Тень в паутине - Дмитрий Викторович Распопов

Граф сказал это просто, без пафоса или гордости, так что девушка поняла, что да, этот человек сделает ровно то, что и сказал, сколько бы времени ни прошло с момента их разговора.

— Спасибо граф, — она смущённо ему улыбнулась, — за всё.

— Прощайте, синьорина Анна, — он кивнул и вышел из её комнаты, оставляя девушку не только в задумчивости, но ещё и в каком-то таком пограничном состоянии между «пронесло» и «возможно в её жизни всё ещё наладится».

Анна вздохнула и покачала головой, стараясь забыть о графе и самом Иньиго, и пусть это получится не сейчас, не с первого раза, но после разговора с графом Латаса ей стало значительно проще принять решение, как ей жить дальше.

* * *

На завтрак, я зашёл за Лоренцо и Сергио, но последнего почему-то не оказалась в комнатах, и никто не знал, куда он ушёл. Пожав плечами, я попросил Бернарда пригласить его к нам, если он вернётся до окончания завтрака, а сам захватил на завтрак с собой книгу, которую мне как раз вчера вечером принесли переплётчики, когда я им принёс кипу исписанных листов, переведённого на латынь труда Авиценны, и сказал, что это будет подарок для дожа. Они поклонились мне и сделали самый лучший и дорогой переплёт, какой только смогли, так что теперь книга в окончательном варианте смотрелась даже дороже своего оригинала.

Так с ней под мышкой, и подшучивая над Лоренцо, которого я утром застал опять в объятьях Аньес, я и вошёл в малый зал, где уже сидели знакомые мне лица. Правда, сегодня добавились ещё Сильвестро Морозини и Джованни Барбариго, которые при виде меня, внезапно смутились и ответили взгляды.

— Ваша светлость, синьоры, — я чуть поклонился, и Лоренцо рядом сделал ровно тоже.

— Прошу вас, маркиз, синьор Лоренцо, — дож приветливо мне улыбнулся и показал на наши привычные места, — а где граф и барон?

— Сергио ушёл по делам, и я попросил Бернарда подождать, что если он вернётся, чтобы составил нам компанию, — объяснил я и положив книгу на стол, показал на неё слуге, который стоял за спиной дожа.

Тот всё поняв, подошёл и аккуратно взяв её, перенёс к Кристофоро Моро, который аккуратно вытерев руки салфеткой, потянул за кожаный переплёт, чтобы посмотреть на текст.

— Какой у тебя всё же идеальный почерк Иньиго! — покачал он головой, — конечно видеть его в письмах от тебя одно, но тут, такой большой труд, совершенно другое. Благодарю тебя.

— Я старался для друга, ваша светлость, — кивнул я, — надеюсь вам понравиться чтение.

Кристофоро Моро кивнул, закрыл книгу и показал слуге, чтобы унёс её в его покои.

— Слышали, что вы сманиваете у нас всех лучших людей, синьор Иньиго, — обратился ко мне старый нобиль, покосившись на хмурого Джорджо Лоредано, сидящего рядом с ним, — да ещё за огромные деньги.

Было, конечно, наивно полагать, что новости о моём предложении Орнелии, останутся без внимания патрициев.

— На своё предложение я ещё не услышал ответа, синьор, — пожал я плечами.

— Неужели среди вашего круга знакомых нет достойных для этого мужчин? — поинтересовался он.

— Все заняты другими моими проектами, — тяжело вздохнул я, — обустройство острова Мальта, ремонт королевского дворца Алькасар, ведение банковского бизнеса, рейд к османам. Я и так оторвал от своего сердца барона, чтобы он был при синьоре Орнелии, если она конечно согласится на моё предложение, чтобы он был вооружённым напоминанием того, что я за всем присматриваю.

— Барон не столь…исполнителен? — явно хотел меня задеть другой нобиль.

— Бернард мне верен, — я хмуро смотрел в сторону говорящего, — а главнее, не синьоре Орнелии же таскать у себя за плечом мешок с золотом, я не настолько жесток к женщинам.

Мой ответ вызвал лёгкие смешки патрициев и ко мне обратился дож.

— Теперь будешь ждать строительства фуст, Иньиго? — поинтересовался он с явным намёком.

— Нет, ваша светлость, — покачал я головой, — возьму новую фусту, мастера Арсенала как раз должны закончить с её последними проверками, проедусь, загляну в Анкону, проведаю друзей, папу, посмотрю, как идут приготовления к Крестовому походу, заодно проверю фусту на море.

— Отличная идея Иньиго, — обрадовался дож, — я распоряжусь, чтобы Арсенал строил корабли без задержек.

— Спасибо, ваша светлость, — склонил я голову, — я уже отправил послание на Родос с купеческим кораблём, команды для них вскоре начнут пребывать в Светлейшую.

— Я не ослышался Иньиго? — удивился Кристофоро Моро, — они начнут пребывать все сразу, а не по мере готовности кораблей?

— Точнее сказать, ваша светлость, в четыре этапа, — объяснил я чуть более подробно, — сначала для первых десяти кораблей, потом для вторых десяти и так дальше. Поскольку я оплачиваю проживание, то надеюсь рыцарям и послушникам понравится Светлейшая так же, как и мне, ну и заодно они смогут опробовать новые фусты большим количеством команд.

Эта новость стала для них удивлением.

— У вас заключен с родосскими рыцарями какой-то особый договор? — острожено поинтересовался у меня Сильвестро Морозини.

— Да, синьор Сильвестро, — спокойно ответил я, — прошу простить, но о его содержании, я не могу говорить, поскольку это не моя тайна.

— Конечно, синьор Иньиго, — поспешил заверить он меня, что всё в порядке, — просто удивительно, как быстро они отреагируют на ваше письмо.

— Как и я на их, синьор Сильвестро, — заверил я его с лёгкой улыбкой.

— Есть уже дата вашего отплытия? — спросил меня дож, — не то, что мы прогоняем вас, просто хочется ясности о ваших дальнейших планах.

Я, зная, про его слова о том, что Светлейшая меня не переживёт, если я останусь у них надолго, легко улыбнулся.

— Это зависит от мастеров, которые шьют и изготовляют доспех для графа Латаса, — спокойно ответил я, опустив момент, что ровно тоже, они делают и для меня, — как только всё будет готово, мы тотчас отбудем.

— Уверен, мастера будут выполнять свою работу качественно, — заметил дож, — но быстро.

Мы обменялись с ним понимающими взглядами и сменили тему, перейдя на привычные всем цены на железо, пеньку, пиратов и прочему, что было обычным для венецианцев, живущих море,