Против ветра - Анна Джейн

Никита приподнял брови. Выполнять указания старого недруга он не собирался.

– Я сказал: отойди.

– Да пошел ты.

– Вы знакомы? – спросила ошеломленная Ника, переводя взгляд с одного парня на другого.

Те стояли друг напротив друга, чуть подавшись вперед: брюнет и блондин, такие разные и одновременно похожие – не только одинаковым ростом и широкими плечами, но и внутренней энергетикой, сейчас переполненной сдерживаемой агрессией.

– Все-таки я думаю, мне и моей девушке пора, – сказал с затаенной угрозой Никита.

– Думаешь, я тебя отпущу? Какой наивный. Макс очень хочет поговорить с тобой. – Саша проглотил словосочетание «моя девушка», хотя его кулаки медленно и опасно сжались. – И значит, я приведу тебя к нему.

– Ты сейчас под его… началом? И каково быть «шестеркой» «шестерки»? – спросил Никита как ни в чем не бывало.

Он специально провоцировал соперника. Если тот первым бросится на него, то преимущество появится у Ника. Главное – не позволить Саше сейчас позвать кого-то на подмогу. Иначе им точно не выкарабкаться. А еще Нику было очень жаль, что после такой встречи весь его план пошел коту под хвост. Теперь, когда его встретил этот ублюдок с надменной мордой, его вновь будут искать.

– Мне так больно и обидно из-за твоих слов, – проговорил Саша с весьма нехорошей улыбкой. Он был разъярен и едва находил в себе силы сдерживаться. – Да отойти от него, дура! – крикнул он Нике, стоящей за спиной Кларского.

Карлова в испуге замотала головой.

– Идиотка. – Ноздри Саши раздувались от гнева.

Он все еще считал, что Никки может причинить девушке очень большие проблемы. Наверняка использует ее. Несмотря на предательство невесты, Саша не хотел оставлять ее в опасности, на растерзание мартовскому псу.

Уже второй молодой человек прогонял Нику из этого места, наполненного соблазнительными кофейными ароматами и неспешной джазовой музыкой, исполняемой оркестром под руководством Гленна Миллера.

– Ребят, – храбро выглянула она из-за плеча Никиты. – Вы… знакомы, да? В чем дело?

Оба парня посмотрели на нее волком, единогласно желая, чтобы Ника побыстрее покинула это местечко. Та же, однако, делать этого не собиралась. Ника буквально кожей чувствовала, что эти двое просто мечтают вцепиться друг в друга, и хотя давным-давно, в бурном подростковом возрасте, драки сверстников во дворе или в школе Карлову забавляли, то сейчас ей совершенно не хотелось, чтобы Саша и Никита устроили в этом заведении потасовку. Она даже не понимала, кому бы пришлось хуже. Дионов всегда отлично дрался – из-за этого они, когда еще встречались раньше, часто ссорились, потому что Карлова не желала в очередной раз лицезреть разбитое лицо друга – она боялась, что когда-нибудь Саша победителем из драки не выйдет. И попадет в больницу. А о Кларском, как Ника помнила, ходили легенды. Да и видела она однажды, как тот дрался со здоровенным парнем-рокером, и это было хоть и не так эффектно, как в фильмах, но выглядело очень жестоко. Никиту воспитала улица, и бойцом он был, надо признать, отменным.

– Я сказал тебе, уходи, – процедил Никита сквозь зубы.

– Отойди от него, – одновременно прошипел Саша.

Дионов держался из последних сил.

– Я не могу уйти. – Карлова с сожалением глянула на Никиту. – Я его люблю. Саша, прости меня, мне действительно нелегко и стыдно, но я…

Ее не слушали.

– Отойти от меня? – весело переспросил Кларский. Реплики Дионова его напрягали. Он не понимал, почему Дионов себя так ведет. – По-твоему, я ей что-то сделаю, малыш?

Ответом ему было несколько нецензурных выражений, скомбинированных в замысловатую фразу. Все кафе, включая его работников, с огромным интересом уставилось в их сторону.

– Ну же, ударь меня первым, – продолжал подначивать Никита. – Я разрешаю. Дарю удар, бестолочь. Компенсация за то, что она теперь. – Кларский кивнул на Нику. – Со мной, а ты – в пролете.

И взбешенный Дионов все-таки его ударил – со вкусом и с силой, так, что Никита отлетел на аккуратный круглый столик под крик Ники и вместе с ним упал на пол. Делал Кларский это намеренно, хотя мог спокойно увернуться от удара. Рассуждал Никита следующим образом.

Дионов, ходящий под Максом, опасен. Есть лишь два варианта: или заставить его молчать о том, что он видел их в компании с Никой, или же убежать с ней до того, как рядом с Дионовым окажутся его люди или люди Максима.

Столь привлекательный первый вариант для Ника был неосуществимым. Поэтому он выбрал второй – если отключить Дионова, можно будет быстро смотаться. Но при этом Кларский отлично осознавал, что действовать напролом нельзя, нужно сделать некий ложный выпад.

Перед тем как разрешить Саше ударить себя, Никита уже знал, как поступит после того, как упадет. Взбешенный Дионов кинется добивать его, а Кларский сделает обманное движение рукой, отвлечет внимание, а другой – хлестко ударит недруга по сонной артерии, чтобы отключить хотя бы секунд на сорок. Этого хватит на то, чтобы они с Никой смогли скрыться.

Если он не сумеет таким способом вырубить противника, то тогда попытается ударить ребром ладони по горлу или как-нибудь еще – в зависимости от ситуации.

«Давай же, наклонись ко мне», – смотрел с пола на Сашу Никита, притворяясь, что приходит в себя после сильного удара. Чтобы спровоцировать и без того злого Сашу, Никита сказал ему что-то обидное. Вновь о том, что «шестерка» делает все, что скажет ему хозяин.

– Ты попал, приятель, – почти не раскрывая губ, прошептал Саша.

Никита понял, что тот на пределе. Кларский развязно улыбнулся окровавленными губами и подмигнул Нике, прижавшей слабый кулак ко рту.

– Не надо… – только и сказала Карлова.

– Прекратите! – выскочила откуда-то менеджер кофейни. – Или мы полицию вызовем!

И тут план Никиты потерпел фиаско. Саша не бросился на поверженного врага, а склонился над Ником, незаметно вытащив из-под пиджака верный Crosman 1008 – компактный пистолет, который всегда был при нем. Никто из посетителей не видел, что в руке у Дионова оружие, им казалось, что тот хочет вновь ударить упавшего. Люди с беспокойством зашумели, менеджер вновь истерично потребовала «остановить беспредел», кто-то стал возмущаться и сказал, что неплохо было бы вызвать вневедомственную охрану.

– Ты думаешь, я идиот? – ухмыльнулся Саша, поигрывая оружием.

Убивать Никиту – тот пистолет видел очень даже отчетливо, а потому не шевелился – он, естественно, не собирался. Дионов просто хотел припугнуть ублюдка и доставить его Максу. А вот Ника при виде оружия замерла как вкопанная, чувствуя, что еще немного – и она сойдет с ума. Если из-за нее случится непоправимое, она не переживет.

– Ну же, стреляй, – прошептал Никита, думая только о том, как защитить Нику в этой ситуации. – И тебя будут ждать там, где