Противоречие. Перевертыш. Парадокс. Курс лекций по сценарному мастерству - Олег Владимирович Сироткин

После чего сотрудник ОВД торжественно декламирует:

Сцена получилась смешной и хорошо принимается зрителем. Как она появилась на свет? Очень просто: была нужна сцена в полиции. Полиция в России — тема, мягко говоря, невеселая. В 2006 году я побывал в одном из московских ОВД в качестве потерпевшего и слышал вопли из кабинета, где допрашивали бомжа, так что долго не мог придумать ничего смешного относительно такого места действия.

В какой-то момент я подумал: что является прямой противоположностью полиции, арестам, «обезьяннику» и побоям? Поэзия! Так родился перевертыш: сотрудник полиции не «прессует» задержанных, а читает им стихи собственного сочинения! И это чтение — мука для одного из задержанных, потому что он слышит «балладу» в пятидесятый раз (намек на то, как часто он бывает в отделении).

Хочу заметить: автор «Баллады о нескладном парне» — реальный бывший сотрудник полиции Сергей Кухтов. Так что у образа копа-поэта, который изначально возник в моем сознании как перевертыш клише, есть реальный прототип. Будьте наблюдательны — и вы увидите десятки парадоксальных, невероятных ситуаций в жизни, где работает драматургический прием «Перевертыш».

Практика

Лектор: Приведите пример любой жизненной ситуации. Произвольно. Что хотите.

Слушатель: Визит к стоматологу!

Лектор: Хорошо. Визит к стоматологу... Давайте подумаем над этим. Что типично для визита к стоматологу? Пациент боится зубной боли. Боится шприца. Как будет выглядеть перевертыш в этом случае?

Слушатель: Стоматолог боится сделать больно!

Лектор: Отлично. Еще идеи?

Слушатель: У самого стоматолога болит зуб!

Лектор: Тоже хорошо. На самом деле это решение напрашивается само собой: стоматолог улыбается, а у него все зубы черные.

Слушатель: Врач во время работы может ссориться с медсестрой!

Лектор: Интересная мысль. Они сверлят зубы и выясняют отношения. Например, разводятся или обсуждают личную жизнь. А пациент: «Э-а-а-а!» — и протягивает врачу визитку. Он юрист, специалист по бракоразводным процессам. Но на самом деле это другое художественное решение, прием № 3 — «Третий лишний». О нем я расскажу позже. Еще идеи?

Слушатель: Закончилось обезболивающее!

Лектор: Мне вспоминается фильм Роджера Кормана «Маленький магазинчик ужасов» (1960), где Джек Николсон играет эпизодического персонажа — мазохиста, который пришел к стоматологу. Он с порога заявил: «Никакого новокаина. Он притупляет ощущения». После чего, пока ему сверлят без анестезии зубы, истошно орет. Уходя, он с благодарностью жмет руку доктору и обещает порекомендовать его всем своим друзьям-мазохистам...

Прием № 2: «Неадекватное поведение»

Речь идет о поведении одного из главных героев истории, не соответствующем ситуации. Проиллюстрировать этот творческий прием я могу с помощью кинокартины «Ешь, молись, люби» с Джулией Робертс в главной роли (режиссер Р. Мёрфи, 2010). В фильме есть изумительная сцена развода.

Честно говоря, нет ничего опасней, чем «кабинетные сцены». Как правило, получается жуткая нудятина. Режиссеры и операторы терпеть не могут помещения с евроремонтом, офисные столы, кресла, степлеры и принтеры. Потому что в таких интерьерах «нечего снимать». Это — визуальный фастфуд. А если на проекте еще и неопытный автор, который пишет по принципу «что вижу — то пою», то выходит клише в квадрате: дежурные фразы в дежурных интерьерах.

Вот как решена «кабинетная сцена у юриста» в картине «Ешь, молись, люби» (примерно 18-я минута фильма). По сюжету 35-летняя Элизабет (Джулия Робертс) внезапно приняла решение развестись со своим мужем Стивеном (Билли Крудап). Муж не понял, что произошло. Он любит жену. Он раздосадован этой новостью и намерен добиться, чтобы жена вернулась.

Супруги встречаются в комнате переговоров адвокатской конторы. Вдруг выясняется, что Стивен пришел без адвоката. В кабинете только три человека: Элизабет, ее адвокат и Стивен. У бывшего супруга адвоката почему-то нет. Выясняется, что Стивен будет представлен в бракоразводном процессе в двух ипостасях: как участник процесса и как адвокат... для самого себя! Далее следует такой диалог (здесь и далее при цитировании — сценарная запись).

Перед нами — неадекватное поведение одного из главных героев истории. Если бы чудить в сцене начала уборщица, зашедшая в зал, то это уже был бы прием №