Клининг. Магия VS Швабра - Галина Мерзлякова
Я взяла бутылку с ионизированной водой и несколько раз пшикнула в сторону игрушек. Мелкие разбежались, сопровождаемые шипениями. Пульверизатор работает и на кошек, и на демонические игрушки. Фарфоровая двойка осталась на месте, глядя на нас недовольными глазами. Вокруг неё было гораздо темнее, чем должно быть, словно она стояла в центре круга теней. Так, а вот это уже интересно. Я увидела, как двигались тени вокруг неё — хаотичные, шевелящиеся, словно щупальцы тянущиеся в разные стороны. Часть из них направилась к столу; кажется, их интересовала бутылочка, выполненная в достаточно интересной технике. Когда я протирала столешницу, я увидела её и, интереса ради, покрутила в руках. Кажется, она была из мозаичного стекла; сейчас именно она привлекала теней гораздо больше, чем мы. Само же создание в виде демонической куклы сфокусировалось на нас. Это было нам даже на руку: чем меньше сил сконцентрировано в одном месте, тем больше шансов у нас на спокойную ночь.
— Дустом, что ли, на неё попшикать? Должно помочь.
— Демоническая кукла второго порядка, — сомневался Свят. — Дуста, может, не хватить.
— А какие ещё есть предложения?— поинтересовалась я. Барьер-то конечно выдержит. Наверно.
— Ну не знаю, давайте… им пирожки дадим, — предложила мне Алиса.
Кто о чём, а Алиса о еде.
Словно услышав наш диалог, кукла протянула свои фарфоровые ручки к барьеру и вцепилась в него. Фарфор начал плавиться, барьер, созданный мелком, вспыхнул, озарив нас голубоватым светом, словно стена. Кукла продолжала пытаться оторвать от него какие-то кусочки.
— Так, что там у нас осталось против подобной твари? — истерично хихикнула я. Кажется, у Иеремии есть свойства кликать неприятности. Здесь, кажется, не чистая двойка, а что-то промежуточное между двойкой и единицей.
Проломить барьер кукла пока не могла. В какой-то момент она взмахнула руками, и огромный комод, медленно взмывший в воздух, полетел в нашу сторону, пролетев барьер насквозь. Если наделённое маной и эфиром он ещё удерживал, то вот физические объекты — нет. Единственное, что нам сильно помогло, так это то, что проклятая не рассчитала своих сил, и комод благополучно пролетел мимо нас. Иеремий проводил взглядом комод, который врезался в стену, пробив обивку.
— Сильно, — пробормотала я, продолжая копаться в химии.
— Может, светлячка достанем? — предложил Свят.
— А у нас ещё есть переносные?— посмотрела я на Свята.
— Да, парочка, — он достал из кармана маленьких гномиков,—Коллекционки.
Один из них был одет в купальную шапочку с жёлтым кругом, в виде уточки, а ещё один — в розовую балетную пачку, а поверх традиционного гномьего колпачка, корона балерины.
— Где ты это взял? — удивилась я.
— Выменял у команды Игнатова. Я им, между прочим, хлебопека выдал, и смерть, тоже редкие.
Пока мы со Святом продолжали пререкаться, Иеремий взял себя в руки и принялся читать какую-то молитву. Кукла сильно замедлилась — по крайней мере, кресло, которое она уже подняла, чтобы бросить в нас, упало. Всё-таки инквизитор — довольно неплохое приобретение в группе. Правда, судя по всему читал Иеремей, далеко не инквизиторские молитвы. Если прислушаться, можно было услышать знакомый мне текст экзорцистов. Когда растёшь в большой семье, всякого нахватаешься. Особенно если родственники у тебя есть практически в любой сфере, и в императорской канцелярии тоже. Ну надо же, как интересно получается. Кажется, у меня появились несколько вопросов, которые я бы очень хотела задать Иеремию. Правда, подозреваю, сходу на них он не ответит.
Тем временем мы шарахались в стороны и продолжали пшикать святой водой, игрушки отбегали и обиженно смотрели на нас пластиковыми глазками. Одно мне бросилось в глаза: когда светлячки заработали, тени, испугавшись яркого света шмыгнули в разные стороны, да и бутылочка, к которой они тянулись, как мне показалось, тоже дёрнулась. Кукла, сумевшая всё-таки поднять кресло, швырнула его в Иеремию — видимо, видя в нём основной источник угрозы своей силе. Тот даже не дрогнул, продолжая сохранять полную концентрацию. Всё-таки молитва экзорцистов — это крайне затратные вещи, и обычно просто так им не учат. Кресло поймала Алиса, поставила его на пол и погрозила кукле пальчиком. Никакого эффекта на ту такая угроза, естественно, не возымела.
— Ладно, пойдём вспомним, что там из рун подходит для усиления круга. Непонятно, сколько ещё Иеремия сможет начитывать не свойственные его типу послушания молитвы.
Как оказалось, долго. А ведь подобное крайне изматывало — это я знала по рассказам троюродного дядюшки, который читал лекции в одной из семинарий. Кукла продолжала швыряться тяжёлыми предметами, Алиса их ловила, мы со Святом играли в карты. Мы, конечно, укрепили круг рунами, и по большому счёту нам бы уже ничего не грозило, ну кроме предметов, которые в нас кидала кукла. Судя по всему, у Иеремии случился священный транс. Так что пока он не изгонит эту тварь, он не успокоится. Точнее, будет сосредоточен на молитвах. А судя по тому, что кукла совершенно не собиралась изгоняться, делать это он будет ой как долго!
В какой-то момент тени почувствовали что еще немного и их все-таки изгонят и начали собираться вокруг куклы. Фарфоровое тельце начало деформироваться. С протяжным хрустом фарфор ломался, руки удлинялись. И кукла, и без того выглядевшая жутко, становилась ещё более безобразной и пугающей. Такое еще долго будет сниться в кошмарах. Расколотое лицо, на котором появлялись ещё такие же подобия лиц. Непропорционально длинные руки. Сквозь трещины фарфора, была видна чернота. Непропорциональные ноги. Волосы, неожиданно отросшие, заворачивались в жёсткие спирали, которые принялись пытаться просверлить барьер. Судя по всему, вода с ионами серебра уже не помогала бы.
— Нашла, — порадовалась Алиса.
Я посмотрела на упаковку и покрутила пальцем у виска:
— Это ж белизна. Она немного не для этого.
— А есть другие варианты? — уточнила Алиса, с крайне знакомыми мне интонациями в голосе
— Да вроде как нет.— признала я.
Иеремий всё ещё находился в трансе, и его окутывало золотистое сияние. кажется он все-таки не совсем инквизитор.
— В какой пропорции будем разводить? — заинтересовалась я.
— Может,