Хозяйка для пяти драконов, но мужем станет только один - Аннета Керн

– Выбирай.

Голос раздавался снаружи, но бил изнутри набатом.

– Выбирай, ведьма. Ты не можешь стоять посередине!

Я с трудом подняла голову, даже не понимая, что голоса уже два. Звонкий, требовательный и более размеренный, с хрипотцой. Жмурясь от нестерпимого блеска и густой, почти осязаемой тьмы, едва могла смотреть.

Один - в золоте яркого дня. Волосы, доспехи, даже оружие. Ярость его была так осязаема, что метки оставляли волдыри на коже. Второй - словно личина ночи. Бледный, с иссиня-черными волосами. Я не могла рассмотреть ни черты лиц, ни глаза.

Но они разрывали меня на части не хуже магии внутри. Они будто стали ее вестниками. Не предлагали помощи, не называли имен. Инстинктивно догадалась, что попала в аркан Влюбленных. И даже посмеялась бы, как сильно отличалось их обещание в лавке колдуна от правды. Если бы у меня были силы.

Выбирать? Слишком устала, чтобы выбирать. Не знала, что выбрать. Мне нужна вся сила, вся до капли. Чтобы выбрать то или иное.

Поэтому я сдалась. Легла под их ноги на землю, позволяя колдовству завершить агонию тела. В спокойствии хотя бы таком принять конец.

– Я не буду выбирать… - шепчу.

– Ты должна.

Должна? Вряд ли. Я перестала бороться с метками, перестала метаться между ними. Вместо этого сделала то, чего страшилась - распахнула себя “изнутри”, все заслонки, все границы, позволяя всему полученному столкнуться внутри тела. Сосредоточиться в солнечном сплетении и сломать меня.

Пепел, искры, стрелы, кровь - все закружилось в безумном вихре вокруг. Реальность рвалась по швам, как только магии дали возможность не сдерживаться. Одна сторона стала багряной, вторая - черной.

Тогда арканы занесли мечи. Но даже тогда отказывалась двигаться и спасать себя. Что ж. Кое-кто, один наглый дракон, уже убил меня. И с ветки сбросил тоже. Это отзывается улыбкой на потрескавшихся губах. Забавно, что я вспомнила именно Дайна.

Смерть - не конец, верно? Ты мне не говорил этого, но я уверена. И уверена, что не умру. А потому смиряюсь и приним…

Глава двадцать шестая. Драконы забвения (ночь четвертая). Колыбель из забытых снов

Удушливая гарь превратилась в сухой аромат чабреца, донника и прочих трав. Смерть окончилась мягким, почти бесшумным погружением в высокую траву, которая щекотала открытые участки кожи. На мне было льняное, летнее и простое платье.

Открыла глаза и не увидела ни пламени, ни снарядов, ни черного неба. Оно все еще расстилалось сверху - бесконечное, нежно-бирюзовое, с редкими пушистыми облачками. Но стоило пошевелиться, как все тело прошило судорогой - магический раздрай не исчез, просто ушел вглубь, пульсируя в жилах глухим, тяжелым ритмом.

Я сжимала две руки.

Справа от меня лежал блондин. Лениво грыз травинку, осыпающуюся ему на светлую рубаху пыльцой. Шелковистые волосы были взъерошены, к щеке прилип листочек. Юноша больше не сиял так ярко, но все равно я могла угадать какое-то слабое золотое свечение.

Тогда повернула голову налево. Дракон приподнялся на локтях. От его темного величия не осталось и следа, только что-то во взгляде - штормовое, предвещающее. Бледная кожа приобрела живой, чуть розоватый оттенок. Темные волосы, коротко подстриженные, были зачесаны назад.

– Тиан? - спросила я, пытаясь угадать, кто из них кто.

– Что, Аврора? Что-то случилось?

Нет, ничего. Значит, это Эсмер. Драконы посмотрели друг на друга, но вражды во взглядах не было. Столь явная вражда кончилась и внутри меня. Но вряд ли это все, что было здесь уготовано.

– Где мы?

– Недалеко от дома, - отозвался Эсмер. - Скоро вернутся братья, забыла? К вечеру.

– Вернутся?.. - непонимающе смотрю на него и сажусь в траве.

Здесь все? Это разве возможно? Разве что это просто условие мира? Я Истинная для близнецов, что и правда отличались лишь цветом волос и глаз. Оба немного худощавые, но с мускулами, налитыми силой.

– Ну да. Боишься, что мы не успеем заняться чем-нибудь интересным? - смеется Эсмер, роняя меня обратно и целуя.

От него пахло сухим травостоем, солнцем, летом. Я вспомнила сразу собственное. Как копалась в первых травах под присмотром, и земля согревала пальцы чем-то живительным, удивительным. Блондин словно передавал мне это, прижимая к себе, шурша стебельками.

Когда он отстранился, я все еще пыталась понять. Метки ныли тупой болью, напоминая, что все это не снится.

– А Ашер?

– Кто? Это что за мужчина, о котором мы не знаем? - удивленно спрашивает Тиан, приподняв темную бровь. - Тебе кто-то докучает?

– Нет… Хетвет познакомил нас на рынке, - говорю первое попавшееся на ум. - Я думала, он зайдет на обед как-нибудь.

Но, кажется, такая версия вполне подходит для картины мира близнецов. Потому что они лишь посмеиваются. А я начинаю понимать, что происходит. Кажется, на поле боя приняла верное решение - не стала пытаться усмирить бурю, а позволила силам течь как вздумается. Так они хотя бы перестали разрывать на части.

Но явно не примирились.

Братья же здесь забыли о цели. Если мне не изменяла память, Хетвет что-то говорил такое. Что они помнят не все.

Тиан поднимается, подает мне руку. Закусываю изнутри губу - больновато, но терпимо двигаться. Во всяком случае, идти могу и не показывать вида. Темноволосый дракон привлекает к себе ближе, и я целую. Ведь Эсмеру досталась ласка. Губы Тиана прохладнее, он настойчивее, сразу проходится между губ языком.

Это место было пропитано тишиной и забвением. Но не пылью и паутиной. Легким, ненавязчивым туманом. И чем дальше мы шли, тем больше было этого тумана. Он стелился по травам, по упавшим яблокам над деревьями, ветви которых гнулись под тяжестью спелых плодов.

Слышалось жужжание насекомых, стрекот. Идиллия, от которой веяло покоем. Но неправильным, словно искусственным. Я почему-то была уверена… Что братья не придут. Мы не увидим тут иных драконов, и этот день будет бесконечным.

Может быть, энергии тех, с кем уже была из арканов, дали мне возможность видеть суть. Как увидела суть через силу пепельного дракона. Не знаю. Но когда, держась за руки, стали подходить к строению, никогда его не видя, четко узнала через призму чужих сил их старый дом.

Совсем старый, где росли детьми. Где была красивая женщина, что их выносила. Где был сильный мужчина, учивший драться,