаровать. И что понадобится несколько ведер растительных зелий. Наконец Дафна спросила:
— А почему несравненный мистер Лонгботтом не здесь?
— Помнишь проклятое дерево?
Оказывается, она о нем даже не знала.
— По словам Невилла, его должен забрать Отдел магических происшествий и катастроф. Оно проклинает землю, на которой лежит.
— Твои друзья неприлично полезные, — сказала Дафна. — Попрошу Джимми отправить ему что-нибудь перекусить.
Миссис Фостер кивнула, выслушав распоряжение относительно Джимми, пока подавала лимонный сорбет. Ночью Гарри досталось теплое блондинистое одеяло.
* * *
В день слушания Гарри немного нервничал. Поэтому есть не мог. Дафна заставила его проглотить яичницу и выпить чай, велела надеть лучшую рубашку и мантию, а потом сама аппарировала прочь. Через некоторое время она появилась в кухне у камина в наряде, который, похоже, снова когда-то принадлежал Вальбурге, только теперь каким-то образом был подогнан по фигуре. Выглядела сурово и богато. Обилие черных украшений только усиливало эффект. Рядом с ней Гарри почувствовал себя одетым слишком просто.
— Я выгляжу как-то скромно, — признался он.
— Ты выглядишь раскаивающимся и умеренным, — поправила Дафна.
На входе в Министерство проверили его палочку из остролиста с пером феникса. Березовая палочка Дафны с сердечной жилой дракона тоже была зарегистрирована. Пока они шли к лифтам, Дафна спросила:
— А другая?
— В мешочке, — ответил Гарри.
Там же лежали медальон, камень и мантия. На всякий случай. Поездка вниз, на девятый уровень, вернула слишком много неприятных воспоминаний. Дафна обняла его за руку. Тепло и знакомый приятный запах помогли.
— Спасибо, — пробормотал Гарри.
Вместе они спустились на десятый уровень, в огромный мрачный зал суда. Гарри сел в ненавистное деревянное кресло. Цепи закачались, но связывать его не стали. Дафна задержалась.
— Удачи, дорогой, — сказала она и, высоко подняв голову, направилась к галерее для зрителей.
Гарри следил за ней глазами. Сегодня она выглядела скорее царственно, чем сексуально. Нашла свободное место, села, сложив руки на коленях, и приняла привычно спокойный, сдержанный вид. Гарри решил, что она волнуется. Гермиона, видимо, вошла в галерею с другой стороны. Она протиснулась по ряду и села рядом с Дафной. Та кивнула. Гермиона принялась оживленно говорить, указывая вниз, на зал суда. Наконец Дафна взяла ее за руки, прижала к коленям, один раз похлопала и снова превратилась в сфинкса. Гермиона сидела задумчивая. Дафна что-то тихо сказала; Гермиона повернулась, уставилась на нее. Дафна коротко кивнула и небрежно махнула рукой. Объясняет Гермионе Закон о доме и владениях. Слушание началось с того, что Кингсли Шеклболт вошел и занял место. Члены Визенгамота постепенно расселись, а затем, ко всеобщему удивлению Гарри, встал Перси Уизли — в роли секретаря суда.
— Слушание по действиям Гарри Джеймса Поттера-Блэка в его доме в Литтл-Хэнглтоне тринадцатого августа, — объявил Перси.
Последовали скучные формальности. Наконец Долиш поднялся и попросил Гарри рассказать, что произошло. Гарри объяснил, что его дом атаковали люди в масках, стремившиеся вернуть страну к порядкам предыдущего режима.
— А использование Проникающих чар по уже раненым нападавшим? — спросил Долиш.
— Я был в меньшинстве и вел подвижный бой. Я не мог позволить нападавшим лечить друг друга, — ответил Гарри.
— Мистер Поттер-Блэк согласился дать ключевые показания под Веритасерумом, — объявил Долиш.
По Визенгамоту прошел гул. Одна аврорша, длинноволосая брюнетка, подошла к Гарри с флаконом. И каким-то образом рядом тут же оказалась Дафна.
— Я буду контролировать вопросы, — ледяным тоном заявила она. — Если они коснутся семейных тайн, я заглушу показания и сотру память аврорам.
Гул стал громче.
— Значит, это не совсем публичные показания, — раздраженно сказал Долиш.
— Закон о семейной магии тысяча пятьсот девяностого года, — отчетливо и громко сказала Дафна. — Или вы предлагаете его отменить?
Долиш и аврорша помрачнели. Из рядов Визенгамота донеслось недовольное ворчание. Аврорша протянула крошечный флакон и вынула пробку.
— Если это не Веритасерум, я убью вас раньше, чем Гарри коснется пола, — очень тихо сказала Дафна.
Рука аврорши не дрогнула. Гарри высунул язык. Капли показались холодными. Мир поплыл. Сосредоточиться стало трудно. Аврорша развернула свиток и подвесила над ним Самопишущее перо.
— Аврор Маргерит Фоули. Показания Гарри Джеймса Поттера-Блэка под Веритасерумом, данного числа, — произнесла Фоули.
Перо зацарапало по пергаменту.
— Проверочные вопросы. Ваша дата рождения?
— Тридцать первое июля тысяча девятьсот восьмидесятого, — пробормотал Гарри, едва удерживая голову.
— Скажите, что небо зеленое.
— Небо голубое.
— Гарри Поттер-Блэк, проживаете ли вы в Литтл-Хэнглтоне?
— Да.
Голова Гарри безвольно качнулась.
— Во время нападения на ваш дом вы применяли Непростительное проклятие?
— Нет. Выдалбливающие, Взрывные и Проникающие.
— Вопросов больше нет.
Фоули посмотрела на Долиша. Тот кивнул.
— Ты любишь свою жену? — спросила Дафна.
— Да, — пьяно ответил Гарри.
Фоули бросила на нее взгляд, который Гарри через мутную пелену зрения не смог распознать. Потом ему в рот влили какое-то странное на вкус зелье, и ощущение невесомости начало проходить. Дафна быстро отошла, а Фоули передала свиток Долишу.
— Допрос под Веритасерумом подтверждает заявление Гарри Поттера-Блэка о действиях в рамках Закона о доме и владениях, — громко сказал он.
Визенгамот в основном закивал. Перси поднялся.
— Голосование по вопросу: действовал ли Гарри Поттер-Блэк в рамках Закона о доме и владениях. Голоса «за»?
Ряды кресел вспыхнули огоньками на концах палочек. Не все, но большинство.
— Решение принято, — объявил Кингсли. — Слушание завершено.
Он ударил молотком. Гарри чувствовал себя отвратительно. Голова раскалывалась. Он так и сидел. Дафна подошла и встала рядом.
— Муж, ты в порядке?
— Мне ужасно плохо и голова болит, — очень честно сказал Гарри.
Подошла Гермиона в рабочей мантии, выглядя