Первая капля - Роман Золотов
— Я… не помню, — повторил я, глядя в сторону. — Всё как в тумане.
Меньше знаешь — крепче спишь. Ничего ему не расскажу. Тем более у меня есть карт-бланш.
Граф снова кивнул, и я заметил, как его пальцы под столом снова сжались. Он явно нервничал, хотя лицо оставалось приветливым.
— Ничего страшного, — сказал он мягко. — Мы поможем вам вспомнить. Но сначала скажите: вы помните, откуда у вас были эти предметы? — Он выложил передо мной мой датчик анализатора, правда сгоревший напрочь. — Странная одежда, механизмы, стеклянные пластины? Мои люди нашли их при вас.
Я вздрогнул. Мой скафандр, мои инструменты. Что ответить? Сказать правду — прямой путь на плаху. Солгать? Но что я могу придумать?
— Я… не знаю, — сказал я, смотря ему в глаза. — Может быть, я их нашёл. Или кто-то дал. Я не помню.
Мужчина склонил голову ещё чуть ниже, словно прислушивался к чему-то неслышному. Его глаза на мгновение остекленели, а на губах появилась лёгкая, почти незаметная ухмылка. Он явно знал больше, чем говорил.
Допрос продолжился. Граф задавал мне вопросы о семье, о доме, о моей работе. Я отвечал так же обтекаемо, но граф не уточнял. Он вообще был странным, как будто его и не интересовал мой ответ.
— Хорошо, — внезапно сказал он, выпрямляясь. — Мы разберёмся. А пока вы останетесь в поместье. Отдыхайте, восстанавливайтесь. Завтра мы продолжим разговор.
Я почувствовал, что он что-то скрывает, но спорить не решился. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Я поднялся, коротко поклонился, благо видел, как слуга кланялся при входе, и направился к двери.
— Роман, — окликнул он меня, когда я взялся за ручку. Не помню, чтобы я ему представлялся… кажется. Голова всё ещё ватная.
Я обернулся.
Он сидел за столом, сложив руки перед собой, и смотрел на меня с тем же странным, пронизывающим взглядом.
— Я верю, что вы не враг. Но если вы попытаетесь обмануть меня… я узнаю.
Он не угрожал — констатировал факт. И от этого стало не по себе.
Я вышел, не оборачиваясь. И только в коридоре позволил себе выдохнуть. Этот человек меня пугал. Он не задавал лишних вопросов, но его взгляд… казалось, он уже знал всё, что я пытался скрыть. Он знал, что я лгу, но не подал виду. Зачем?
В затылке снова кольнуло. СИМА.
«Ты тоже это заметила?» — мысленно спросил я.
Тишина. Но покалывание стало чуть теплее, как будто она пыталась ответить.
Я остановился у высокого окна, глядя на сад. Солнце уже клонилось к полудню, и тени от деревьев ложились длинными полосами на дорожки. В Куполе я никогда не смотрел на тени, а здесь они казались живыми. Я провёл пальцем по стеклу, чувствуя его прохладу. И подумал: «Если я не пойму правила этой игры, я не выживу». Но на размышления не было времени. Слуга позвал меня за собой.
Почти дойдя до комнаты, из которой вышел, я услышал звук за спиной. Все слуги тут ходят тихо. А этот шёл как хозяин, оповещая всех о своём присутствии.
Я обернулся.
По галерее, уверенно, широко шагая, шёл мужчина. Высокий, массивный, с сединой на висках и пронзительными чёрными глазами, которые смотрели с той же властной прямотой, с какой статуя в холле смотрела на невидимых врагов. На нём был строгий тёмный костюм без всяких украшений, и в каждом его движении чувствовалась сила — физическая и та, которая идёт от положения, от крови, от прирождённого права командовать.
Он остановился рядом со мной, метнул короткий взгляд на лакея, и тот сразу исчез, словно его и не было.
Мы остались вдвоём.
Мужчина посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, который прошёл сквозь кожу до самых костей. И сказал:
— Я — граф Воронцов.
Моё сердце ёкнуло. А тот, с кем я только что говорил, — не граф. Тогда кто он?
— А тот человек? — спросил я. — В кабинете?
— Он — мой Чтец, — ответил граф. — Псионик. Он уже знает всё, что ты скрывал, и я теперь знаю.
Он сделал шаг вперёд, и я невольно отступил. Моя спина упёрлась в стену галереи.
— Вот и познакомились, — сказал я. — Меня убьют?
Логичный вопрос. Если они узнали, что я из другого мира, то и смысла нет меня оставлять — слишком опасно. Но вместо приказа прикончить меня настоящий граф ответил:
— Нет, теперь я хочу пообщаться с вами лично. Без утайки. Иначе вы не покинете моё поместье.
Я смотрел в его чёрные глаза и понимал: маскировка кончилась. Врать не имеет смысла — он уже всё знает. Но если скажу правду… даже не знаю, к чему это приведёт. Может, поживу чуть дольше. А может, чуть меньше.
Глава 3
Значит, тот, с кем я разговаривал, — не граф. Чтец. Псионик. Он читал мои мысли, пока я мямлил про «туман» и «не помню». Удобно. Экономит время. Но насколько глубоко он залез? Видел ли СИМУ? Нет — если бы увидел, задал бы наводящие вопросы. Значит, она скрыта. Или он просто не понял, что это.
Мы шли по галерее. Настоящий граф двигался широко, уверенно, не оглядываясь. Я держался на шаг позади, как учили в Куполе: не лезь вперёд, пока не поймёшь иерархию. Но уже через десять шагов я заметил: он специально ведёт меня длинным путём, мимо открытых дверей, где суетятся слуги, мимо окон, где видно патрульных гвардейцев. Демонстрация силы. Он показывает, что у него здесь всё под контролем. Проверка — замечу ли я это.
Я не подал виду, просто шёл, запоминая расположение постов и выходов.
Граф остановился у неприметной двери в конце коридора. Толкнул её и кивнул на кабинет:
— Заходи.
Я вошёл первым. Комната без окон — два кресла, массивный стол, на стенах карты с пометками. Пахло бумагой и табаком. Штаб. Место для решений. И ещё одна проверка: он закрывает дверь — я должен либо испугаться, либо остаться спокойным.
Граф вошёл следом. Дверь закрылась с металлическим лязгом. Я не вздрогнул, только отметил звук, и показательно глянул на защёлку, мол «увидел». Он хмыкнул и сел в кресло, указав мне на второе. Я опустился, поставив ноги ровно, руки на колени, ладонями вверх. Открытая поза — никаких угроз.
— Итак, — сказал граф, сложив руки на столе, — Чтец подтвердил, что ты из другого мира. Но я хочу услышать