За печатью Небес - Оливер Ло

— Невероятно… — наконец прошептал Гу Лань. — Сплести оживление знака с живой тканью… Мастера академии бы удавились от зависти прямо у своих чернильниц, если б увидели эту наглость.

Мин согнул руку и улыбнулся:

— Выходит, способ работает?

— Работает, щенок, — буркнул Гу Лань. — Только нос не задирай. Ты пока лишь процарапал тропинку в траве. Впереди целая гора.

* * *

Следующие два месяца ушли на шесть новых каналов. Теперь Мин знал, как удерживать линию, но для каждой требовалось своё место. Он сверялся с рисунками Тан, пробовал изгибы на коже, прислушивался к течению ци. Проложив русло, несколько дней давал ему окрепнуть и лишь потом брался за следующее.

Запасы загонщика убывали быстро. Оболочки шли в земляную тушь, сила ядер питала новые стенки. Когда очередное русло начинало свободно пропускать ци, Мин выходил на террасу и проверял кисть Единой Чертой. Удар оставался коротким, с тем же утолщением на конце.

Семьдесят четвёртый канал удалось закрепить у лопатки. Семьдесят пятый пролёг вдоль рёбер, и после него стало легче дышать на ходу. С последним, семьдесят девятым, пришлось возиться дольше остальных: нить дважды распадалась у самого соединения. Мин сменил изгиб, перевёл кисть ниже и только тогда довёл работу до конца.

Мин сделал на дощечке седьмую глубокую зарубку. Семь месяцев занятий. От закрытия Небесных Врат шёл уже двенадцатый. Уже год он торчал на Дне. Юноша помедлил, держа резец над деревом, и положил его рядом с лежанкой.

Семьдесят девять открытых каналов. Девятая, последняя ступень Формирования Потока уже была освоена, но силы по новым руслам проходило всё больше. До девяноста, необходимых для собственного начертанного Ядра, оставалось одиннадцать. За тем Ядром ждали врата Внутреннего Архива и, возможно, дорога, которой когда-то ушёл отец.

Гу Лань опять проверил серый круг. Возле ключицы проступила ещё одна тонкая нить, но дальше она терялась на стенке меридиана. Старик велел на несколько дней отложить кисть.

Дух решил проследить нить, пока новые русла ещё не изменили её ход. Мин согласился отложить занятия. Семь новых русел требовалось укрепить.

* * *

Через несколько дней на нижней ступени наружной лестницы обнаружился подарок.

Сборщик принёс его вместе с припасами, ткнул костяным пальцем в нарисованную на обёртке маленькую фигурку и сразу ушёл. На ступени лежал гладкий, блестящий шарик размером со спелую сливу. Он был искусно выточен из черного обсидиана и бережно завернут в лоскут перламутровой оболочки.

Мин поднял находку. Поверхность была гладкой, без насечек; под ней духовное чутьё различало только плотный камень. Яда тоже не нашлось. Гу Лань задержался над шариком дольше, проверил обёртку и велел Мину отодвинуть её посохом.

Ши Эр крутилась рядом, с любопытством вытягивая шею.

— Черненький… — сказала девочка, протягивая ладошку. — Блестит. Это мне?

Мин ещё раз проверил камень через ядро «Драконьего Хребта». В ответ пришёл слабый холодок. На ядра тварей, тушь и действующие знаки посох отзывался иначе.

Мин посмотрел на нетерпеливо протянутую ладонь. Ши Эр жила среди свитков и костей; даже колечко у неё было одно на двоих с Кляксой. Под защитой Тан, рядом с ним, за игрушкой можно приглядеть.

— Держи. Только в рот не суй. И если что-то будет не так, сразу говори мне!

Мин посадил девочку рядом со своим столом. Ши Эр вздохнула, но шарик схватила.

Она весь день катала игрушку по полу ротонды, звонко хохоча, когда Клякса пытался поймать гладкий камень лапой. Мин разбирал рядом пластины и поглядывал на девочку. К вечеру Гу Лань ещё дважды обследовал шарик. Тот оставался холодным и тихим.

* * *

Ночью Ши Эр завозилась на лежанке.

Мин ещё засыпал, когда Ши Эр убрала руку с его локтя и села. В её ладони что-то шептало.

Девочка поднялась и побрела к выходу, прижимая шарик к груди.

Мин уже стоял. Он двинулся рядом, положив ладонь ей на плечо, и потянулся к камню. Ши Эр приоткрыла пальцы. Из чёрной скорлупы вновь донёсся шёпот.

Голос оказался его собственным. Та же хрипотца после сна:

«Ши Эр… Иди ко мне, малявка. Я внизу, у подножия лестницы. Я нашел для тебя кое-что сладкое. Много золотых листочков… Иди сюда, девочка…»

Мин перехватил девочку за пояс и оттеснил от наружной лестницы. Клякса растёкся поперёк прохода чёрной полосой. За порогом, в пепле у нижних ступеней, шевельнулись костяные лапы.

Мин наклонился к девочке, подставляя лицо свету из ротонды.

Ши Эр посмотрела на него, потом на шарик. Голос продолжал звать снизу, обещая сладкие листочки. Мин приготовил свободную руку для Запрета.

Девочка вытянула шею в сторону порога и застыла.

Её ноздри дрогнули. Ши Эр шумно втянула воздух, понюхала камень и сморщила нос. Сон с неё слетел окончательно.

— Врешь, — произнесла она отчетливо и громко.

Маленькая ручка с силой сжалась вокруг черного камня:

— Ты пахнешь дохлой собакой. И серой звездой. Ты не папа!

Она швырнула шарик через порог. Мин удержал её за пояс, пока чёрный камень скакал вниз по ступеням.

Ударившись о край ступени за защитой Тан, обсидиан лопнул. Из тонкой скорлупы вылетел костяной узелок, обмотанный серой нитью. Он дёрнулся, разматываясь, и над лестницей взвился пепельный поводок.

Тонкая змея метнулась вверх по лестнице, целясь прямо в голую лодыжку ребенка.

На кромке порога защита Тан вспыхнула белым огнём. Серая плеть задымилась, обгоревшие волокна осыпались, но петля продолжала тянуться к девочке.

Мин поднял ладонь, уже наполненную ци.

«Знак Запрета»!

Золотой иероглиф лёг на каменный косяк, отсекая вход. Пепельный поводок с размаху врезался в невидимую грань, затрещал и рассыпался по белому камню.

Костяные лапы застучали по лестнице вниз. Мин шагнул к краю проёма, держа Ши Эр за спиной, и проводил сборщиков взглядом. Договор на сто шагов тоже стоил недорого, когда хозяину понадобилась девочка.

Гу Лань выскользнул из Чернильницы.

По его просьбе Мин подцепил посохом обломки и подтащил за порог.

Внутри чёрной скорлупы обнаружилась прослойка серого воска. Мин расковырял её. К камню прилипла тончайшая сухая жилка, раньше стиснутая между двумя половинками шара.

Гу Лань разобрал остатки узла. Кость с жилкой замыкали в себе всю силу; пока они спали, наружу ничего не выходило. Поэтому они с Мином и чувствовали один камень.

Мин выругался. Сам позволил оставить рядом с ребёнком вещь, которую оба так и не поняли. Он сгрёб обломки в пустую чашу и отодвинул её подальше от Ши Эр.

Девочка вжала голову в плечи. Она посмотрела на