Пламенев. Книга 14 - Сергей Витальевич Карелин
Под ногами плита сменилась щебнем, потом трещинами, и из трещин парила лава. Пахло серой и еще чем-то кислым и теплым.
Восприятие здесь было хуже, чем у корабля. Дух поднимался от деревьев ровной и плотной стеной, и мелочь в нем тонула вовсе. Я активировал духовное зрение.
Первого Старшего я считал за километр. Что-то огромное, медленное, тяжелое. Дух вокруг него был чуть тише. Зверь, похоже, его впитывал.
Панцирный, длиной с половину нашего корабля и высотой с трехэтажный дом. Шесть ног — каждая толще ствола. Голова опущена к самой земле, и там, под головой, что-то хрустело. Он ел камень. Отгрызал от плиты куски и жевал, не поднимая головы.
Панцирь на нем лежал темными плитами, в трещинах, будто из того же камня, что и под ногами. Между плитами, на сгибах ног и под затылочным щитком виднелось что-то темнее и мягче, живое.
Вирр присел. По связи ко мне пришло простое и злое желание. Я положил ладонь ему на лапу и удержал. Агата за моей спиной не шевельнулась. Она, в отличие от Вирра, не стремилась лезть на рожон на того, кто настолько их сильнее.
Над Зверем с другого края, на одной из веток каменного дерева, уже сидела Лена.
Я знал, как ее зовут, потому что ее не раз упоминали остальные, но лично мы ни разу не общались. Высокая, худощавая, стриженная под ежик. Мне, кстати, тоже стоило бы постричься. В местной атмосфере длинные волосы, которые я не трогал с самого заключения в лаборатории Черной Кости, будут только мешать.
Лена была добровольцем, и оружие у нее было свое, причем очень хорошее, хотя по виду так сказать было сложно. Выглядело оно как костяной кинжал, выточенный из чьего-то клыка, что, вполне вероятно, так и было. Но судя по плотности энергии в кинжале, его качество было как минимум на уровне Крушителя, а то и выше.
А вот доспех, которого, по сути, не было, потому что все, что могло сойти за броню, ограничивалось нагрудником и парой наручей, прятавшихся под обтягивающим костюмом, был, насколько я видел, той еще дрянью. Это все еще был духовный предмет, но такого качества, что подходил в лучшем случае Первому-Второму Кругу. Для Сферы шести Кругов это было как минимум странно.
Залегла она тут, кажется, давно. Раньше нас, и раньше, наверное, чем Зверь сюда пришел. По крайней мере, она была к нему настолько близко, что любой Зверь наверняка почуял бы приближение. Когда мы приблизились и я ее заметил, она заметила меня тоже.
— Чей? — спросила через поляну одними губами.
— Твой, если возьмешь, — ответил я.
Это было честно. Она ведь пришла раньше.
Она кивнула и больше на меня не глядела. Лицо было спокойное, скучное даже. Нож она держала лезвием вниз, у бедра.
Ждала терпеливо. Зверь доел свой камень, поднял голову, чуть переступил на месте, и я увидел, что передняя правая лапа у него идет иначе. Он ставил ее короче, чуть в сторону, и на шаге ею вся туша приседала на правый бок. Лена, кажется, это знала до того, как он тронулся. Глядела она только на эту ногу.
Зверь пошел прямо под ее ветку, до сих пор не замечая. С хрустом, и каждый шаг отдавался у меня в подошвах.
— Семь, — прошептала Лена, а я читал по губам. — Шесть. Пять… Два. Раз.
На «раз» туша просела на правый бок, и Лена рванула с ветки прямо на него. Нож в руке коротко, плотно вспыхнул Эфиром, и она всадила его в сгиб по рукоять.
Она явно была Магом физического усиления с упором на скорость. На Орле-Мирном-4 Маги-физики были даже реже, чем на Смоленске-2, так как не было нужды в грубой силе для сдерживания Зверей.
Зверь заревел. Звук пришел с опозданием, низкий, и от него посыпалась кора со стволов вокруг. Левая передняя подломилась. Туша пошла вниз и вбок. Лена уже была на затылке у щитка, и второй удар положила под его край, где чуть пульсировало темное и мягкое.
Старший дернулся раз, второй и лег. Судя по всему, кинжал, который для его габаритов должен быть не страшнее комариного укуса, был далеко не прост.
Ствол рядом с ним, толщиной в три обхвата, треснул от удара туши и упал через поляну. Щебень под ним брызнул в стороны.
Лена вытащила нож. Вытерла его о панцирь, села на щиток и просто осталась ждать, пока Зверь дотечет. Дыхание у нее даже не сбилось. Потом полезла под панцирь на голове телекинезом через глаз, уже не защищенный собственным Духом Зверя, и достала то, ради чего все это было. Камень. Темный, с медовым светом внутри.
Это было хорошо. Быстро, эффективно, ни одного движения сверх нужного. Мне это очень понравилось, нельзя было не признать. Мой стиль давно устоялся, да и не собирался я переучиваться, но, пожалуй, если бы не выбрал топор и тяжелое оружие в целом, следующим моим выбором стал бы кинжал.
Лена спрыгнула с туши. Оглядела через поляну меня, Вирра, Агату в плаще. Потом показала ножом в глубину леса, откуда шел второй такой же хруст.
— Следующий твой.
И ушла в противоположную сторону. С Камнем за пазухой, вдоль поваленного ствола, лишь раз глянув под ноги.
«Хороша», — передала Агата по нити.
— Согласен, — поддакнул появившийся на голове Зверя Фома. — Достойная девочка. Может быть, раз уж твоя Наташка далеко и неизвестно, когда вы встретитесь, стоит задуматься о том, чтобы сменить партнершу? Хотя бы временно.
— Что-то мне подсказывает, что ты никогда и никого не любил, — отмахнулся я и двинулся в сторону второго сигнала Духа.
Своего Старшего я взял за минуту. Он ел камень шагах в трехстах — такой же, может быть лишь чуть меньше. Вирр пошел на него слева, низко, и Зверь повернул к нему голову. Мне хватило этого поворота.
Крушитель я наполнил Духом и ударил в сгиб шеи, через низ, как если бы бил битой по мячику для лапты на земле. Панцирь в сгибе, напряженный из-за разворота головы, лопнул, брызнула кровь, которую я, чтобы не заляпаться, тут же спалил прямо в воздухе. Огромная голова, оторванная от тела, покатилась прочь.
Я достал Камень так же, как Лена, через глазницу, и он был такой