Жду тебя на безлюдной станции - Инудзюн

– Раз, два…

Стоя в темноте, я вспоминала недавние слова Такуми. Щёки залились румянцем, сердце бешено колотилось. Я всё ещё не могла поверить, что любимый человек согласился со мной встречаться.

– Шестьдесят! – сказала я, заканчивая счёт, но Такуми ничего не ответил. – Уже можно открыть глаза?

Но в ответ донёсся только шум ветра.

– Такуми?

Я открыла глаза, но Такуми нигде не было. Чуть наклонившись, я посмотрела в сторону тротуара и обнаружила, что пропал и его велосипед. Похоже, он просто потихоньку ушёл домой.

– Вот же!..

Обиженно бормоча, я посмотрела на скамейку. Там, где недавно сидел Такуми, красовалась жёлтая бумажка для заметок. На ней маркером было написано: «Люблю тебя. Такуми».

Взглянув на написанное аккуратным почерком признание, я закричала от радости.

С тех пор мы виделись каждый день, и будто оба категорически не хотели расставаться с летом. Местом наших встреч была станция Сундза – до неё как раз было недалеко идти. Мы садились на круглую скамейку и разговаривали, глядя на бескрайнее небо и огромное озеро. Я считала его молчуном, но со мной он говорил довольно много. Его голос звучал всё так же нежно, и я, по-моему, постоянно улыбалась.

Время летело с бешеной скоростью. Такуми отправился в училище, я – в колледж, а потом устроилась в местную компанию.

Минутный счёт стал нашей постоянной игрой. На День святого Валентина я так дарила ему шоколад, на мой день рождения Такуми подарил мне кольцо, а на годовщину наших отношений мы просто стояли и вместе считали, закрыв глаза. Мне нравилось чувство ожидания, когда стоишь с закрытыми глазами, и радость от сюрприза, ожидавшего после окончания счёта. Но ещё больше меня радовало то, что Такуми всегда нежно улыбался мне.

Сколько бы лет ни прошло, я всегда любила его.

Где-то через год после окончания учёбы мы заговорили о свадьбе. Не знаю, кто первым поднял эту тему – мне брак с Такуми казался чем-то само собой разумеющимся, да и он явно считал так же.

Это случилось в один августовский день.

В день нашей четвёртой годовщины с самого утра лил дождь. Я слышала, что телефон беспрерывно вибрировал, но я была на совещании и ответить не могла. Совещание затянулось – закончилось оно уже после трёх часов дня. Взяв наконец смартфон в руки, я увидела несколько пропущенных от матери Такуми.

Когда я вышла с работы, на улице лил, стуча по асфальту, дождь. Помню, запах воды буквально не давал нормально дышать.

Я перезвонила. Мама Такуми сразу взяла трубку.

– Алло, это Мика. Простите, что так дол… – Я замолкла на полуслове, услышав доносившийся из динамика плач. – Что… что случилось?..

– Такуми…

Её голос был почти не слышен в шуме дождя. Прижав телефон к уху, я прислушалась, но услышала только рыдания.

– Такуми? Неужели он попал в больницу?..

– Нет, – почти прокричала женщина. Я почувствовала, как кровь отлила от лица. Я начала понимать, что произошло что-то невообразимое. – Он упал без сознания прямо на работе. Когда скорая приехала, он уже…

Я слышала своё собственное прерывистое дыхание.

– Такуми… А где он сейчас? Дайте ему трубку, пожалуйста…

Мимо проносились, разбрызгивая грязную воду, машины.

– Его… больше нет…

– Дайте ему трубку, пожалуйста…

– Его больше нет. Мика, милая, он умер…

Дальше я мало что помню.

Мне казалось, что тот дождь теперь вечно шумит у меня в ушах.

Я много раз в одиночку повторяла нашу с ним минутную игру. Мне казалось, что он появится, как только я досчитаю до шестидесяти. Я бы тут же простила его, если бы он только пришёл и смущённо сказал, что это была просто шутка.

Я столько раз считала, столько раз закрывала и открывала глаза, но… с Такуми так и не встретилась.

Его забрал инфаркт. Головой я понимала, что мы уже никогда не увидимся, но только сильнее скучала.

Очнулась я только после похорон. Очнулась – и обнаружила, что осталась совершенно одна в целом мире.

* * *

Закончив рассказ, я выдохнула и тут же опустила глаза – оранжевый свет ресторанных ламп казался чересчур ярким. Я хотела рассказать эту историю кратко, но воспоминания так захватили меня, что я рассказала гораздо больше, чем планировала.

Сделав глоток уже нагревшегося пива, я улыбнулась с долей самоиронии:

– Вот такая история любви. Говорила же – ничего интересного.

– Ничего… подобдого, – прогнусавил Синдзиро. Посмотрев на него, я вздрогнула от неожиданности: из глаз парня катились слёзы.

– Ты… ты чего плачешь-то?

– Пгосдиде, что заздавил взпомнить такие тяжёлые собыдия…

Синдзиро плакал, прикрывая лицо рукой, и остальные посетители, не понимая, что происходит, тоже смотрели на него округлившимися от удивления глазами.

– Успокойся ты! А то я так даже поплакать не смогу…

– Пгосдиде.

Парень громко высморкался и вытер лицо влажным полотенцем. Что-то Синдзиро Такуми на Такуми Андо по характеру совсем не похож. Такуми не умел и не любил показывать свои чувства, тогда как Синдзиро совершенно их не стесняется.

– Знаешь, пока рассказывала тебе эту историю, я поняла, что так и не забыла Такуми.

Синдзиро кивнул, всё ещё закрывая лицо влажным полотенцем.

– Я никак не могу его забыть, как бы ни пыталась. Родители, друзья – все говорили, что время лечит, а вот не помогло…

Видимо, я невольно запрещала себе жить. Я не могла есть и ходить на работу. Мне не хотелось покончить с собой, но мне казалось, что я и так медленно умираю. Закрывала глаза – и видела его перед собой, открывала – но его не было. Сколько ни играй в минутную игру, Такуми это вернуть не могло.

– Вот поэтому я и перебралась в Токио. Думала, что в городской суете смогу всё забыть… Не получилось. Прошло много лет, но я так ничего и не забыла…

Я была уверена, что всё-таки смогу стать сильнее. Я погрузилась в работу и даже добилась успеха безо всякой любви. Я думала, что той наивной девочки больше нет, что время, проведённое с Такуми, осталось в прошлом…

Но на самом деле моё время остановилось в тот дождливый летний день шесть лет назад. И это не изменилось даже после признания Синдзиро.

– Прости за такую тяжёлую историю. Но спасибо, что выслушал.

Я подумала, что мне станет легче, если я кому-то расскажу. Но никакого облегчения я не почувствовала – мне почему-то казалось, что рядом со мной и сейчас сидит Такуми.

Когда приеду домой, всё это станет лишь историей давно минувших дней. Наверняка там все думают, что я