Ведьма с определенной точкой зрения - Гуль
— В мешочке, — тихо ответил Гарри.
Когда лифт, грохоча, поехал вниз, Гарри прямо на глазах словно съежился. Дафна обняла его одной рукой. — Спасибо, — пробормотал он. Странно, что он так переживал. Пусть Визенгамот и не питал к Гарри особой любви, обвинить его в чем-либо серьезнее самозащиты было попросту невозможно. К тому же их прикрывал Закон о доме и земельных владениях. Беспокоиться совершенно не о чем. Все будет хорошо. Дафна выпрямила спину и придала лицу спокойное выражение. Гарри вышел из лифта и замер, глядя вдоль коридора с черным плиточным полом на черную дверь в конце.
Дафна легонько потянула его за локоть. Он предложил ей руку, и они спустились в зал заседаний номер четыре. У входа Гарри замедлил шаг, что выглядело почтительно: половина членов Визенгамота уже собралась, а места на галерее для публики быстро заполнялись. Он подошел к креслу подсудимого, где цепи и кандалы раскачивались словно от несуществующего ветра. Отпустил Дафну и сел. Цепи продолжали неспешно качаться из стороны в сторону.
Дафна замешкалась, не зная, что сказать, и в конце концов остановилась на: — Удачи, дорогой. — После этого направилась на гостевую галерею. Смотрела только на свободное место между рядами и изо всех сил старалась излучать спокойствие и уверенность. Сиденье оказалось неудобным, хотя, несомненно, не настолько, как кресло Гарри. Он смотрел в ее сторону. На нее, поняла Дафна. На мгновение захотелось помахать ему рукой, но она подавила этот порыв. Неприлично. Сложила ладони на коленях и застыла с безупречно прямой спиной.
Через некоторое время слева от нее, протискиваясь мимо уже сидевших людей, появилась Гермиона Грейнджер. Она уселась рядом, и Дафна удостоила ее вежливым кивком. Грейнджер шумно вдохнула. — Надеюсь, Гарри оправдают. — Дафна покосилась на нее: по крайней мере, та надела пристойную рабочую мантию.
— Грейнджер, — вежливо произнесла Дафна.
— Ты ведь не думаешь, что они могут действительно осудить Гарри за самооборону? — спросила Грейнджер.
Дафна на мгновение задумалась, не объяснить ли ей положение дел, но Грейнджер уже продолжала: — Я уверена, он не применял Непростительных, и это была самооборона: на него напали, он не охотился за ними. Хотя мне неприятно, что он не ограничился оглушением и связыванием. Но, полагаю, ему пришлось сражаться одному. Дафна уловила завуалированный намек: уж Грейнджер-то помогла бы в бою. Иными словами, от самой Дафны пользы никакой. Грейнджер указала пальцем на Гарри. — А посадить его в это кресло — просто хамство. Его ведь ни в чем даже не обвиняли? По крайней мере, Гарри ничего такого не говорил.
Затем она показала на старика Селвина, который уже развалился в своем официальном кресле. — И все эти представители старых темных семейств ненавидят Гарри. Уверена, они и подстроили нападение, чтобы вынудить Гарри защищаться, — выпалила она. Дафна взяла вспотевшие руки Грейнджер и решительно опустила ей на колени. — Не показывай пальцем, это невежливо. И успокойся. Слушание — всего лишь формальность.
— Всего лишь формальность? — прошипела Грейнджер. — Семнадцать человек погибли! А если Гарри отправят в Азкабан?
— Грейнджер, тебе что-нибудь известно о Законе о доме и владениях тысяча восемьсот второго года? — спросила Дафна.
— Э-э, нет, — призналась Грейнджер.
— Если вкратце, глава старинного рода при нападении на его дом или земли вправе защищаться любыми заклинаниями, кроме Непростительных. Закон достался нам в наследство от тех времен, когда темные семейства добивались независимости от Департамента магического правопорядка.
— Они чего добивались? — изумилась Грейнджер, раскрыв рот.
— Не сиди с открытым ртом, это неприлично, а здесь полно репортеров, — заметила Дафна. — Так вот, Гарри действовал в полном соответствии с этим законом и уже согласился дать показания Долишу под веритасерумом относительно примененных заклинаний. Закон о доме и земельных владениях надежно защитит его от всего, кроме вежливой просьбы впредь оставлять нападавших в состоянии, более удобном для посмертного опознания.
— А-а, — протянула Грейнджер и со вздохом откинулась на спинку соседнего кресла. — Ну, это хорошо, наверное.
Дафна учтиво кивнула, небрежно махнула рукой и принялась достойно дожидаться неизбежного оправдания Гарри. Потому что его оправдают. А иначе Шаку придется выслушать такой крик, что мало не покажется. Фразы вроде «ты перед ним в долгу» должно вполне хватить. Слушание уже началось: министр вошел и занял свое место, когда Грейнджер вдруг тихо спросила: — А если это будет не веритасерум? Если ему дадут яд? Дафна об этом даже не подумала. В глазах словно зачесалось. Откуда у Грейнджер берутся такие ужасы?
Тот скучный Уизли, что когда-то был старостой, исполнял обязанности секретаря суда и оглашал положенные формальности.
— А если они начнут спрашивать о том, о чем Гарри нельзя рассказывать? О секретах, связанных с Волдемортом? — продолжила Грейнджер.
Дафна повернулась к ней. Гермиона закусывала нижнюю губу.
— Они же не станут? — спросила Дафна. Если Гарри не говорил об этом даже собственной жене, уж им-то он точно не расскажет.
— Гарри никому ничего не рассказал, — сказала Грейнджер. — Мы храним это в тайне. — Кроме объяснений, которые он дал Долишу у нас в библиотеке, подумала Дафна. А вдруг Долиш приказал своим аврорам задавать дополнительные вопросы? Гарри явно не хотел признаваться в некоторых вещах, в этом она не сомневалась.
— Какие-нибудь тайны Гарри могут создать ему проблемы? — спросила Дафна.
— Э-э… — произнесла Грейнджер, помедлила и снова выдала: — Э-э… — Наконец очень тихо сказала: — Да. Но тогда шла война. — Будто война оправдывает… очевидное, подумала Дафна. Вот досада.
Она обдумала и это признание, и версию Грейнджер с отравлением. Выходило, придется припугнуть аврора, который будет задавать вопросы. Нелепость какая. Впрочем, на ней была одна из мантий Вальбурги Блэк, а уж Вальбурга наверняка умела запугивать авроров. Да и сама Дафна, строго говоря, состояла в браке с Человеком-Который-Победил. Шак сумеет уладить последствия. Она попыталась представить себя столь же грозной, как покойная миссис Блэк, и не чувствовать при этом девчонкой, играющей в переодевание. Посмотрела на сложенные на коленях руки. Несколько колец с тайниками для яда. Настоящие руки пугающей чистокровной ведьмы из