Дотянуться до легенды 3 - lanpirot
Макс на секунду задумался, потом спросил:
— Простите, а вы не подскажете — где это предприятие находится? Может, мы его там и найдём…
— Подскажу, ребятки, — кивнула тетка. — Отчего не подсказать? Главный вяземский льнозавод — он совсем недалеко отсюда. Вот там и попробуйте его отыскать.
— Спасибо огромное! — не забыл поблагодарить женщину Вебер. — А вы не могли бы… — неожиданно начал он, прервавшись на полуслове, будто ему неудобно просить.
— Что, соколики? — переспросила тетка.
— Мы бы оставили у вас на кое-какие вещи, пока Николая Владимировича не найдем? Лишнее нам с собой таскать — только мучиться. А как вернёмся — заберём.
Женщина посмотрела на нас, потом на дом Маслова, потом снова на нас. И вдруг усмехнулась — добродушно, по-соседски.
— Да можете вообще у меня остановиться, ребятки, — неожиданно предложила она. — Ну, если Колю не отыщите. У меня-то места полно сейчас… — Она всхлипнула, вытерев глаза кончиком платка. — Все мои трое — муж и двое сыновей — на фронте. А невестка с внуками — в эвакуацию уехали, в Татарстан. Одна я тут, как перст, осталася… — Хотите — располагайтеся…
— Спасибо огромное! — произнёс Вебер с искренней благодарностью в голосе. — Мы бы с огромной радостью! И за постой заплатим — сколько скажете…
— Да что вы, что вы, — замахала руками женщина. — Какие деньги? Вы же на фронт собираетесь.
— Нет уж, — твёрдо произнёс Макс. — Мы люди военные, а военные за постой платят. Если деньгами не хотите, скажите, что сделать нужно — ведь мужская работа всегда в своём доме найдётся.
Женщина посмотрела на него, потом на нас, и вдруг улыбнулась:
— Ну, раз так — тогда ладно. Заходите, ребятки, я чайник поставлю. У меня и пирожки есть, с капустой. С дороги-то, поди, проголодались?
— Проголодались, — честно признался Фича.
— Ну, тогда заходите, заходите, — засуетилась женщина, отворяя калитку. — Меня Клавдия Ивановна зовут. А вы как звать-величать, товарищи военные?
— Волынцев Константин Сергеевич, — произнёс Макс, прикоснувшись пальцами к козырьку фуражки. — Военинженер третьего ранга. А это мои помощники — воентехник первого ранга Рогожин Дмитрий Алексеевич, — он кивнул в мою сторону, — и сержант Петров Алексей Иванович, — Макс ткнул пальцем в Фичу, который стоял чуть позади нас.
— Ну, что ж, товарищи военные инженеры, — кивнула Клавдия Ивановна, — заходите.
— Спасибо вам, Клавдия Ивановна! — Вебер рассыпался в благодарностях. — Вы нас прямо спасли.
— Да чего там, — махнула рукой женщина, пропуская нас во двор. — Заходите, заходите.
Мы прошли за ней в дом, бросили вещмешки в комнате, которую она указала и прошли следом в летнюю кухню, представляющую отдельное строение во дворе. Она усадила нас за стол, налила чай и поставила перед нами тарелку с пирожками.
— Клавдия Ивановна, — произнёс Макс, первым разделавшись с угощением, — еще раз огромное вам спасибо!
— Да чего там… — отмахнулась от него женщина. — Идите уже, ищите Николая Владимировича.
Поблагодарив хозяйку еще раз, мы вышли из дома и двинулись обратно, к улице Ленина. Мы миновали сквер, после которого дореволюционная застройка с купеческими особняками постепенно уступала место индустриальным постройкам, а воздух пропитался каким-то специфическим запахом.
Впереди, за высоким забором, показались корпуса завода — несколько двух- и трёхэтажных зданий из красного кирпича, с высокими окнами и трубой, из которой валил густой белый дым. У ворот стоял шлагбаум и будка охранника. Рядом, на скамейке, сидели несколько рабочих, кто-то курил, кто-то читал газету.
Мы подошли к проходной. Вахтер — седой юркий дедок, тут же перегородил дорогу.
— Куды, товарищи командиры, собрались?
— Нам к Николаю Владимировичу Маслову надо, — произнёс Макс. — Знакомые мы ему, издалека приехали, давно не виделись. Можно к нему пройти?
Старик приподнял бровь:
— К Маслову-то? А пропуск у вас есть? Без пропуска нельзя!
— Да откуда же у нас пропуск? — развёл руками Макс.
Вахтер хмыкнул, но без злобы — видно было, что привык к таким вот «гостям», которые без пропусков ломятся к своим знакомым на завод.
— Без пропуска на территорию не пущу, — твёрдо сказал он. — Приказ такой — война идёт! Но Маслова вызвать могу — тута он, даже домой не уезжает в последнее время.
— Вызовите, пожалуйста, — кивнул Макс. — Мы подождём.
Глава 21
Вахтер нехотя снял трубку телефона, висевшего на стене. Набрал номер, подождал, потом коротко бросил:
— Николая Владимировича позовите. К проходной. Там к нему какие-то военные пришли… Говорят, знакомые… Издалека ехали… Хорошо, передам, — он повесил трубку и вернулся за свой стол. — Подождите, товарищи, сейчас он подойдёт.
Минут через пять из ворот показался высокий худощавый мужчина лет шестидесяти, может, чуть меньше.
На нём был поношенный пиджак, лицо волевое, тронутое двухдневной щетиной, а в глазах стояла хроническая усталость. Мужчина прошел через проходную, перекинувшись парой слов с вахтером, а потом пошел к нам, подозрительно оглядывая нас с ног до головы.
— Здравствуйте, товарищи! — звучно поздоровался он. — Я — Николай Владимирович Маслов. Мы знакомы? Что-то я никого из вас не припомню… — он неожиданно запнулся, когда его взгляд остановился на Вебере.
Макс сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию, и понизил голос так, чтобы вахтёр, сидящий в своей будке, не мог расслышать слов:
— Здравствуйте, Василий Никанорович. Меня зовут Максим, я — сын Карла Фридриховича фон Вебера.
Маслов замер, еще внимательнее вглядываясь в черты лица Вебера. Я заметил, как в его глазах промелькнуло узнавание — скорее всего, Макс был очень похож на своего отца в молодости.
— Вы… вы похожи на своего отца в молодости, — немного помедлив, озвучил мою догадку Брагин. — Откуда вы здесь, господа? — тихо прошептал он следом, не дрогнув ни единым мускулом.
— Мы здесь по поручению отца, — ответил Вебер. — Он уже в Рославле…
— С немцами, — презрительно скривил губы бывший ротмистр.
— Пока да, — не стал спорить Макс, — но это временная мера. Немы уже сломили сопротивление красных и скоро возьмут и Москву…
При этих словах Брагин помрачнел еще больше и нервно заиграл желваками.
— Послушайте, Василий Неканорович, так нужно… для нашего общего дела… — быстро заговорил Вебер. — Пусть они и истерзают друг друга, как следует, а после… Отец сказал, что пришло наше время, господин ротмистр! Пора задуматься над возрождением настоящей России… — продолжал жарко нашептывать Макс, отслеживая, как меняется лицо Брагина.
— Он считает, что время пришло? — переспросил бывший