Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес

«Высоко хватил же мальчик! Замена. Спущу тебе это на нехватку извилин».

— Если ты еще раз приблизишься к ней ближе, чем на сто метров… — Размашистым жестом выбросил ему в лицо пустое полосатое ведерко, попав, куда целился, — прямо в тупорылую башку. Пока он зло отряхивался от остатков кукурузы, я расслабленно развалился в кресле и щелкнул пальцами, прикуривая сигарету. Огонь соскочил с моих рук, и я почему-то нисколько не удивился, что Отец не смог или не захотел полностью лишать меня сил, а может, я так сильно разозлился, что обошел все ограничения, ни сколь не задумавшись, ни на мгновение не усомнившись в успехе. Марк вздрогнул, а я указал на второй этаж, делая затяжку. — …уже больше часа я слушаю, как твоя жена укладывает ребенка. Поверь, если Элизабет вновь хоть раз о тебе заикнется, или ты нарушишь ее личные границы, моя рука может дрогнуть рядом с твоим домом, а тебе вроде есть кого беречь.

— Ты больной ублюдок!

Я вновь щелкнул пальцем, и свеча, стоявшая на тумбе рядом с креслом, загорелась.

— Моральные дилеммы меня не остановят от греха. — Огонь сорвался с моих рук и попал на ковер возле ног Марка. Он тут же стал его тушить, а я продолжил: — Не представляешь, как тебе повезло, что я решил вести праведный образ жизни. — Затянулся и пустил дым, смотря на судорожные попытки заглушить очаг возгорания. В ковре образовалась дыра.

— Да кто ты вообще такой?! — Мальчишка испуганно уставился на меня.

— Для тебя — синоним к слову «смерть». — Я сгреб одним ловким движением сумку и бросил ее ему в ноги. — Деньги. Если ты еще раз укажешь мою девушку в качестве поручителя, клянусь, я найду тебя, порублю на части и засуну в эту самую сумку…

Медленно встал, завершая разговор. Марк отшатнулся, не препятствуя мне. Послышались быстрые шаги, и я увидел на лестнице застывшую женщину с ребенком. Обернувшись, я многозначительно посмотрел дураку в глаза.

— У тебя прекрасная семья, не ломай им жизнь, — тихо прошептал я так, чтобы слышал только он.

— Марк, кто это?

— Никто.

— Прощайте. — Покинул этот дом и отправился к своей женщине. По дороге я набрал Аира и передал, что все решил.

— Хорошо, — серьезно сказал он в трубку и тихо уточнил: — Ты же не убил его?

— Нет. Поверь, это было сложно.

— Верю.

Едва я позвонил в квартиру, Лиз тут же открыла мне, и я заключил ее в крепкие объятья.

— Собралась?

— Где ты был?

— Отвез Марку деньги.

— Откуда ты узнал?!

— Главное, что он усвоил урок. — Я прошел внутрь и осмотрел два чемодана. — Одевайся, я пока перетащу все в машину.

— Вел. — Она поймала мою ладонь, сжала пальцы двумя руками. — Ты же ничего с ним не сделал?

— Не переживай. Придурок жив.

Лиз выдохнула, облегчение отразилось на ее бледном лице, а я свел брови, но не успел разозлиться, потому что она произнесла:

— Я бы не хотела, чтобы тебя посадили.

Мне понравилось то, что она переживала обо мне, а не о том, что он умрет. В тот момент я четко осознал, что Лиз больше его не любит и, возможно… Я наклонился и поцеловал ее. С нежностью.

— Перенесем переезд на завтра? — Ее пальчики накрыли мой пах.

— Нет. Я хочу тебя в своей постели. В своем доме. Рядом. — Отстранил ее руки и подхватил чемодан.

— Знаешь, бабуля зовет нас на Рождество, — как-то резко перевела она тему. — Я пока ничего не ответила…

— Мечтал познакомиться с твоей бабулей. Конечно, мы будем, когда там у нас Рождество?

— Через месяц или около того?

— Решено.

Пока мы летели по дорогам, пересекая проспекты, Лиз не отрывала от меня взгляда и трогала мои брюки. Я резко припарковал машину и все-таки не дотерпел до дома: затащил ее на заднее сиденье. Когда мы закончили, Лиз выглядела, как первобытная женщина, вылезшая из леса после дикого секса. Она так смотрела на меня, что сердце сильнее отбивало такт и сжималось. Она приподнялась и поцеловала. Нежно. Любяще как-то.

— Никто и никогда не защищал меня, — призналась она и прикусила мою нижнюю губу, чуть потянула.

Тут я понял все. Без слов. И растерялся. Да, знал, что Лиз стала чувствовать ко мне что-то, не был уверен, что она любит меня, но сейчас убедился. И слова мне были не нужны, достаточно одного взгляда в эти глаза. И я не собирался убегать. Не собирался бросать ее. Нет. Я был счастлив. Мы долго целовались, а потом как-то невзначай решили повторить, то, что делали до этого и машину покинули не скоро. Пусть это было не удобно, зато чертовски охренительно.

Зима как-то резко и без прелюдий накрыла город снежным покрывалом. Буквально за одну ночь закончилась осень и наступили холода. Я радовался, как мой гибрид, впервые увидев снег. Вылетев на улицу в одних боксерах, набрал в руки эти ледяные осадки, решив обрадовать братца и устроить ему незабываемое пробуждение, правда, пока я добежал с этой горстью до их комнаты, в руках осталась лишь вода, а дверь в спальню оказалась заперта, потому что ручка не поддавалась под натиском моего локтя. Да, они теперь запирались со Скай. Видимо, им не слишком нравилось, что я входил без стука по утрам, да и вообще. И это спасло их от моего небольшого розыгрыша, зато не спасло Лиз, которая впопыхах собиралась на фотосессию. Снега уже не осталось, только капли и холодные руки. Я подкрался к Элизабет, сидевшей на табуретке за туалетным столиком в новом алом комплекте белья. Она завершала свой утренний ритуал красоты. И шаловливо сжал ее голые плечи — девушка взвизгнула, а ее кожа покрылась мурашками. Лиз подскочила и выругалась.

—Велиал! Какого хрена?! —начала она воинственно, а потом подхватила смешинку, точнее, подушку с кровати и побежала за мной, намереваясь покалечить. Мне в спину прилетел мягкий квадратик, и я удивился ее меткости.

— Тебе в руки нельзя давать ножи!

— Еще раз такое сделаешь, и я возьмусь за них. К слову, дротики меня учила