Королевская кровь-14. Часть 1 - Ирина Владимировна Котова

Мы проехали по улочкам Реджтауна и остановились у узкого, почти смытого пляжа. С моря быстро приближалась гроза, и я чувствовала, как накатывает родственная грозная стихия.

Люк, обходя машину спереди, с наслаждением подставил лицо ветру. Подал мне руку, и я пошла рядом с ним к домику, у которого на колесной платформе, удерживаемая множеством опор, стояла красавица-яхта. И имя ей было «Марина».

Можно ли растрогаться еще больше? Люк столько в этот день показывал, как я важна для него, что у меня почти не осталось сил.

— Ты даришь мне яхту? — с нервным смешком спросила я.

— Ни за что, — усмехнулся он, — у тебя свои игрушки, у меня свои. Я просто хотел тебе ее показать. Думал покатать тебя на ней, понырять, поплавать, но пока не расчистим это, — он кивнул на торчащие в прибрежной зоне останки кораблей, — это невозможно. А я не успел.

Старик-сторож, безбожно смолящий трубкой, выглянул из домика, изобразил поклон. Посмотрел на надвигающуюся тучу, бросил Люку: «Мы ее хорошо заякорили, ваша светлость, не сорвет, не беспокойтесь», и исчез, только его и видели.

— Это на ней ты хочешь в кругосветное путешествие? — спросила я, оглядывая судно. В детстве мы катались на нашей яхте на море в Лазаревом, и она была большой, на двенадцать человек. Эта была лишь чуть меньше, но казалась более изящной.

— Угу, — отозвался он. — Поднимешься наверх?

Я оглядела опоры в поисках лестницы, но он просто обнял меня и взлетел в воздух. И опустился уже перед входом в кабину капитана. Открыл дверь, поманил меня внутрь. Там было тихо, а за окнами расцветало грозовое небо, накатывая с неумолимостью судьбы, и море с высоты казалось совсем близким, будто оно было вокруг. Торчащие остовы кораблей подернулись дождевым маревом и скрывались из вида один за другим.

Люк обнял меня со спины, положил голову на плечо. Я не спрашивала, о чем он думает и зачем он привез меня сюда. Мне кажется, я понимала.

В окна ударили первые капли дождя, сверкнуло, загрохотало и полило. За стеклами разверзлась серая мгла — и мы с ним плыли в этом океане, одни, вдвоем, свободные и от забот, и от прошлого, и от будущего. Свободные.

— В кругосветном путешествии нам быстро бы стало скучно, да? — со вздохом спросила я.

Он скользнул губами по моей щеке, развернул — и почти отчаянно поцеловал. Я ответила — и дальше мы жадно целовались под грохот грозы, вспышки, порывы ветра, заставлявшие яхту подрагивать, и оглушительный стук дождя.

Возможно, он привез меня сюда за утешением. А может, за мечтой, которая сейчас растворялась под струями дождя. Слова здесь были лишними.

Обратно мы выскочили под щитом и Люк, подхватив меня на руки, бегом донес до машины. Мы успели слегка промокнуть, пока забирались в машину, но ливень словно смыл уныние и отчаяние, накрывшее нас на яхте, и на обратном пути мы смеялись как безумные, стряхивая друг с друга капли воды.

Обед с коллегами прошел тоже очень приятно и расслабленно, уже без Люка. Я была слегка сонная, но ни за что бы не отменила этот обед. Здесь я ощущала себя, как в третьей большой семье, и здесь я была Мариной-медсестрой, а не леди Мариной, герцогиней Дармоншир, принцессой дома Рудлог. Здесь была моя свобода и мой выбор, и такой могла быть моя жизнь, если бы в крови моей не текла огненная кровь.

Но она текла, и я давно сшила две эти свои самоидентичности. А вот получится ли сшивать их потом, я не знала. И потому благодарила за поздравления, посмеивалась над байками, которые рассказывали доктор Лео и виталист Росс Ольверт, поднимала со всеми бокалы с мятным чаем и отдыхала душой. И подарок от коллег был полезный и забавный: набор медицинских шапочек с вышивкой «доктор Дармоншир».

Я улыбалась, но сердце кольнуло: потому что моя судьба непреклонно шла туда, где моя мечта должна была остаться в стороне. Просто потому, что на нее не хватит времени.

Но и обед закончился, и я по пути наверх заглянула к Люку в кабинет: муж, очень собранный, что-то диктовал своему новоприобретенному секретарю. Было накурено, поэтому я просто помахала ему от порога, но заходить не стала.

— Не вставай, — поспешно сказала я, но Люк все равно встал. Вилкас тут же притворился стеной, и я поняла, что Майки был прав — он хороший секретарь. — Я сейчас засну, — прошептала я мужу, когда он подошел ко мне, — так что поднимусь отдохнуть и готовиться к приему. Поэтому поработай за нас двоих, хорошо?

— Я провожу тебя, — проговорил он.

— Не надо, — фыркнула я, — иначе ты будешь слишком идеальным, Люк.

Но он все равно проводил, выключил в спальне свет и задернул шторы. И поцеловал меня в щеку перед выходом.

Это было настолько экстремально идеально, что я улыбалась, отгоняя от себя тревожную мысль, что не может все быть так хорошо.

Мария подготовила мне к приему нежное белое, чуть кремовое платье, с короткими рукавами и серебряно-золотыми манжетами, сверху — очень простое, рубашечного типа, свободно облегающее мой живот, а снизу, под талией до середины голени — с волнистой юбкой, расшитой золотыми и серебряными цветами. К нему я решила надеть серьги и кольцо, подаренные Люком, — и все. И хватит.

Я улыбалась, предвкушая встречу с родными. Помимо семьи Люка и Энтери с Таисией, должны были присутствовать сестры, их супруги (Алина, понятно, была одна) и отец. Каро, увы, оставалась в Йеллоувине, и я обещала ей навестить ее завтра. Должны были прийти Мартин с Викторией, а в пару Катерине, чтобы не скучала и не тушевалась среди моих венценосных родственников, я пригласила Александра Даниловича. Он не был мне близок, но жених лучшей подруги — это уже статус. Ну и Таммингтон, конечно. Он мне нравился, но приглашала я его с тайным умыслом порадовать Риту.

Я сидела у зеркала, подкрашивая губы, когда дверь открылась и