Путешествие - Кирилл Сергеевич Клеванский

Передо мной лежало тело, разорванное на две части орком. Более того, монстр в данный момент самозабвенно крушил аппарат с газировкой, явно не понимая, что это за диво такое.

Постойте.

Забегаю вперед.

Давайте по порядку.

Я родился…

Ну… не настолько.

Моя история началась с унитаза. Нет, если смотреть глобально, то, конечно, с бабушки и дедушки, которые, в силу своих возможностей, достойно заботились о моей скромной личности. Пока не померли.

Так что, когда остальные гуляли выпускной в одиннадцатом классе, я разбирался с профессиональной деформацией работников похоронных агентств. Их взгляды, в которых они видели не два холодных тела, а цифры на экране монитора, преследовали меня еще несколько лет.

— Процесс запуска нового ускорителя частиц, полностью построенного на отечественной платформе…

Затем — поступление в неплохой вуз на, как выяснится уже через пять лет, умирающую профессию переводчика. Зачем платить живому человеку, если с той же задачей, пусть и несколько хуже, справится нейросеть? Зато без отпусков, без сна, без выгорания и без необходимости найма через HR-отдел. Причем, возможно, главной препоной в списке выступал именно HR, но не суть.

— …наступит вот уже с минуты на минуту. Президент на контрольном пункте готовится лично нажать кнопку старта…

И я, Артур Штейн, или, как меня куда чаще называют, просто Арчи. Двадцати двух лет от роду, на последнем курсе университета, смотрю в будущее растерянным взглядом, опасаясь, что скоро даже к «свободной кассе» начнут звать роботы.

Благо бабушка настаивала на моем музыкальном образовании, что позволяло зарабатывать репетиторством на дому. Ну и детям все еще требовалось изучать иностранный язык для сдачи экзаменов. И, в отличие от музыки, языкам обучить можно было и дистанционно.

— …дамы и господа, всего несколько мгновений до исторического момента…

Так что худо-бедно я справлялся. Может, и на короткой дистанции, но жизнь с самого детства как-то отказывалась допускать саму мысль о долгосрочном планировании. В мире происходило то одно, то другое, и при этом «происходившее» все норовило как-то повлиять на мою жизнь. Да и, конечно, не только на мою, но своя рубашка все же чуть ближе к телу.

— …начинается отсчет. Пять, четыре, три, два…

Видео застыло, и я провел большим пальцем по экрану, но ничего не произошло. Проверил вай-фай — тот отключился, хотя на этой заправке я появлялся уже не первый день, и раньше подобных проблем не возникало.

Причем тут заправка?

Наталья, с самого детства мы называли ее именно полным именем, и Андрей уговорили меня отправиться с ними на турбазу, что сперва вызывало у меня яростное отторжение. Но затем аргумент, что это, возможно, последнее лето, не имевшее отношения к слову «оплачиваемый отпуск», возымел свой резонный эффект.

Так что вот он я. За хренову тучу километров от родного города, в двух с половиной часах от железнодорожной станции, в получасе от той самой (весьма неплохой, кстати) турбазы. Сижу на унитазе на одинокой заправке, смотрю видео, как в соседнем научном городке запускают ускоритель частиц.

Зачем мне оно?

Ну а то никто, кроме меня, спасаясь от суеты, не запирался в отхожем месте и не терял счет времени с экраном в руках, пролистывая десятки коротких видео или ненужные ему документальные фильмы?

Так что не надо осуждений.

Забросив мысль о бесплатном вай-фае, работавшем исключительно благодаря спутниковой антенне, я проверил связь. Ни единой палочки. И даже LTE нет. Только два стоп-сигнала на обеих сим-картах. Почему две? Современные проблемы, как говорится, требуют современных решений. Особенно когда часть твоей работы зависит от доступа в интернет.

— Шикарно, — вздохнул я и закончил начатое.

Не стану описывать весь процесс. Вы с ним знакомы. А если нет, то… ну, даже и не знаю, что сказать. Печально, конечно.

Благо, что еще несколько лет назад весьма увесистый кусок памяти моего телефона заняла музыка. На всякий случай… Интернет, как оказалось, — не очень надежная штука. А помните, как юморили раньше миллениалы, пока не превратились в живущих на работе биоандроидов? «Выйти на улицу без наушников — все равно что оказаться в космосе без скафандра». Я их позицию в данном вопросе разделял целиком и полностью.

В наушниках заиграла песня. Мало кому известная. Такой вот у меня странный вкус меломана. Любые жанры, любые года релиза — лишь бы вызывало эмоции. Так что двенадцать тысяч треков отборной рандомной музыкальной истории всегда сопровождали меня в любых жизненных ситуациях.

Неживой, но приятный женский голос робота оповестил: — «Ricky Savan feat. Killian Lee — Помоги Мне».

И вот, знаете, о вкусах, тем более музыкальных, не спорят. Так что не стоит и начинать.

Я подошел к умывальнику и повернул вентиль. Водопровода на заправке никакого не имелось, а живительная влага поступала из скважины. Так что требовалось подождать, пока насос зачерпнет. Откуда мне были доступны столь специфичные знания?

Болтать я люблю.

С людьми.

Особенно противоположного пола. Так сложилось, что с ними проще найти общий язык. Не требуется, знаете ли, мериться разными причиндалами.

Из мутного зеркала на меня уставились зеленые глаза, далеко не самое симпатичное, но, по словам других, приятное лицо, короткая стрижка под машинку (в целях экономии со своими чересчур каштаново-русо-непонятными волосами я справлялся самостоятельно) и… самое невзрачное телосложение, которое вы только можете себе представить. Вот только вообразите: сто девяносто шесть сантиметров роста и всего семьдесят пять килограммов. Честное слово — рюкзак Андрея весил едва ли не больше, чем я. И ведь не сказать, что мало ел.

Наталья, невеста Андрея и моя школьная любовь, вечно подозревала меня в колдовстве и даже порывалась вызвать инквизицию. Той, правда, уже несколько веков как не существовало, как, собственно, и моих шансов на сердце Натальи. Причем тоже — несколько веков.

И нет, я не страдал по ней душой и сердцем. Мне было достаточно одного «нет» еще в пятом классе. Вру ли я? Немного. Но ко второму курсу действительно отпустило. Лукавлю? Слегка играю со словами. Тут действие на протяжении отрезка времени. Знаете, форма глагола, обозначающая действие, происходившее в течение периода. Так что отпускало аккурат до четвертого. Но сейчас уже все в порядке. Честно.

— Бур-бур-бур, — как-то не очень доверчиво отнесся ко мне смеситель, исторгнув из своих жестяных недр гулкое эхо.

— Да и пожалуйста, — ответил я ему и вышел в короткий альков.

На заправку я