Байки книготорговца - Елена Нещерет

Я заполнила уже четвертый журнал, периодически издавая в трубку неопределенные «угу», поэтому не успела ничего заподозрить.

– Я очнулся привязанным к кровати. Она заткнула мне рот своими трусами… у нее огромные трусы… и она сама дама немаленькая… и… – в трубке раздались глухие всхлипывания, – воспользовалась мной.

Я жестокий человек. Я использовала паузу, которая наступила после этих слов, чтобы не заржать в голос.

Потом я нагуглила телефон психологической помощи и как можно более мягко сообщила товарищу, что ему стоит перезвонить туда. Что я не дипломированный психолог. И что, возможно, стоит обратиться с заявлением в полицию.

Он пытался рассказать еще подробности, но мне настолько неудобно было работать сквозь смех и неловкость, что я отложила телефон подальше, не сбрасывая звонок, и продолжила заполнять документы.

Я предполагала, что это чья-то неудачная шутка, но не исключала варианта, что человек действительно в травме и в отчаянии.

На днях уже в «Голосе» прямо в нормальное рабочее время, часа в четыре пополудни, зазвонил телефон.

Оттуда донесся почему-то знакомый мне голос.

На словах «у меня нестандартный вопрос» я начала что-то припоминать.

На третьем предложении до боли знакомой душераздирающей телеги я не выдержала и заорала:

– Это длится четыре года, чел, возьми себя в руки, пойди в полицию, пойди к психологу, сам себя не спасешь – книжки тебя не спасут! Беги оттуда! Сейчас! – И бросила трубку.

Мы действительно были чем-то вроде Ночной Стражи, потому что нас было мало, вдобавок мы были действительно очень странные. Один мальчик, к примеру, был похож на игуану. У игуан есть привычка ходить за тем, кого они укусили, и ждать, пока жертва сдохнет. Они еще в глаза так умильно заглядывают. Если не знать, в чем суть, можно действительно подумать, что заботятся. Когда я начала читать про Стражу, то автоматически мысленно назначила этого товарища Шноббсом, потому что справка о человечности ему бы и впрямь не помешала: рептилья пластика – это одно, хуже было, что его заботливые глаза под тяжелыми ящерскими веками выглядывали прямо из бороды. Борода и на лоб бы вскарабкалась, но ее оттуда вытеснила челка. Последний раз я видела Шнобби уже когда он уволился, а я ушла из ночной. Он заявил, что недавно съездил в Финляндию, и немедленно подарил мне мыло… с ароматом мужика. Вот прямо на обертке было написано, что внутри меня ждет «сильный, чарующий аромат мужчины».

Но я рассказываю это здесь не чтобы поиздеваться, а чтобы легче было прочувствовать следующий эпизод.

У нас был туалет, в который могли ходить посетители кофейни. Когда закрывалась кофейня, работавшая, к сожалению, не круглосуточно, туалет запирался на ключ. Естественно, раз магазин стоял около вокзала, поток жаждущих облегчения не иссякал и глубокой ночью. А мы были злыми тварями, которые не пущали. И вот один мужик, отчаявшись достичь вожделенных фаянсовых краев, заявил, что нагадит прямо между стеллажами. И скрылся в глубине магазина. А я получила бесплатное развлечение, потому что попросила Шнобби за ним проследить и позвать охранника, но не раньше, чем мужик попробует осуществить задуманное. Шнобби не говорил ничего. Не протестовал. Не укорял. Не начинал бесед. Он просто появлялся из-за стеллажа ровно в тот момент, когда мужик считал, что уединился, и просто смотрел.

С камер видеонаблюдения за администраторским компом на всю эту феерию с прятками открывался чудный вид. Именно тогда я поняла, почему Господь до сих пор терпит этот грешный шарик: мы все сверху очень, очень смешно выглядим.

Вообще, соседство с вокзалом делало жизнь невероятно волшебной. Например, пришла женщина с кошкой в сумке. Кошка была шикарная, белая, с разными глазами. Женщина робко попросила разрешения эту кошку ненадолго выпустить, уверяя, что зверь – сама воспитанность и ничего не попортит, просто за двадцать часов в поезде уже насиделась в замкнутом пространстве и должна чуть размяться. Естественно, мы согласились. Конечно же, эта шерстяная инкарнация Боуи на первой космической рванула куда-то вглубь и вдаль. Пока мы ее ловили, я представляла наш вид сверху, в камерах, и хихикала. Потом пришлось вернуться на кассу, и когда я догадалась, что могу смотреть в камеры с компа администратора, который был в углу кассового зала, в мониторах были только преследователи, а самой кошки не было. Она пришла деловито рыться в мусорке у моих ног. Я подхватила ее под брюшко и передала по громкой связи всем отрядам, что объект захвачен. Просто орать на весь магазин «Женщина, ваша кошка на кассе» показалось мне ужасно глупым. Все отряды, впрочем, поняли верно и вернулись из поиска.

В разное время мне довелось работать в трех разных книжных: букинисте, сетевом и издательском. И никогда, нигде, вообще никак ни в одном из них не могло быть спокойно. Да, может не быть посетителей, но даже когда людей немного или не особо много, просто сидеть и читать что-нибудь душеспасительное практически невозможно, потому что надо разбирать поставки, если они были, или приводить в порядок выкладку, или готовить новость для соцсетей, или заниматься мелким ремонтом, или перепиской по поводу мероприятий, или заказами из интернет-магазина – подстерегают тысячи мелких, но обязательных дел. Да, иногда ты садишься и некоторое время пялишься в пространство, но это не то чтобы от повышенного спокойствия и культурной умиротворенности.

Я довольно быстро научилась распределять деятельность так, чтобы она не была слишком монотонной: «подумать» и «подвигаться» чередуются, пока есть силы.

В магазинах старой книги есть еще дополнительное коварное дело: приходится книги сортировать и приводить в порядок (многие букинисты – по совместительству реставраторы, хотя бы чуть-чуть), частенько протирать пыль, а иногда еще насмерть биться с плесенью.

Я на удивление мало знаю о том, как описывают распорядок продавца в уютном книжном магазинчике в исцеляюще-комфортных романах, потому что трусливо прятала голову в песок и не прочла ни одного. Поэтому сейчас просто опишу свой день в разных местах, а уж потом поищу совпадения.

Итак, букинист.

Во-первых, это была легендарная лавка с названием в стиле героя легендарной франшизы «Звездные войны» Джа-Джа Бинкса, у которого наблюдались большие беды с грамматикой. Это могло бы насторожить вдумчивого человека, но я не была вдумчивой: мне просто хотелось уйти из