Противоденствие - Томас Пинчон
Она ко всему этому отнеслась человечно, бережно переступила через его чувства, прочла всю статью до конца и, хоть он больше никогда журнала этого не видел, — понимал, что она надежно его упрятала где-то среди своих пожитков. И с тех пор, как заряд, медленно копящийся на пластине конденсатора, все сводилось лишь к тому, когда именно она отправится в Новый Йорк на неотвратимом гребне энергии.
В Колорадо они нашли надворную постройку на ферме, забытую много лет назад после того, как сама ферма разорилась, а дом сгорел, и остался только этот заросший со всех сторон сарайчик, который Мерлу удалось до самых стропил набить хозяйством фотографа или, если угодно, алхимика — емкостями от мятых овощных жестянок до кувшинов и бутылок, где хранились жидкости или порошки разных цветов, до исполинских глазированных горшков, пятьдесят галлонов и больше, которые пустыми поднять было б можно, однако не особо хотелось, тщательно изогнутых стеклянных трубок и медных змеевиков, разбегавшихся куда ни глянь, в одном углу маленький кузнечный горн, к старому велосипеду подсоединен электрический генератор, аккумуляторные батареи сухие и жидкостные, электромагниты, горелки, печь для отжига стекла, верстак, заваленный линзами, проявочными кюветами, экспонометрами, копировальными рамками, магниевыми вспышками, ротационный полировальный станок с газовым подогревом и прочее — Мерл почти и забыл, что у него оно есть. В щели вползали ягодные лозы, а пауки украшали фрамуги паутинами, от которых — если ранний свет дня был правильным — встаешь, оцепенев. Публика, заглядывавшая к нему, в основном считала, что он заправляет винокурней, Шерифовым ребяткам нравилось забредать в неурочные часы, и порой, в зависимости от того, как развивался день, Мерл выкатывал им разговор о науке потяжелее, который гипнотизировал их и вынуждал уйти, как водится, разочарованными. В иные дни посетители с той же вероятностью, бывало, поляризовались противоположно — в юридическом смысле говоря.
— Не мог не унюхать, что это вы тут стряпаете. Из-за хребта и ручья, вообще-то. Это у вас тут нитро, что ли?
Мерл уже повидал достаточно захолустного безумия, чтоб не спускать одного глаза с дробовика под столом.
— Почти. Из семейства нитроглицерина. Дальний родственник — за такой приплачиваешь, чтоб держался подальше от города.
— По работе с таким сталкивался, время от времени.
— И работа эта...
— Вроде как горный инженер. Не так хорошо оплачивается, но смысл тот же. Рудник «Малый Изверг» под Теллуридом?[54]
Габаритов он был некрупных, спрятанного огнестрела при нем Мерл не заметил, и дошел он до того, что представился как Уэбб Траверз.
Вошла нахмуренная Орги — какая-то встреча в подлеске испортила ей настроение.
— Что ж ты, отец, я и понятия не имела, что у нас гости. Давай схожу соображу чай с печеньем. Мигом обернусь.
— Позвольте-ка, — Уэбб, глянув на нее настороженно, — что это я тут себе надумал, вы ж, должно быть, сейчас вроде как заняты.
— Разглагольствуем, недельную норму выполняем. Побудьте еще, я вижу, у вас тут законное любопытство. — Мерл сиял, как проповедник в шатре при виде многообещающего грешника.
Уэбб кивнул на кувшин покупной ртути на столе.
— В пробирной палате много такого вижу. — Осторожно, словно бы ожидая контрсигнатуры.
— Старые хрычи, — Мерл, тоже двигаясь наощупь, — бывало, верили, что если от ртути отнять все несущественное, всю эту дребедень с текучестью, блеском, сальностью, весом, все, что делает ее «ртутью», понимаете, останется вам лишь эта ее неземная чистая форма, для удержания которой не изготовили еще королька, что-то такое, от чего эта штука тут покажется скучной, как трапп. Философская Ртуть — вот как ее называли, и ее не отыщешь нигде среди металлов в металлургии, среди элементов периодической таблицы, в каталогах промышленности, хотя многие утверждают, что она — скорее фигура речи, вроде знаменитого Философского Камня — предполагалось, что на самом деле он означал Бога, или Секрет Счастья, или Союз со Всем, тому подобное. Китайская грамота. Но фактически все это — оно было безначально, действительное материальное, только добраться до него непросто, хоть алхимики и стараются, вот чем мы тут заняты.
— Работой «алхимика» — вот вы чем тут занимаетесь? Ну а только вот про ртуть, я тут все время с одним интересным веществом сталкиваюсь, полагаю, называется фульминат....
— Основная составная воспламенителя Дюпона, не говоря уже о нашем повседневном, хорошо известном патроне.44-го калибра. А еще есть фульминат серебра — не вполне то же самое, что «гремучее серебро», которое взрывается, чуть тронешь его перышком. Гремучее золото тоже, если вкусы у вас вдруг побогаче.
— Трудно состряпать?
— По сути, берете золото и аммиак или серебро и азотную кислоту, или ртутную руду и гремучую кислоту, которая есть просто старая добрая синильная кислота, друг самоубийцы, патриарх цианистого семейства, только с пришпиленным кислородом — и такая же ядовитая, если вдыхать ее пары.
Уэбб покачал головой как бы в испуге от мира и его иронии, но Мерл успел заметить проблеск у него в глазах: курятник без охраны.
— Имеете в виду, что золото, серебро, эти сверкучие и чудесные металлы, основа экономик всего мира — заходите в лабораторию, чуток валяете с ними дурака — кислота и так далее, — и получается высоковзрывчатое вещество, на которое стоит только чихнуть не вовремя — и адьос-мучачос?
Мерл, с неплохим представлением о том, к чему все клонится, кивнул.
— Как бы инфернальная сторона всей истории, можно сказать.
— Тут чуть было не подумаешь: если есть Философский Камень, где-нибудь может оказаться и.
— Осторожней, — произнес Мерл.
Уэбб в него вгляделся, чуть ли не забавляясь.
— Да вы, парняги, никак о чем-то помалкиваете?
— Нельзя. Ну или обычай таков.
— Так проще небось.
— Кому?
Возможно, Уэбб и уловил какую-то настороженность в тоне, но продолжал.
— На случай, если кто и впрямь когда-нибудь соблазнится...
— Хммн. Кто говорит, что не соблазняются?
— Мне почем знать. — Миг размышленья, затем, словно бы не в силах не додумывать эту мысль: — Но если один — фигура речи, обозначающая Бога и спасение, и все это хорошее, то другой тогда как же.
— Ладно. Но окажите всем услугу, скажите «Анти-Камень». Название у него другое, но произнеси мы его вслух, у нас будут только неприятности. Еще б, столько же заблудших душ его
Ознакомительная версия. Доступно 87 из 437 стр.