Knigi-for.me

Том 4. Экзамен. Рассказы. Стихи - Хулио Кортасар

Тут можно читать бесплатно Том 4. Экзамен. Рассказы. Стихи - Хулио Кортасар. Жанр: Русская классическая проза издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Закрыв глаза, Андрес слушал разговор друзей. Репортер стал вспоминать стихи, которые Хуан написал давным-давно. Клара помнила их лучше и прочитала немного усталым тоном, но усталость, казалось, шла не от голоса, а была рождена словами. Стихи были несколько выспренные и отражали его тогдашнее настроение, о чем Хуан как раз и говорил. «Можно блевануть в цинковый таз и в севрскую вазу», — с горечью подумал Андрес.

— Как элегантно, — сказал Хуан, нарушая затянувшееся молчание. — Совсем неплохо, но эти приливы, эти морские раковины…

— Очень красиво, — сказала Клара. — Чем дальше, тем все больше ты боишься слов.

— Это хорошо, что хоть кто-то их боится, — пробормотал Андрес. — Я с Хуаном заодно.

— Но мы рискуем прийти к обнищанию, если будем и дальше бояться чрезмерности в манере выражения. Если вы думаете, что вернее сможете выразить суть, ограничивая себя в средствах выражения, то вы ошибаетесь.

— Может, прежде чем затевать столь жаркую дискуссию, договоримся о терминологии? — предложил репортер. — Средства выражения, например, и тому подобное.

Но Клара не желала терять время, ей нравились стихи Хуана, и она считала, что и приливы, и морские раковины — все на месте.

— Что ни говорите, мы отступаем, — настаивала она. — Наши деды обильно уснащали свое письмо цитатами, а теперь это считается вычурным. Однако цитаты спасают нас от того, чтобы выразить плохо то, что кому-то уже удалось выразить хорошо, и к тому же указывают направление, наши предпочтения, помогая понять того, кто их использует.

— Quoth the raven: Nevermore[50], — сказал репортер. — Сорока тоже может произнести: Panta Rhei[51].

— И этим нас не возьмешь, — сказала Клара. — Боязнь использовать цитаты, отыскивать сопоставления с классикой и есть форма стремительного обнищания. И потому настаиваю: худшее из зол — боязнь слов, тенденция замкнуться в своего рода basic Spanish[52].

— Лучше уж basic Spanish, чем лексикон «Войны гаучо»[53], — сказал репортер.

— Даром теряете время, — сказал Андрес как бы сквозь сон. — Опять эта дурацкая путаница целей и средств, формы и содержания. «Война гаучо» — блистательна, потому что она блистательно —

— простите мне великодушно это наречие —

осмыслена. О чем мудро замечено: скажи мне, как ты пишешь, и я скажу тебе, что ты пишешь. Блистательная манера приводит к блистательному качеству, старик.

— С кем поведешься, от того и наберешься, — сказал репортер, глядя на Стеллу, почти засыпавшую на краю скамейки. — Не хватало только краткого экскурса в музыку, слегка коснуться живописи, разок-другой пройтись по психоанализу — и можно по домам, завтра всех ждет работа.

— Завтра, — сказал Хуан, — надо сдавать экзамен.

Андрес снял прилипшую к губе пушинку.

— Если говорить все меньше и меньше, — пробормотал он, — то в конце концов придется говорить больше. Хуанито, поэту следует быть монофонным.

— Вот именно, — сказал Хуан насмешливо. — И кончить, как семинаристы Германа Гессе, — онанизмом.

— Интересно, меня тоже тошнит от этого швейцарца, — сказал Андрес. — Однако справедливо признать правоту Клары. Язык аргентинцев богат лишь восклицательными формами в выражении нашей фальшивой трескучей агрессивности да еще тем, что в провинции передается изустно. Самое удивительное — это как мы разделались с прилагательными. Послушай простую испанскую кухарку, как она расписывает паэлью[54] или пирог: она пользуется прилагательными гораздо богаче, чем любой из нас, рассказывая о книге или о чем-то очень важном.

— Это совсем неплохо — опираться на существительное.

— Согласен, однако делаем ли мы это? Далеко не уверен. Боязнь цветистости приводит к поляризации эпитета. И возникает невероятный перечень —

ну и зверь, как он играл Дебюсси,

зверский виртуоз,

ну и талантище, звериный, —

возьми, к примеру, магические прилагательные, циркулирующие в узких кругах, прилагательные для удобства, удобно подменяющие целый ряд слов. «Потрясающий» — одно из таких прилагательных. А раньше было и до сих пор еще сохранилось — «убойный».

— Не думаю, что эти механизмы свойственны только Буэнос-Айресу, — сказал Хуан. — Ты верно заметил, что слова эти играют роль знаков. Я сейчас вспоминаю: довольно давно я был в одном доме в Вилья-Уркиса, и там был буэносайресец с каталонской фамилией, так вот от него я в первый раз услыхал то, о чем ты рассказываешь. У него все подряд было «чудовищным»: так он определял то, что считал замечательным, что вызывало у него восторг. «Чудовищный роман, вы должны прочесть его сегодня же…» Я ходил туда, чтобы быть счастливым и овладеть техникой перевода. Чудовищные были годы, — добавил он тихо, улыбаясь своим воспоминаниям.

— Если по состоянию языка можно понять, как живется народу, который говорит на этом языке, — сказал репортер, — тогда мы в полном дерьме. Язык наш вязкий, пожелтевший, высохший. Требуется срочно хлебнуть лимонаду.

— Есть, к счастью, люди с языком без костей, — сказал Хуан. — Думается мне, я — один из них, и едва ли Андрес побоится самых, я бы сказал… я бы сказал, достойных выражений. Выражаться достойным образом, не поддаваясь на удобные уловки —

— ибо, по сути дела, это не что иное, как, мать твою, оскопленный семинаристский язык, некий trovar clus[55], уже не имеющий смысла.

— Нет, смысл имеется, — сказал Андрес. — Только свой собственный смысл. Зачем отказывать артисту в возможности выражаться в точном соответствии с его поэтической или пластической сутью? Ты хорошо подобрал слово — «достойность», — ты видишь, мы с тобой, во всяком случае, стремимся к достойности выражения. Однако допусти и другие возможности, например, возможность trovar clus, который служит свою службу в той же мере, что и твой непосредственный и сущностный язык.

— Андрес прав, — сказала Клара. — Главное, чтобы язык выражал суть вещей, а у нас это случается редко. Но суть вещей многозначна, и соловьи в листве деревьев — это одно, а дичь в соусе — совершенно другое. Важно не называть амброзией водку и наоборот.

— Кошмар, — сказал репортер. — Если ты изложишь эту мысль завтра, тебя пинком выбросят с факультета.

— Очень хорошо, — сказал Андрес и поглядел на Клару, словно чему-то удивляясь. — Превосходно.


Хулио Кортасар читать все книги автора по порядку

Хулио Кортасар - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.