Озверение - Александр Изотов

Сосредоточившись, я глянул меру пленника. Стержень духа яркий, звериный, отливающий даровитой второй ступенью. Стержень немного искажённый, ведь зверь ранен и потерял много сил. И всё же что-то мне не давало покоя…

— Белиар, стой, — сказал я, — Спокойнее.

— Да я и так спокоен, поднёбыш, — тот, хлопнув в очередной раз по стене, обернулся, — Просто бесит, что нас ткнули носом в нашу слабость.

— Как знать… Эй, зверь.

Барт чуть повернул голову. Его лоб был покрыт потом, сам зверь был бледным. Рана от моего копья в его плече не спешила затягиваться, хотя наверняка ещё денёк, и этот воин будет как огурчик. Звериная кровь не нулячья, здоровьем богаче.

Его способность прятаться меня поразила. Хотя она была гораздо слабее, чем у ангелов — ангела я бы не заметил, если бы даже постарался. Это невозможно, если не обладаешь способностью ангелов видеть самих себя, или способностью демонов видеть магию глушения чувств. В таком случае невидимка был бы для меня чётким силуэтом в море искр.

Но я заметил этого зверя. Скорее всего, его способность относится к стихии духа. Просто маскировка, слияние со стихией, доведённое до абсолютного мастерства даром кинжала.

Но можно ли скрываться только физически? Или духовно тоже можно? Помнится, я отлично умел скрывать свою меру и дары. Как давно это было.

Каков шанс, что в Инфериоре мне встретится ещё один зверь, что будет обладать всеми четырьмя стихиями? Особенно в Буром Приорате, невероятно богатом на всякие таланты, которые не снились тому же Синему Приорату.

— Барт… — сухо сказал я, — Ты талантливый зверь. Открывай проход.

Тот покосился на меня, делая вид, что не понимает.

Белиар гляну на меня, потом на связанного. Благоразумно вытянул клинок из ножен и сделал шаг назад, к углу. Судя по его взгляду, он тоже что-то заподозрил, или смекнул, что просто так я бы не стал мутить воду.

— Не понимаю, о чём ты… — нервно бросил Барт.

Мы связали ему руки и плечи, оставив ноги свободными. Верёвок мы не жалели — повязали узлы на запястьях и локтях, и набросали много витков вокруг тела. Но я уже видел, с каким скрипом они натянулись.

И это несмотря на то, что в теле Барта ещё торчали зачарованные наконечники…

Что-то мигнуло в стержне его духа, словно марево на мгновение слетело. И я тут же, осознав, в какой мы опасности, рванул вперёд, выкидывая руку с копьём. Сила зверя и Дар Скорпионов подарили мне невероятную скорость, но Барт извернулся так, чтобы остриё наконечника резануло по путам.

Зверь тут же согнулся и крутанулся, прыгая вперёд, к стене. Моё копьё, зацепившись за его верёвки, рвануло из рук, причём с такой силой, что меня просто потянуло к присевшему пленнику.

Я тут же выпустил древко и, недолго думая, отпрыгнул назад. Одним движением снял лук с плеча, вытянул стрелу и тут же спустил. И ещё, и ещё… Мне показалось, что стрелять я мог теперь быстрее, чем бить копьём.

Барт успел высвободить одну руку и, уворачиваясь из стороны в сторону, пытался дотянуться до копья, болтающегося сзади, за лопатками. Одна стрела воткнулась в камни, резанув ему ухо, другая свистнула над другим — он был быстр, и отдёргивал голову в самый последний момент. Дерьмо нулячье!

Белиар вовремя смекнул, что пленник оказался не так прост, как нам казалось. Зажавшись в углу и выставив запылавший красным меч, первушник не кидался в атаку — понял, что так лишь помешает мне.

Третья стрела всё же воткнулась в бедро зверю. Четвёртая в рёбра. Тот как раз дотянулся до копья за спиной и, вырвав его из верёвок, с рыком ткнул в сторону Белиара. Я ждал этой атаки, и пятая моя стрела вошла как раз в шею зверю.

Сначала я испугался — копьё просто вспороло Белиару бочину, пронзило насквозь и вошло глубоко в стену. Но увидев испуганно-довольную физиономию Демона, я понял, что смерть всего лишь проскользнула под бронёй, но тела не задела. Белиар буквально врос в кирпичную кладку, втянув тощий живот до предела, и это спасло ему жизнь. Будь он зверем, он оказался бы толще, и уже наполнил бы кольчугу кишками…

Барт, осев на колени, захрипел. Дёрнул копьё, вырывая его из стены вместе с Демоном. А тот, используя движение самого зверя, с диким криком вогнал меч в окровавленную шею. Раздалось громкое шипение и в нос ударила вонь палёной плоти.

В этот момент я увидел истинную меру зверя. Пятая ступень… твою ж мать! У меня часто забилось сердце.

Всё же, хвала Небу и Абсолюту, мы оказались не единственными глупцами в этой схватке. Этот идиот мог бы убить нас ещё там, наверху. Но нет, он тоже зачем-то испытывал судьбу, зачем-то повёл нас вниз. Может, наслаждался моментом, как легко он обманул врагов, которых испугался сам Бурый Приор?

— Уф-ф, поднёбыш, — Белиар тяжело пыхтел, стискивая рукоять и навалившись на почти обезглавленного зверя. Дым так и шёл из-под подбородка Барта, — Охренеть, как близко это было!

— И не говори, — я устало сел на пол. Короткая стрельба, занявшая всего доли секунды, как оказалось, высосала из меня много сил.

Белиар попытался выдернуть меч, у него не сразу получилось. Затем всё же удалось, но труп Барта завалился вбок. При этом окоченевшие пальцы выпускать копьё не хотели, и сцепленного с ним первушника тоже потянуло вниз. Белиар неуклюже плюхнулся сверху на труп, сам чуть не воткнулся лбом в пол, и вдруг захрюкал от смеха. Так и лежал ничком, ухахатываясь.

Я лишь хмыкнул. Навряд ли Демона накрыла истерика из-за убитого врага, он был слишком опытным воякой для этого.

— Эй, ты чего?

Демон поднял голову.

— Да я тут подумал, Марк, если бы тебя Газриэль тот не научил стрелять… — он снова засопел от смеха, — Куда бы он тебе твои стрелы запихнул?

Тут уже я не выдержал, тоже сорвался на хохот. Это да… Тут ещё большой вопрос, а попал бы вообще в стену? А то бы и пристрелил Белиара нечаянно, хоть тот и стоял в стороне в паре метров.

Демон стал корячиться, пытаясь слезть с копья. При этом ворчал, вот, мол, новый доспех даже полчаса не поносил, как уже дырявый.

— Привыкай, — устало буркнул я, — У меня тоже броня долго не живёт.

— Вот поэтому я броню и не люблю, — ответил первушник, наконец освободившись, —