Наследник - Алекс Каменев

Почему-то это показалось забавным, я едва не улыбнулся, но вовремя опомнился, поняв, что это очередной симптом нервного срыва.

Надо успокоиться. Три быстрых вдоха. Задержка дыхания. Три медленных выдоха.

— Неплохо повеселились, — я сумел произнести слова с равнодушным спокойствием и даже кивнул на стену коридора позади Лукаса с многочисленными подпалинами — местами попаданий разрядов вражеских излучателей. Они прожгли панели отделки, но не вызвали пожар. Должно быть какой-то огнестойкий материал, не позволивший разгорится пламени. Только медленно тлеющий дымок, исчезающий с каждой секундой.

Разум отметил данный факт машинально. Видимо сделано для безопасности богатых пассажиров. А вот с защитой внутри корабля не срослось. С другой стороны, кто мог предугадать, что «Скользящий по лезвию» возьмут на абордаж? Точнее попытаются это сделать.

— Что с остальными?

Лукас пожал плечами, снова взгляд на груду мертвых тел, в этот раз оценивающий, в первую очередь из-за общего количества убитых врагов.

— Если считать с моими, то тут всего восемь, — он кивнул на двоих, пытавшихся бежать, убитыми точными выстрелами в голову. — По идее это могли быть все, но гарантий нет.

С моей стороны последовал неспешный кивок.

— Надеюсь команда заперлась в рубке и не стала делать глупости и лезть на рожон, — пробормотал я.

Остаться без обученного экипажа на борту корабля посреди космоса, не самая лучшая затея. Есть более приятные способы медленно умереть.

Хотя, конкретно в данной транзитной системе такая гибель нам скорее всего не грозила. Если подать сигнал бедствия, то обязательно кто-нибудь откликнется и придет на помощь, благо мы не успели уйти далеко от прыжковых зон, где появлялись другие звездные путешественники.

— Вряд ли бы они оказали сопротивление, проще договориться. В случае с пиратами — откупиться, — задумчиво заметил Лукас.

Аварийное освещение продолжало заливать коридор красным, превращая цвет крови в черный. Зато механический голос перестал каждую секунду сообщать о пробитой обшивке, похоже даже экипажу надоел бубнеж корабельных систем.

— Надо проверить, как другие. Отправляйся и посмотри, как там специалистка по безопасности, я пойду к рубке, — я резким движением стряхнул капли крови с клинка. Лезвие азура вновь стало выглядеть дымчатой полоской стали. Если не знать, на что она способна, можно даже обмануться, приняв за обычный металл.

Выслушав приказ, Лукас вновь переложил излучатель из одной руки в другую, подумал и нахмурился.

— Вряд ли стоит сейчас разделяться, — сказал он.

Он не хотел оставлять меня одного даже после увиденного. Не потому, что боялся, а потому что так требовал долг — всегда находиться рядом с сюзереном, чтобы прикрывать и помогать в бою.

Это тоже был аналог внедренной в подсознание программы, как психокодирование норнов, но только на более тонком уровне. Я это понимал, поэтому отрицательно покачал головой, кивнув в сторону коридора, ведущего на корму.

— Разделившись, мы успеем проверить гораздо больше мест, чем если будем вместе. Не забывай, что снаружи все еще пиратские рейдеры и неизвестно чего от них ожидать, если атака на Алию IX захлебнется или если у них кончатся ракеты класса «космос-поверхность». Мы не знаем, что они предпримут, поняв, что потеряли связь с десантной капсулой. Может уйдут, а может захотят догнать и отомстить за гибель своих.

Лицо наставника выразило скепсис.

— Сомнительно, что пираты захотят тратить драгоценное топливо и мчаться в погоню чтобы отомстить, тем более за абордажников.

Верно, пиратская среда не самая дружелюбная даже друг к другу. Мстить за смерть товарищей в ней не принято, по крайней мере в широком смысле этого слова. Тем более за абордажную секцию, куда по умолчанию набирали тех, кого не жалко терять.

— К тому же, если пираты захотят отомстить, то выпустят ракету, — добавил Лукас.

Настала моя очередь скептически кривить лицо. Ракета класса «корабль-корабль» стоила дорого, тратить ее для уничтожения случайного торговца слишком расточительно. Тем более из-за такой эфемерной штуки, как месть. Пираты не стали бы так поступать, потому что это просто не выгодно. У них не имелось постоянного снабжения, как например у кораблей Великих Домов, чтобы в любой момент восполнить потраченные ресурсы.

К тому же, и это, пожалуй, главное — космические корабли старались не уничтожать просто так даже Великие Дома, слишком сложная это техника для быстрого восполнения. И дорогая. Что для космических разбойников немаловажно. Они скорее постараются захватить ценный приз, чем разнести его на обломки.

— Отправляйся к каютам и проверь, как там дела, если встретишь еще гостей, не церемонься, пленные нам не нужны, — велел я.

— Со специалисткой по протоколу столько норнов, что легко справятся с еще одной абордажной группой, — сделал последнюю попытку остаться Лукас.

Но я нетерпеливо отмахнулся и недвусмысленно указал на коридор, ведущий в противоположном от меня направлении, а сам пошел в другую сторону, больше ничего не слушая.

Я двигался легким упругим шагом, держа азур параллельно земле, вытянув острие вперед — идеальное положение для любого вида атаки, можно рубить и колоть. Тело переполняла энергия, чувствовалась легкая ломота, но это была приятная боль, когда хотелось что-то делать, не останавливаясь. «Разгон» перешел в полуактивный режим, не давая расслабиться, перестроенная биохимия организма в моменте замедлилась, но была готова к новому взрыву, превращая тело в послушный инструмент, одновременно наделяя его иными свойствами.

Это не передать словами и не описать. Человек, который не испытывал влияние джавы, никогда не поймет, что это такое на самом деле. Я находился на пределе своих сил, на пике возможностей в данный конкретный момент. Это было лучше секса, лучше любого наркотика. Именно поэтому многие так жаждали это ощутить, а богачи были готовы отдать состояние, чтобы хоть на секунду прикоснуться к этому чувству.

Я мог контролировать каждую клеточку своего тела и это было непередаваемо.

Главное в такие моменты не увлечься и не подумать, что ты всемогущ или бессмертен, иначе все закончится очень быстро. Такое тоже бывало. Поэтому вместе с физическими изменениями, всегда в пару шли ментальные, помогавшие строго контролировать разум.

— Чтобы не увлечься и не посчитать, что ничто не способно тебя убить, — хмыкнул я, вспомнив тренировки после первых инъекций джавы. Тогда и правда казалось, что внесенные в кровь изменения превратили меня в неуязвимое существо. К счастью, эффект продлился