Против ветра - Анна Джейн

Олег не ожидал, что помощник бросится на него с оружием в руках. Между парнями завязалась драка. Хотя дракой это назвать было сложно.

– Я убью тебя, скотина! Убью! Убью! Ты же сказал, что не тронешь ее! – заорал Евгений.

Внутри него что-то взорвалось. Бешеный пес, приближавшийся метровыми скачками к обрыву, с которого он хотел спрыгнуть в человеческий мир, остановился на мгновение, чтобы полакать кровь, вязкую, густую, с привкусом боли и страха.

Женя, словно грозный ураган, налетел на хохочущего Олега и сделал то, на что, казалось бы, никогда не решился – вогнал ему в живот нож, которым еще недавно угрожал жизни Ники Карловой.

Странно, но первые несколько секунд раненый Алмазов продолжал смеяться. Смеяться и стоять. Его эйфория перекрывала боль.

– Сдохни, сдохни, наконец! – прорычал Женя, второй раз замахиваясь на Олега.

Тот словно пришел в себя. Разъяренными глазами взглянул на Евгения. Ноздри его раздувались, сеточка на белках покраснела, губы изогнулись так, словно парня вот-вот стошнит, по телу его прошла дрожь. Ни слова не говоря, он одной рукой схватился за окровавленный живот, а другой возвел пистолет – как можно выше – и нажал на спусковой крючок.

Раздался еще один тихий, но грозный выстрел. Никита, схватив Нику, укрылся за диванами, держа наготове пистолет, который она все же умудрилась достать.

Пуля попала в легкое. Женя покачнулся и стал заваливаться на пол. Ему было плевать, умирает он или нет. Когда он узнал, что любимой девушки больше нет и подонок убил ее, жить ему больше не хотелось. Несколько секунд карие глаза, на которые падала каштановая прядь волос, смотрели прямо на своего убийцу, а после Женя с трудом приподнялся на локте и, поманив Олега пальцем, прошептал:

– Это я. – Он закашлялся – на его губах показалась кровь. – Я тебя тогда… ножом… чьим-то… ранил, при-дурок.

После этих слов он замолчал, а его рука безвольно упала на пол. Расплата за предательство друга нашла его спустя несколько лет. Саша сидел в тюрьме вместо него. У Жени не хватило духу признаться Саше, что виноват во всем был именно он.

Склонивший набок голову Олег безразлично улыбнулся, хотя и промелькнул в его светлых глазах запоздалый ужас, но почти тут же его поглотила наползающая вечная густая темнота.

Он потерял сознание с улыбкой, больше похожей на гримасу.

Никита тут же встал на ноги и поднял за собой Нику. Та зажмурилась, увидев на полу троих парней: молодых, красивых, у которых могло быть чудесное будущее. Но их прошлое решило иначе, превратив одного в психопата, одержимого местью, второго – в труса, предавшего друга, а третьего – в человека, ненавидевшего себя.

Нику затошнило от дикости, варварства, невероятной жестокости происходящего.

Стараясь не смотреть на Олега и Женю, перепуганная Ника бросилась к лежащей Марте. Та потеряла сознание, однако была в порядке – только испачкалась в крови Саши. Никита, не обращая внимания на других раненых или уже убитых, склонился над Сашей и взял за запястье – пульс у него все еще был. Кларский молча схватил с дивана окровавленное платье Марты и, разрезав его на куски, наспех перевязал Дионова, чтобы хотя бы приостановить кровотечение.

– Что с ним? – тихо спросила Ника, гладя по руке сестру.

Впервые в жизни дыхание смерти подобралось к ней так близко. Хоть это дыхание и не было еще смрадным, а очень легким, Нику продолжало тошнить, а голова ее разрывалась на части. Она старалась смотреть только на сестру, только на нее и лишь изредка на Александра, у которого не останавливалась кровь. Она и сама не понимала, как сдерживала себя от истерики.

– Не знаю, не врач. Жив. Пока жив, – отрывисто бросил Никита. Он вдруг услышал шаги и голоса на улице. – Люди. Уходим! – велел он Карловой.

– Куда? – затравленно посмотрела на него Ника. – А как же моя сестра? А Саша?

– Успокойся, Ника, – посмотрел на нее в упор Кларский. Он утер ладонью выступивший на лбу пот. – Или ты уходишь вместе со мной, или остаешься здесь одна.

Ник не злился, не нервничал, он спокойно констатировал этот факт. Но вот что было в его душе – даже серые глаза не выдавали. Он желал, чтобы Ника немедленно ушла с ним. Сейчас же. Без сожалений и лишних слов. Просто поверила ему и ушла следом за ним.

– Но им надо помочь! Никита!

– Твоя сестра в безопасности, а ему. – Кларский с сожалением глянул на Дионова. – Я ничем не помогу больше. И ты тоже. Мы не врачи. Идем же. Я не могу засветиться сейчас перед ментами, Ника. Пойми. Даю пять секунд, чтобы ты приняла решение. Или ты остаешься с ними, или уходишь со мной.

Он говорил так не потому, что был эгоистичен – просто Никита не мог поступить по-другому. Его игра еще не закончена. Если Кларский останется – все разрушится.

Хотя нет, Кларский все-таки был эгоистом. Он отдает ей все, что у него есть, и пусть он не сидит на коленях около ее ног и не молит слезно, но он хочет невероятно сильно, чтобы она ушла с ним. Ника стала ему дорога.

Она стала его персональным солнцем.

И даже сейчас, в этой комнате, где воздух все сильнее пропитывался кровью, где слышался у окон и дверей хрустальный перезвон колокольчиков на поясе самой Смерти, облаченной в серый длинный балахон, даже сейчас Ника оставалась теплой и солнечной. Она, одетая в легкое воздушное белое платье с оранжево-желтым нежным принтом, ярким пятном выделялась среди мрака холла.

Ника, глотая слезы, напоследок погладила сестру, с болью посмотрела на бывшего жениха, запустила пальцы в свои волосы и вдруг покачала головой, будто разговаривая сама с собой. Бросить Никиту она не могла. Не могла, и все тут.

Ника вскочила на ноги и крепко схватила его за руку.

Раз уж решила с ним уйти, уйдет. С Мартой вроде бы все хорошо, а Саше… Саше они действительно не могут больше помочь. Ну а эти двое… двое сумасшедших, о них Нике думать и вовсе не хотелось.

Она даже взглянуть в их сторону не могла.

– Идем, – тихо сказала она.

Кларский улыбнулся едва заметно и в последний раз обвел взглядом комнату, где только что случилось настоящее побоище. Они убежали из дома через окно, куда залез Никита в тот самый момент, когда в особняке появилось двое вооруженных охранников.

Буквально несколько минут назад в поселковую охрану позвонили из полиции и сообщили, что в одном из коттеджей, возможно, происходит что-то не слишком хорошее. Естественно, охрана тут же решила навестить этот особняк.

Звонил дядя Марты, тот самый Артем, который вместе с ее отцом уехал искать племянницу. Он использовал все свои связи, чтобы определить по расположению мобильного телефона, где находится его племянница,