Звоните Манькову! Том 5 - Денис Деев

— А… когда надо быть? — спросил дядя Жора совершенно другим голосом. Ни снисходительности, ни зевоты. Так говорят не с племянником, а с клиентом.

— Сейчас. Бросайте всё, берите такси. Встречаемся у Центрального РОВД.

— А такси кто оплатит? — мгновенно оживился Жора.

— Я оплачу.

Я уже хотел положить трубку, но в голове щёлкнуло главное. Без этого его даже на порог не пустят.

— Дядя Жора. Чистые ордера дома есть?

По нынешним временам адвокату, чтобы попасть к подзащитной, мало было удостоверения. Нужен был ещё ордер юридической консультации, бланк с печатью и подписью заведующего. Ночью консультация закрыта, заведующий спит. Поэтому многие адвокаты держали дома пару заранее подписанных бланков. На всякий пожарный.

— Обижаешь, — с достоинством фыркнул Жора. — У меня всегда с собой.

Я уже опускал трубку на рычаг, когда из неё донеслось торопливое:

— Олежка! Погоди!

Я снова поднёс трубку к уху.

— А случилось-то что? — Голос у Жоры изменился ещё раз. Гонора в нём не осталось совсем. Только настороженность и, кажется, даже тревога. — Хоть скажи, к чему готовиться?

— На месте расскажу, — коротко ответил я и положил трубку.

Я ещё несколько секунд смотрел на замолчавший телефон.

Всю свою прошлую жизнь я считал дядю Жору позором семьи. Бездарем, пьяницей, болтуном, юристом, который законов толком не знает и держится в коллегии исключительно по старой дружбе с кем-то из начальства и за умение разносить конверты. Когда я сам стал адвокатом, я его стыдился. Старался не встречаться даже на семейных праздниках. Не отвечал на его редкие звонки с неискренними поздравлениями.

А сейчас этот человек был единственным человеком во всей Туле, кто мог помочь к Люде. Не потому, что умный. Не потому, что опытный. А потому, что у него в кармане лежала заветная красная книжица с гербом. Вечером, да ещё за пару часов, другого адвоката в этом городе просто не найти. Корочка без мозгов против мозгов без корочки… эххх, добро пожаловать в девяносто второй!

Едва я положил трубку, как дверь приоткрылась и в прихожую заглянул Степан.

— Ну что?

— Едем! — я пошел к двери.

— Как⁈ — в один голос вскрикнули сёстры. — Куда⁈

— Позже, родные, всё позже! — Я уже обувался, прыгая на одной ноге.

Мы со Степаном выскочили на площадку и понеслись вниз по лестнице. Сверху, перегнувшись через перила, высунулась Маша.

— Олег! Ты хоть позвони, когда освободишься!

— Не ждите! — крикнул я, перепрыгивая через ступеньку. — Я поздно освобожусь! Завтра позвоню!

За нами хлопнула подъездная дверь. Мы добежали до Степановой «Волги», прыгнули внутрь, и машина рванула с места. Несколько минут ехали молча. Степан вёл быстро, но аккуратно.

— Едем в РОВД с полным багажником оружия, — покачал он головой. — Да уж. Закрутилось.

Я только сейчас осознал, что все три дробовика, которые полчаса назад ребята прятали под плащами, теперь лежали у нас за спиной. Подкатить на такой машине к дверям райотдела было бы верхом идиотизма.

— Ты меня там высади, — сказал я. — И езжай на базу. Выгружайся.

— Но…

— Нас там адвокат ждёт, — перебил я. — Мы с ним вместе Люду вытащим. Не переживай.

Степан спорить не стал. Он и сам всё прекрасно понимал. Случись что со стволами, которые висели на балансе «Рубежа» — и нам пришлось бы вытаскивать из уголовки уже не одну Люду, а ещё и Степана.

Степан притормозил у тротуара, не доезжая до освещённого крыльца райотдела метров тридцать. У входа нервно расхаживал дядя Жора. Взъерошенный, в мятом костюме, который, судя по виду, последние два года провёл на спинке стула. Галстук с дивными цветастыми узорами, с изображением то ли павлинов, то ли тропических рыб, был закинут на плечо. Дядя Жора то и дело поглядывал на часы, потом на дорогу, потом снова на часы. Скорее всего, он думал, что я его глупо разыграл.

Степан посмотрел на дядю Жору через лобовое стекло оценивающим взглядом.

— Это, что ли, твой адвокат? — с сомнением спросил он. — Что-то доверия совсем не вызывает.

— У него только внешность смешная, — заверил я. — А внутри он просто монстр!

Я и сам в это не верил. Для меня дядюшка был… говорящим пропуском, не более.

Степан хмыкнул. Потом дотянулся до бардачка, открыл его и вытащил пухлый конверт, который протянул мне.

— Это что? — спросил я.

— Наличка. Я с конторы не только оружие захватил. Хотя… — он кивнул на конверт, — это тоже своего рода оружие.

— Из кассы «Рубежа» взял?

— Не совсем. Это мои. Просто на работе в сейфе лежали.

И тут до меня дошло. Всю свою наличность до последней купюры я полчаса назад вложил в пухлую ладонь Гнедого. Карманы у меня были пусты, как у студента перед стипендией. А я только что пообещал дяде Жоре сто долларов прямо сейчас.

Степан, судя по всему, подумал об этом раньше меня.

— Отдам, — сказал я, сжимая конверт.

— Конечно, отдашь, — спокойно кивнул он. — Но потом.

Он здорово меня выручил. Иногда пачка денег оказывается полезнее, чем целый баул смертоносного железа. Особенно когда воевать предстоит не на улице, а в кабинетах.

Я открыл дверцу, выбрался из машины и махнул Степану на прощание.

— Спасибо, друг.

Дядя Жора заметил меня еще издали. Он нетерпеливо замахал руками, чуть не выронив свой портфель, и в несколько широких шагов сократил разделявшее нас расстояние.

— Олег! Ну где ты ходишь⁈ — возмущенно зашипел он. — Мне, между прочим, пришлось самому с таксистом расплачиваться! А у них ночной тариф!

— Простите, дядя Жора. Я торопился, — спокойно ответил я, подходя вплотную, и открывая пухлый конверт, переданный Степаном.

Я принялся отсчитывать купюры. Дядя Жора, не удержавшись, заглянул в конверт, и его глаза буквально полезли на лоб. В тусклом свете уличного фонаря толстая пачка американских долларов казалась настоящим миражом из голливудского кино.

Я протянул ему обещанный стодолларовый аванс и добавил сверху за такси. Но дядя Жора, к моему удивлению, деньги взять не спешил. Он словно загипнотизированный уставился на сам конверт.

— А это… что? — хрипловато спросил он.

— Деньги, —