Тени Грейфолла 1 - Алекс Кош
Караульные сделали вид, что ничего не услышали.
Ждать пришлось недолго. Истребителей секуритате не любили, но и спорить с «А»-рангом не рискнули. Через несколько минут Себастиана всё-таки провели в здание. Изнутри управление выглядело ровно так, как и положено имперскому учреждению: высокие потолки, беленые стены, портрет Императора в тяжелой золоченой раме и длинный коридор, в котором пахло воском, чернилами и почему-то мокрой шерстью. За дверями стучали печатные машинки, спорили служащие и громко доказывали свою невиновность задержанные.
Вот только к самому архиву его, разумеется, даже близко не подпустили. Сопровождающий свернул на середине коридора и открыл перед гостем неприметную дверь с двумя врезными замками. За ней оказалось что-то вроде специальной комнаты для работы с документами: глухое помещение без единого окна, обшитое темными дубовыми панелями, с длинным столом посередине и парой будто нарочно максимально неудобных стульев, на которых человек начинал ерзать уже через четверть часа. Под потолком в проволочной сетке гудела магическая лампа, заливая стол ровным мертвенным светом. В углу стоял запертый шкаф с решетчатыми дверцами, пустой и оттого особенно бессмысленный, а на стене висела латунная табличка с перечнем правил. Из нее следовало, что документы запрещается выносить, портить, мочить, использовать в качестве туалетной бумаги, передавать третьим лицам и подвергать воздействию открытого огня. Себастиан пробежал список глазами и мысленно отметил, что составлял его человек с богатым и явно печальным опытом.
— Присаживайтесь, — предложил сопровождающий. — Материалы сейчас принесут.
Носить их выпало молодому офицеру секуритате с тонкими усиками. Сперва он принес три папки, затем еще две, потом коробку с магографическими снимками, и с каждым заходом его высокомерие таяло, уступая место банальной одышке. После седьмой папки офицер сгрузил на стол последнюю стопку и вытер лоб рукавом.
— Это все? — поинтересовался Себастиан.
Офицер молча вышел и вернулся еще с двумя папками.
— Теперь все.
— Спасибо за помощь, — вполне искренне поблагодарил истребитель.
— Работать только здесь, выносить ничего нельзя, — строгим тоном напомнил офицер, усаживаясь на стул в углу. — Я помощник дознавателя по этому делу, веду картотеку с первого трупа. Если возникнут вопросы, постараюсь ответить.
— Какая неожиданная щедрость.
— Приказ сверху, — сухо пояснил офицер. — Велено оказывать всяческое содействие.
Судя по тону, приказ этот он приравнивал к личному оскорблению, но дисциплина у секуритате все-таки работала. Себастиан медленно выдохнул, настраиваясь на работу, и начал изучение с самого интересного, то есть с фотографий. Черно-белые зернистые снимки были сделаны магографом на местах обнаружения тел, и часть из них оказалась смазана из-за дождя или дрожащих рук оператора. Впрочем, качество не мешало понять главное: жертв было куда больше, чем следовало из разговоров в «Гринвиче». Не десяток пропавших магов, а длинная цепь смертей, растянувшаяся по Старому Городу и восточным районам. Вот только Грейфолл — это без малого четыреста тысяч жителей, и каждый вечер часть из них не возвращается домой по естественным и не очень естественным причинам: город слишком велик, чтобы замечать потери. Поэтому потребовалось время, чтобы вообще понять, что в городе орудует серийный убийца.
Сначала в документах шли те, кого удалось опознать. Мужчина лет сорока, маг земли, найден в переулке у старой бойни. На его плечах и предплечьях остались глубокие рваные борозды от когтей, словно беднягу держал крупный зверь, вот только грудная клетка была вскрыта одним ровным разрезом, а сердце извлечено с аккуратностью, которой позавидовал бы хирург имперского госпиталя. Девушка-целительница из бедной лечебницы, обнаружена в подвале красильни. Крови в теле почти не осталось, на шее и запястьях виднелись ровные парные проколы, будто ее цедили, как бочку с вином. При этом дверь подвала оказалась выломана внутрь вместе с косяком, а на каменных ступенях остались отметины когтей. Двое братьев-стихийников, грузчики с восточного склада: одного разорвало с такой силой, словно тянули сразу в четыре стороны, у второго отсутствовало правое предплечье, отсеченное чисто, без звериного рванья. Старый гном артефактор, найденный в собственном кабинете сидящим за столом. Голова повернута затылком вперед, глазницы пусты, пальцы бережно сложены на рукописи. Отдельно от кистей. Все защитные амулеты полностью разряжены, но оставлены нетронутыми, сейф даже не пытались вскрывать.
Себастиан разложил снимки в ряд и некоторое время просто смотрел на них. У каждой жертвы что-то забрали. Сердце. Кровь. Предплечье. Глаза. В протоколах у троих значились еще и вырезанные участки позвоночника. Всё это больше походило на список покупок, который кто-то методично вычеркивает пункт за пунктом, параллельно словно по-детски играя с мёртвыми телами.
— Милое дело, — пробормотал он. — Тут либо тварь выучила анатомию, либо человек слишком старательно изображает тварь. Либо, что совсем невероятно, они работают в паре.
Офицер с усиками нервно дернул щекой.
— Наши эксперты считают, что убийца мог использовать тварь из пустошей.
— Или запрещенную магию, — предположил Себастиан.
— Следы запрещенной магии не подтверждены.
— Обожаю эту формулировку. «Не подтверждены» означает, что их все-таки нашли, но результат кому-то не понравился? Как осторожно вы составляете эти отчеты! Вот здесь, например, написано «тело частично повреждено». Очень деликатно для случая, когда туловище лежит в водостоке, а голова натянута на флюгер соседнего здания.
Он взял следующий снимок. Женщина лежала на мостовой лицом вверх, раскинув руки со скрюченными пальцами. На шее темнел след, похожий на ожог от тонкой цепи, вокруг тела расползся круг серого пепла, в котором дознаватели разглядели обгоревшие уголки гербовой бумаги: судя по описи, кто-то сжег на месте целую стопку долговых расписок.
— Где ее нашли?
Офицер заглянул в протокол.
— У перекрестка Трех Фонарей. Ночью. Тело было еще теплым. Свидетели слышали вой и видели человека в плаще.
— Блестящая примета, — хмыкнул Себастиан. — Попробуйте осенней ночью в Грейфолле отыскать хоть одного человека без плаща.
— Один свидетель еще утверждал, что вой под конец перешел в кашель, — неохотно добавил офицер. — Совсем человеческий, с хрипом. Но свидетель был пьян, поэтому в основную версию его показания не вошли.
— Ну конечно. Трезвые свидетели по ночам в Грейфолле встречаются еще реже, чем люди без плащей.
Себастиан снова склонился над снимком. Отпечатки лап тянулись от тела к стене дома и обрывались у самой кладки, словно существо ушло вертикально вверх. Лапы были слишком крупные для собаки и слишком редко поставленные для четвероногого. Если мысленно убрать когти, шаг выходил почти человеческий. Он аккуратно отложил фотографию в отдельную стопку. Пока это ничего не доказывает, но такие мелочи имеют неприятную привычку выстраиваться в очень некрасивые картины.
За дверью послышались быстрые шаги и смутно знакомый голос:
— Что значит пустили истребителя к материалам⁈ Да мне плевать, какие у него документы! Этим